Бочка во дворе, флаги в гараже

Заплыв через Байкал в «омулевой бочке» житель Култука пока что отложил.

Чуть меньше месяца назад небезызвестный Николай Лупынин закончил-таки строительство своей чудо-бочки. Он, как и обещал, снабдил корабль биотуалетом, фотографиями звезд, поздравительными надписями в адрес городов-юбиляров. Более того, он спустил бочку на воду и даже поднял флаги над импровизированной мачтой корабля, прикрепив знамена на лыжные палки. Знаменами явились три флага: российский, Андреевский и флаг с гербом города Нязепетровска — малой родины Николая Лупынина. В итоге проверку на плавучесть судно прошло на отлично. Как и было задумано, бочка качалась на воде подобно поплавку. Однако на этом дело встало. Так и не отдавшись на волю волн и ветров, корабль столкнулся с рифами бюрократических препон.

Основой чудо-бочки стали две огромные катушки из-под кабеля. Плавучесть судна обеспечивают четыреста плотно утрамбованных коробок пенопласта, а устойчивость — три тонны песка, засыпанного в нижний отсек «омулевой бочки».

Флаги, сшитые на заказ, пока пылятся в гараже. Равно как и бескозырка и оранжевый спасательный жилет, сшитый супругой Николая Лупынина.

Капитан-мореплаватель

Напомним, в феврале появилась удивительная новость: пенсионер из поселка Култук намерен переплыть Байкал в бочке. Идея была навеяна песней «Славное море, священный Байкал». О замысле балагура и весельчака из прибайкальского поселка в буквальном смысле узнал весь мир.

Не осталась в стороне и наша газета. С Николаем Лупыниным, автором авантюрной идеи и конструктором чудо-бочки, мы познакомились лично. Тогда, рассказывая о своей затее, пенсионер не переставал удивлять нас все новыми подробностями дела, демонстрируя фрагменты будущего судна — сотни коробок пенопласта, две огромные катушки из-под кабеля. Энергия и энтузиазм капитана-мореплавателя били через край.

Стоит красавица, скучает

И вот спустя полгода, в минувшие выходные, мы вновь направились в поселок Култук. Огромную трехметровую бочку мы заприметили еще на подъезде к усадьбе Николая Лупынина. Высокая, пузатая, она выглядывала из-за забора, сверкая на солнце поздравительными надписями. «Иркутск-350», «Слюдянка-75», «Хужир-45»... Свой заплыв через Байкал житель Култука хотел посвятить городам-юбилярам.

— Нынче таковых много. Иркутск, Ангарск, Китой, Жигалово... В общей сложности 22, — поясняет мореплаватель, не без гордости похлопывая свое детище.

Вот уже месяц чудо инженерной мысли — плавучая бочка собственного производства — стоит во дворе усадьбы конструктора-изобретателя в ста метрах от Байкала. Полностью укомплектованная, готовая к отплытию. — Стоит красавица, скучает, — сокрушается Николай Лупынин. — Круиз наш закончился, так и не начавшись.

240 шурупов и 3 тонны песка

Николай Лупынин трудился над строительством судна без малого два года. Сначала разрабатывал конструкцию, продумывал внутреннее убранство каюты, коллекционировал коробки пенопласта. Часть находил на окрестных помойках, часть собирал по магазинам и киоскам. После колотил, выпиливал, обивал катушки досками, плотно стягивая жестяными обручами. В итоге бочка получилось такой, как и задумывалось, — крепкой, ладной, герметичной. Высотой 3,3 метра, в диаметре 2,2.

— Ее плавучесть обеспечивают 400 плотно утрамбованных коробок пенопласта, а устойчивость — 3 тонны песка, засыпанного вот сюда, в нижний отсек в качестве балласта, — поясняет Николай Лупынин. В общей сложности на строительство и обустройство бочки ушло 40 сосновых досок и одних только шурупов 240 штук.

— Я уже и испытать ее успел. Даже кран специальный заказывал, чтобы на воду спустить. Одно плохо — отчалить не отчалил, — усмехается Лупынин. — Эмчеэсовцы пришли и запретили. Еще и штрафом пригрозили. Мол, судно не зарегистрировано, разрешения на управления плавательным средством нет. Я им говорю: «Так это же не судно, это бочка». А они: «Не положено». И все тут. Бюрократы, — резюмирует пенсионер. — Пришлось в итоге бочку поднимать и во двор тащить. А что еще делать?

Словом, представители МЧС идею Николая Лупынина не оценили. Учитывая, что ни двигателем, ни парусом, ни даже веслами бочка не оснащена, они сочли затею небезопасной и слишком рискованной. Позже в интервью РИА «Новости» сотрудник ведомства подтвердил: «Запрет действительно есть. Лупынин не сможет вывести бочку в Байкал. У него к тому же нет разрешения на управление маломерным судном». Между тем бодрость духа пенсионер не теряет. Его бочка стоит во дворе; флаги, бескозырка и спасательный жилет бережно убраны в гараж. В том, что рано или поздно он осуществит свою мечту, мореплаватель не сомневается.

— Просто обидно. Вместо того чтобы помочь, чиновники чинят препоны и ставят преграды. Да ладно, прорвемся, — оптимистично замечает Николай Лупынин. — Это ж для меня теперь дело чести!

Не запретили, а рекомендовали

Мы же, вернувшись в Иркутск, связались с заместителем начальника отдела ГИМС ГУ МЧС России по Иркутской области Татьяной Барановой. — Затея действительно слишком рискованная, прежде всего для самого мореплавателя. Бочка неуправляема. Как она поведет себя в открытом Байкале, абсолютно неясно. Тем более конструкция ее такова, что в случае ЧП вызволить человека из бочки будет крайне проблематично.

Вместе с тем информацию о запрете Татьяна Баранова опровергла. — Мы не вправе запретить человеку сесть в бочку и отправиться в путешествие, мы можем лишь настоятельно рекомендовать не подвергать себя такой опасности. Более того, если Николай Лупынин все же решится на авантюру, то при его согласии мы обеспечим необходимое сопровождение. Что касается штрафов, то да, таковые ему действительно грозят. Отсутствие регистрации на плавательное средство и разрешения на управление маломерным судном в совокупности влечет за собой штраф в размере 4 тысяч рублей.

Путешествию быть!

— Ну, 4 тысячи — это еще ничего! Это и корову продавать не надо, пенсии хватит, — с неизменным энтузиазмом в голосе заявил нам Николай Лупынин. Новость о нашем разговоре с представителями МЧС мореплаватель встретил с воодушевлением.

— Так, значит, поплывете?

— Поплыву! Хоть легально, хоть нелегально, а все равно поплыву! Правда, теперь уже, наверное, в следующем году.