Чувство несвободы
“Два навозных жука – папа и сын – выползают на верхушку навозной кучи. Тепло, солнце пригревает... Сын спрашивает:
- Папа, вот посмотри – солнышко светит, травка зеленая, лес вон там... А почему мы в навозе живем?
- Эх, сынок... потому что это – наша Родина!”
Когда-то широко известный анекдот
Пока живешь в одном и том же тесном мирке – неизбежно привыкаешь к окружающей действительности и даже начинаешь считать ее нормой. Говорят, что закоренелые воры, проведшие большую часть жизни за решеткой, точно так же не могут жить на свободе и, сознательно или бессознательно, стремятся пусть и в несвободу, но в привычный мир. И то, что беспризорники, даже благополучно пристроенные в не худшие детдома, бегут в канализационные люки – не придумки инспекторов детских комнат.
Советское правительство было совершенно право, ограничивая выезд граждан СССР за границу – особенно в капиталистические страны. И вопрос был отнюдь не в пресловутом тлетворном влиянии запада. Основная проблема была именно в изменении точки зрения на окружающую среду. Жизнь в СССР была вполне нормальной и даже отличной – но лишь до той поры, пока ее не с чем было сравнить.
Путешествуя по разным странам, неизбежно сравниваешь происходящее в России – и в родном Иркутске в том числе – с тем, что видишь. Конечно, туристу-пляжнику особенно сравнивать не с чем – как говорится, не стоит путать туризм с эмиграцией, и то, что видит традиционный, “купивший тур” турист – как правило, лишь показанная ему красивая картинка. И в самой-самой благополучной Европе есть бомжатники, из которых сбежал бы самый захудалый иркутский бич, и в стране-курорте Таиланде, как выяснилось, убивают иностранных девушек по ночам, и в вызывающе-недорогом Узбекистане зарплата профессора ниже зарплаты иркутской уборщицы, а в образцово-показательном Китае не хуже наших процветают коррупция, мафия и проституция с криминалом... Гораздо лучше любых туристов знают изнанку лаковых картинок всевозможные челноки и гастарбайтеры – наши ведь тоже ездят “на заработки” – правда, видят достаточно однобоко, со своей колокольни, так сказать. Взятки за провоз какой-то мелочевки, за обход медосвидетельствования, поборы “крышующих” и наезды конкурентов... Но кое-что видно и обычному любопытному праздному путешественнику.
Естественно, что одной-двумя неделями лежания на средиземноморском пляже картину мира не сформируешь. Но когда одна картинка складывается с другой картинкой годами – тут уже можно говорить о тенденциях. Особенно путешествуя по Китаю – стране столь же могучей, сколь и несчастной, стране развитого капитализма и социализма, стране с жесточайшей тоталитарной системой и практически неограниченной личной свободой.
Китай – страна богатых людей. Вернее, не так: в Китае хватает и бедных, и гильдия нищих имеет широкое представительство во всех мало-мальски значительных городах. Но Китай сейчас ориентирован на то, чтобы все, кто на это способен, разбогатели, а кто не способен – свалили нафиг, извините за грубое слово. И в Китае бедных (кроме нищих или приезжих из деревень на вокзале) практически не увидишь. Работяг – да, но и они производят впечатление достаточно благополучных людей, несмотря на низкие по нашим масштабам заработки. Большие города заполнены людьми если и не богатыми, то состоятельными. И эти люди разбогатели буквально в последние 10-15 лет. Им просто разрешили – и не запретили ничего. По-моему, они даже не платят налоги – по крайней мере, впечатление такое есть. Что не мешает китайскому Минфину гордо плевать на все международные валютные организации и захлебываться от сверхдоходов. У нас я тоже видел людей, разбогатевших за последние 15 лет. Но – если эти люди разбогатели хотя бы относительно честным трудом, они все равно не имеют шикарных вилл на берегу моря, при взгляде на которые обитатели Рублевки изгрызли бы локти от зависти. А живут на Рублевке в некотором количестве те, кто эти деньги получил “за особые заслуги”, причем нередко за заслуги предков, а в большинстве – те, кто их банально наворовал. За что, кстати, в том же Китае без долгих разговоров ставят к стенке.
Откровенно сказать, это вообще-то глубоко философский вопрос – где заканчивается свобода воровать и где начинается свобода свободного предпринимательства, простите за тавтологию. Похоже на то, что очень многие наши сограждане всерьез уверены, что бизнес без большого воровства невозможен в принципе. А так как именно представители этих граждан сидят в Госдуме и принимают законы, то у нас все время получается Рублевка. И никак не получается Surf Plaza Road.
Однако любая свобода должна быть свободой “в оба конца”, так сказать, изотропной, иначе она превращается из свободы в диктат. То есть, упрощенно говоря, если учитель позволяет себе называть ученика на “ты”, он не должен удивляться тому, что в ответ тоже услышит “ты”. Если люди, стоящие у власти, думают, что они имеют право воровать у других – они должны знать, что и другие точно так же имеют право отобрать у них наворованное. Впрочем, как раз это они знают – о чем недвусмысленно свидетельствуют принимаемые ими законы, позволяющие, в частности, любому закону найти “антизакон”, когда по одному из них – нельзя, но если немного перефразировать, то можно по другому. Ну, или любое нежелательное действие классифицировать как экстремизм, со всеми вытекающими последствиями.
Конечно, в упомянутом Китае ни о какой изотропной свободе нет и речи. Но ее, эту речь, никто и не вел – напротив, Китай откровенно признает диктатуру коммунистической партии. А кому не нравится – пожалуйте на рудники. В России же словесно изотропная свобода признается и законодательно, и властями всех уровней. А вот на деле она получается куда как более анизотропной, чем у тоталитарного соседа.
Любопытно, кстати, ощущая эту свободу и несвободу на себе лично, размышлять о причинах и следствиях ее ограничения. Например, в России бесполезно даже пытаться покупать билет на самолет или поезд без предъявления паспорта – что якобы позволяет силовым органам отслеживать все без исключения передвижения террористов, экстремистов и прочих криминальных элементов. На самом деле, как мы знаем из печального опыта, как раз террористы разгуливают по стране как им заблагорассудится, пользуясь продажностью милиции и ГИБДД. Зато передвижения разного рода нежелательных элементов наподобие политической оппозиции мгновенно становятся известны всем, кому это нужно. Ну и перевозить по железной дороге в России можно что угодно – хоть наркотики, хоть оружие, что крайне на руку всем криминальным элементам и совершенно не волнует правоохранительные органы.
Надо сказать, что в Китае тоже хватает своих сепаратистов, а исламистские террористы, которые борются за независимость Синцзянь-Уйгурского округа, устраивают теракты куда как покруче чеченских. Что не мешает любому человеку совершенно свободно передвигаться по всей стране без предъявления паспорта. По одной простой причине – выявление террористов является результатом эффективной оперативной деятельности спецслужб, и отнюдь не входит в компетенцию железнодорожников. Зато в Китае всегда и без каких-либо снисхождений к разного рода званиям и чинам проверяют и просвечивают багаж – на железнодорожных и автобусных вокзалах, в местах общественного пользования, крупных супермаркетах и так далее. И это – грамотно и правильно. Потому что паспорт можно подделать, а вот гранатомет на рентгене никак не представишь коробочкой с памперсами.
Казалось бы, мелочи – но эти мелочи создают не только ощущение свободы, но и дают чувство защищенности. И в тоталитарном коммунистическом Китае почему-то ощущаешь себя гораздо спокойнее и независимее, чем в родной стране, где с языка чиновников до сих пор, через пятнадцать лет после ее отмены, не сходит слово “прописка”, оставшееся из всего мира лишь в Северной Корее да какой-нибудь Албании. Равно как и трудовые книжки, в свое время придуманные с целью дополнительной “фиксации” трудящихся.
Собственно, несмотря на все громкие заверения “сверху”, Россия так и осталась большим концлагерем в стиле Замятина, где человек обязан быть привязанным к одному месту жительства и работы и не имеет права переехать в другое место без высочайшей визы. Ни один гражданин России так и не получил элементарного права на кусочек собственной – личной – земли. Свободомыслие – возвращено на кухни, свобода слова – в жестком блоке и под финансовым фильтром. Все это переводит человека на уровень обитателя свинарника, обязанного быть довольным пайкой и клочком сена для спанья. Только в российской интерпретации для рядового трудящегося это означает проживание в квартире многоэтажного блок-хауса, достойного лишь Гарлема, и возможность бесконечно покупать продукцию китайского ширпотреба. При этом ему никто, вроде, ничего и не запрещает, но вот возможности все как-то не складываются и не складываются – то денег на получение разрешения на индивидуальную деятельность не хватает, то банковские проценты за ипотеку сжирают все доходы, то цены на билеты для поездки к родственникам взлетают в разы, а то и просто на работе не дают вовремя отпуск или расчет...
А главное – у российского человека нет чувства свободы. Без которого, конечно можно существовать – но вот жить вряд ли.
