Процесс с отклонениями

Как и ожидалось, суд отклонил практически все ходатайства адвокатов Михаила Ходорковского и Платона Лебедева.

В минувшую пятницу, 13 марта, защитники Михаила Ходорковского и Платона Лебедева завершили свою работу в предварительных слушаниях, которые заняли семь рабочих дней. Адвокатами было заявлено больше десятка ходатайств, гособвинителями — только два. Вчера, 17 марта, судья, как и предполагалось, ходатайства адвокатов отклонил, а гособвинителей - удовлетворил. 31 марта начнется самое интересное — один из наиболее громких процессов начала XXI века откроют для публики. «Новая» подводит итоги предварительных слушаний.

День первый. 3 марта

Адвокаты заявили отвод гособвинителям, напомнив судье Виктору Данилкину о заслугах прокурора Дмитрия Шохина перед государством. Защитник Михаила Ходорковского Вадим Клювгант:

— Мы говорили о том, благодаря чему Шохин сделал успешную карьеру и получил награду (после приговора Ходорковскому и Лебедеву он получил повышение по службе и орден Почета. — Ред.). Рассказали судье про первый процесс: про давление на свидетелей, про откровенное вранье, про требование Шохина «раскрыть адвокатскую тайну», чтобы защита представила ему все свои материалы.

В ответ Дмитрий Шохин (за последние четыре года он заметно вырос в собственных глазах) произнес:

— В мой адрес всякого сказали… Есть небольшие технические неточности, но я их комментировать не буду — бог с ними.

Почему прокурор не нашел в речи адвокатов ничего крамольного, осталось загадкой. Разве только признание правоты своих оппонентов и осознание того, что это правота все равно не помешает Шохину и во второй раз проделать то же самое — карт-бланш.

Судья Виктор Данилкин три часа обдумывал заявление об отводе Дмитрия Шохина и Валерия Лахтина (последний ранее настаивал на продлении сроков ареста Ходорковского и Лебедева) и принял решение оставить прокуроров в процессе.

Два других ходатайства, заявленных защитой в этот день были: выпустить Ходорковского и Лебедева из «аквариума» и разрешить им сидеть за одним столом со своими защитниками, а также соблюсти конфиденциальность общения подсудимых со своими адвокатами. Первое судья отклонил, второе — удовлетворил.

День второй. 4 марта

Защита заявила отвод председательствующему. Причина — судья не позволяет поднять вопрос о территориальной подсудности уголовного дела. Защита не может добиться объяснений, почему дело Генпрокуратура передала именно в Хамовнический райсуд и почему председатель этого суда согласился принять и вести это дело? Есть только сопроводительное письмо прокуроров, в котором содержится просьба рассматривать дело почему-то именно в этом составе суда. Похоже на договорняк…

Свое ходатайство выдвигают и прокуроры — просят сохранить для обвиняемых меру пресечения в виде содержания под стражей. Аргументов не приводят.

Итог дня: прокуроров судья «заворачивает» и отправляет искать факты в поддержку своего ходатайства, отвод самому себе отклоняет, заявляя, что вполне объективен и беспристрастен, а потому оснований для отвода нет.

День третий. 5 марта

«Аргументы» гособвинение находит. Адвокаты, правда, называют их «макулатурой».

Елена Липцер: «Прокуроры представили постановления об избрании меры пресечения и продлении ареста, которые выносились еще в Чите. Тогда вопрос решался в ходе предварительного следствия. Сейчас следствие закончено, все доказательства собраны, свидетели допрошены, и говорить о том, что Ходорковский и Лебедев могут оказать давление или помешать в собирании доказательств, невозможно».

Не дождавшись объяснений, почему дело слушается в Хамовническом суде, адвокаты заявляют ходатайство «О передаче дела по подсудности».

Итог дня: судья неожиданно меняет тактику ведения предварительных слушаний, объявляя, что предпочел бы выслушать все адвокатские ходатайства разом, чтобы решить их судьбу в финале предварительных слушаний. Адвокаты вынуждены согласиться — в противном случае судья объявит об окончании предварительных слушаний. Прокуроры молчат.

День четвертый. 6 марта

Прокуроры развлекают публику, рассказывая о причинах передачи дела в Хамовнический суд. Оказывается, в юрисдикции этого суда находится офис некоего адвокатского бюро «АЛМ Фельдманс», которое некогда обслуживало ЮКОС. По мнению обвинителей, сотрудники этого бюро — «соучастники преступной группы» Ходорковского—Лебедева. Прокуроры сообщили также, что эти люди находятся в международном розыске. Позднее Вадим Клювгант полностью опровергает эту информацию, объясняя журналистам, что упомянутые прокурорами люди в уголовном деле не упоминаются и Интерпол их не ищет. По мнению защиты, судья Виктор Данилкин «начинает, кажется, понимать свою участь — заложника участия в расправе».

В этот же день адвокаты заявляют ходатайство о прекращении уголовного дела за отсутствием в действиях бывших руководителей ЮКОСа состава преступления.

День пятый. 11 марта

Защита заявляет повторный отвод прокурорам. Причина — «сообщение суду сведений, не соответствующих действительности». Судья снова не находит оснований для отвода.

Константин Ривкин: «Госообвинители путаются в гражданско-правовых терминах, плохо представляют себе, что такое корпоративное право».

Вадим Клювгант: «Прокуроры перевирают законы, используют факты, которых не было, и слова, которые не говорились».

Адвокаты заявляют повторное ходатайство о прекращении уголовного дела. На этот раз — в части, касающейся хищения нефти. Мотивировка: никто не может быть судим дважды по одним и тем же вменяемым обстоятельствам дела.

Елена Липцер: «Приговором мещанского суда они уже были признаны виновными в неуплате налогов с нефти, а теперь Ходорковскому и Лебедеву вменяется, что эта же нефть ими была украдена».

Адвокаты сообщают, что собираются пригласить в суд министра финансов РФ Алексея Кудрина в качестве свидетеля со стороны защиты. Они уточняют, что в список предполагаемых свидетелей входит также ряд высокопоставленных чиновников, оглашать фамилии которых пока не планируется.

В этот же день защитники заявляют ходатайство о возвращении дела в Генпрокуратуру для объединения с делом бывшего вице-президента компании Василия Алексаняна, так как по крайней мере один из эпизодов обвинения Ходорковского и Лебедева по второму делу совпадает с обвинением Алексаняна.

День шестой. 12 марта

Адвокаты повторно требуют вернуть уголовное дело в Генпрокуратуру. На этот раз — для пересоставления обвинительного заключения.

Причину объясняет Вадим Клювгант: «Подсудимым непонятно, в чем они обвиняются. В обвинительном заключении очень много намеков. В частности, помимо «хищения» и «легализации» есть целый ряд утверждений о том, что Ходорковский и Лебедев кого-то подкупили, кого-то обманули, не так завладели ЮКОСом еще в1996—1997 годах».

Гособвинители заявляют, что объяснять Ходорковскому и Лебедеву суть обвинений должны не прокуроры, а адвокаты.

Адвокаты в третий раз заявляют ходатайство о возвращении дела в Генпрокуратуру. Причина — следователи не включили в обвинительное заключение перечень с доказательствами защиты и свидетелями защиты*.

Вадим Клювгант: «Мы такой перечень представили. Следователи посчитали его за наше ходатайство и отказали в его удовлетворении…»

Елена Липцер: «Мы включили в список свидетелей прокурора Лахтина. А прокурор не может участвовать в процессе, если он является свидетелем».

День седьмой. 13 марта

Михаил Ходорковский просит принять меры по сохранности имущества обанкротившейся компании ЮКОС, вплоть до наложения ареста. Бывший глава компании обращает внимание: сторона обвинения (в нарушение требований закона) не приняла никаких мер для сохранения имущества ЮКОСа, которое это же обвинение «считает похищенным или легализованным».

Защита добавляет: прокурорская халатность влечет нарушение интересов подсудимых. Ведь, в случае если будет вынесен оправдательный приговор, имущество должно быть возвращено Ходорковскому**.

Этим ходатайством обвиняемый не ограничивается. Вместе с Платоном Лебедевым он заявляет ходатайство, касающееся арифметического неблагополучия обвинения. Из обвинительного заключения непонятно, каким образом следствие пересчитало нефть до последнего украденного килограмма, если в деле полностью отсутствуют первичные документы — накладные, акты приемы-передачи, отгрузочные коносаменты…

Защита заявляет четвертое ходатайство о возвращении дела в Генпрокуратуру. Причина — наличие в материалах дела неполноценных документов. Так, часто в деле есть только первая страница какого-то документа и отсутствуют все прочие…

Защита также просит суд оказать помощь в истребовании целого ряда решений арбитражных судов, которые, по мнению защиты, полностью опровергают предъявленные Ходорковскому и Лебедеву обвинения в хищении нефти.

Далее защита требует прекратить уголовное дело по эпизоду хищения акций «Восточной нефтяной компании» за истечением срока давности и признать недопустимыми некоторые доказательства стороны обвинения, полученные без ордера на обыск и выемку документов.

На этом адвокаты завершают свою работу в предварительных слушаниях. Остальные ходатайства будут заявлены в слушаниях по существу.

*Что противоречит практике Верховного и Конституционного судов, позиция которых по данному вопросу однозначна – дела с такими изъянами нужно возвращать.

**Напомним, основная часть имущества компании отошла государству за долги и была продана с аукционов. Большую же часть активов ЮКОСа купила «Роснефть»