“Министра Лудупову давно пора расстрелять”. Бурятские коммунисты уходят в отрыв

Предвыборная кампания в Бурятии приближается к финальной стадии — и далеко не всем участникам гонки удается выдерживать дискуссию в продуктивном русле. Так, коммунисты грозят властям новыми протестами — и делают это в настолько радикальной форме, что ситуация вскоре может быть накалена до предела.

18 мая на Площади Советов в Улан-Удэ состоялась пресс-конференция Андрея Красикова — рабочего, ставшего лидером протестов декабря 2020 года. Тогда профсоюзы протестовали против низких зарплат в энергетике, и власти вместе с руководством компаний перешли к переговорам. С тех пор ситуация стабилизировалась, а активистов даже включили в процесс обсуждения улучшенных условий труда.

В мае 2021-го, однако, отдельные участники тех акций неожиданно активизировались, угрожая новыми забастовками. Отличие этого «обострения» от прошлого заключается в том, что на этот раз конкретных требований они не выдвигают, а основным двигателем активности стало республиканское отделение КПРФ. Два эти обстоятельства неизбежно привели к политизации, а затем и радикализации темы — ведь когда нет конкретных требований, удержать диалог в конструктивном русле нереально.

Это хорошо заметно как раз по пресс-конференции Красикова, на который из инициативной группы рабочих-активистов был лишь он один. Зато был депутат Народного Хурала от КПРФ и наиболее вероятный кандидат от партии на выборах в Госдуму по одномандатному округу Баир Цыренов, скандальный «таксист-революционер» Дмитрий Баиров и прочие участники протестных митингов против признания результатов выбора мэра Улан-Удэ 2019 года и последующих акций.

После пары довольно скомканных заявлений, происходящее быстро свелось к перемыванию костей руководству страны и Бурятии в частности и критике власти всех уровней. Внятных требований по зарплатам так и не прозвучало, зато высказываний об уровне жизни в Бурятии и качестве работы того или иного ведомства — хоть отбавляй.

Больше всего досталось министру здравоохранения республики Евгении Лудуповой, которую Андрей Красиков (признавшийся в наличии красного партбилета, но ушедшего от вопроса про свою зарплату, которая составляет 80 тысяч рублей), прямым текстом предложил расстрелять. Угроза прозвучала в контексте рассуждение про объедение медицины катастроф и скорой помощи — ведь, как мы уже отметили, дискуссия быстро ушла от темы зарплат. И перешла в программную плоскость коммунистов.

Однако угрозы убийством, особенно в то время, когда страна еще не отошла от шока после террора в Казани — это чрезмерно радикальный шаг даже для вечно балансирующего на грани несистемности бурятского отделения КПРФ. И та черта, которую в политике по всему миру переходить не принято.

По большому счету коммунисты сейчас доводят отношения с «Единой России» и руководством Бурятии до самой низкой точки, в которой противостояние рискует выйти за пределы обычной предвыборной борьбы и всколыхнуть всю республику. Потому что подобная крайне радикальная риторика — первый шаг к большим потрясениям, и на этом уровне переход от слов к действиям может оказаться пугающе стремительным.

Как минимум это влечет размытие темы и уводит внимание и людей, и властей от собственно вопросов оплаты труда отдельных рабочих к политике, что и показывает эта пресс-конференция. Андрей Красиков здесь по большому счету становится пешкой в партии, в которой разыгрываются политические очки.

Если уже в ходе кампании им и всеми его единомышленниками готовы пожертвовать, превратив реальный запрос в популизм, то что будет после выборов?

То, что произошло 18 мая на Площади Советов — это история не совсем не про рабочих. Их первыми отправят под дубинки, появление которых остается вопросом времени после призывов к расстрелу и при продолжении подобной риторики. И крайне сомнительно, что в БРО КПРФ этого не понимают — просто там приоритеты расставили в пользу процентов на выборах, а не реальных последствий такой кампании для вовлекаемых в нее людей.

Бабр продолжит внимательно следить за развитием событий.