Илья Сумароков в упор не замечает засухи в Прибайкалье
Неожиданная новость: в четырех муниципалитетах Иркутской области ввели режим чрезвычайной ситуации из-за засухи, погубившей урожай. Речь идет о Балаганском, Нукутском, Усть-Удинском округах и Эхирит-Булагатском районе.
Как сообщается, критические условия, связанные с большими потерями продуктивной влаги в пахотном слое почвы, сохранялась три декады подряд (менее десяти миллиметров осадков), что привело к гибели сельхозкультур на площади более 100 гектаров.
Но если посмотреть публикации министерства сельского хозяйства Иркутской области под началом Ильи Сумарокова, то там никакой засухи нет.
Есть Яблочный Спас, есть всероссийский флешмоб, есть пеший поход сотрудников минсельхоза, есть даже фестиваль-ярмарка «Сделано в России» в честь китайского Дня влюбленных.
А засухи – нет. И не было.
При этом руководителем ликвидации последствий означенной чрезвычайной ситуации назначен министр сельского хозяйства региона Илья Сумароков. Может, где-то в глубинах сайта его министерства и кроется какой-то относящийся к делу документ, но в ленте его новостей полная идиллия.
Засуха в разгаре, но о ней ни слова
Собственно, так же было с заразным узелковым дерматитом, который пришел в Иркутскую область в 2024 году. На всем сайте удалось найти семь новостей на эту тему, причем пять из них появились уже после заноса инфекции, но при этом рассказывают преимущественно про «профилактическую работу».
Типичная картина инфекции
Тогда никакой заблаговременной прививочной кампании крупного рогатого скота проведено не было. Да хотя бы информационной кампании на тему риска появления заразы. А риск был явный.
В 2025 году на апрельской сессии Заксобрания Илья Павлович, не моргнув глазом, рассказал о потере в ходе эпидемии этой болезни семи тысяч голов скота. Кузьма Алдаров тут же поправил министра: под нож в Иркутской области пустили около 25 тысяч голов КРС! Катастрофическая цифра.
Сейчас Иркутская область недополучает от годовой потребности около 30 тысяч тонн молока и 2,5 тысячи тонн мяса на общую сумму полтора миллиарда рублей. Эти деньги, значит, по большей части просто уходят из региона, будучи заплаченными на ввезенную продукцию. Могли бы влиться в отрасль.
Теперь вот, если почитать официальные документы, «главам местных администраций поручено проинформировать население о введении режима ЧС, провести обследование погибших посевов для оценки точного ущерба и в 10-дневный срок предоставить эти данные в областной Минсельхоз. Также в пятидневный срок муниципалитеты должны разработать планы по ликвидации последствий стихии».
А что ж сам региональный минсельхоз не общается с населением через свои ресурсы? Не информирует, не определяет проблемы, не ищет пробелы в работе? Да чего там: вообще боится упоминать страшные буквы «ЧС»...
И что, кстати, за муниципалитеты? Илья Павлович с коллективом в курсе, что в округах (а это три из четырех перечисленных выше территорий) вообще нет первого уровня самоуправления. То есть какие-то ответственные лица, наверное, есть, но сил явно не излишек (обратите внимание на определенные выше сроки). Минсельхозу области и поручено «собрать и обобщить всю информацию об ущербе и разработать общерегиональный план мероприятий по его снижению».
В таких условиях областные чиновники вообще должны использовать все возможные пути информирования. Но нет, они предпочитают пешие походы... То есть если кто из пострадавших от засухи поскромнее и менее расторопен, тот так и останется наедине со своими погибшими посевами. Илья Павлович не разглядит их в розовые, очень удобные очки.
