Байкальский мусорный цикл: новые миллиарды — старые проблемы

На Байкале начинается новая глава в борьбе с мусором. Иркутская область и Бурятия получат 8 миллиардов рублей из федерального бюджета на создание современной инфраструктуры для обращения с твердыми коммунальными отходами (ТКО). Постановление подписано 14 мая, и деньги начнут поступать уже в этом году.

Речь идет не просто о строительстве мусороперерабатывающих заводов. Планируется создать целую систему — с пунктами перегрузки, сортировкой, утилизацией, обезвреживанием и размещением отходов. Всё это должно появиться на особо чувствительной территории — в границах центральной экологической зоны Байкальской природной территории.

Проект рассчитан на три года. Финансирование пойдет в рамках федерального проекта «Экономика замкнутого цикла», который входит в более масштабную программу «Экологическое благополучие». Звучит обнадеживающе, особенно с учетом того, что Байкал — это не только озеро, которое знают во всем мире, но и зона, где проблемы с мусором давно стали хроническими.

Байкал давно испытывает на себе последствия человеческой активности. Туризм, хозяйственная деятельность, отсутствие современных полигонов и переработки — всё это делает мусор неотъемлемой частью здешнего ландшафта. Особенно сильно страдает прибрежная зона и малые населённые пункты, куда не доезжают мусоровозы, а отходы складируются кто как может.

Центральная экологическая зона — это не просто условные границы. Это территория, куда входит само озеро с островами, прибрежные земли, водоохранные полосы и особо охраняемые природные территории. В Иркутской области сюда попадают 77 муниципалитетов. Только они ежегодно производят более 22 тысяч тонн отходов. Большая часть этого объема — не перерабатывается, а накапливается в стихийных свалках или на перегруженных полигонах, не соответствующих современным требованиям.

Добавьте к этому Бурятию, где ситуация ничем не лучше. Вместо централизованной системы — хаос. Многие посёлки до сих пор живут в режиме «сами вывозим, куда придётся». Уничтожение отходов зачастую происходит прямо на месте — сжиганием, захоронением, или просто выбрасыванием в лес, к реке или оврагу.

В официальном сообщении говорится о строительстве объектов обработки, утилизации, размещения и обезвреживания отходов, а также перегрузочных станций. По сути, это означает появление полноценной логистики: где-то мусор будут собирать и прессовать, где-то сортировать, перерабатывать, а где-то — утилизировать. Причём с соблюдением всех норм и требований, ведь речь идет о особо охраняемой территории.

Идея здравая. Звучит правильно и даже впечатляюще. Вот только реализовывать это надо было лет десять назад. Сейчас же мы снова слышим про масштабные планы, но уже понимаем, что всё растянется на годы. Как всегда: сначала много разговоров, потом проекты, тендеры, согласования, сроки сдвигаются — и в итоге результат либо запаздывает, либо выглядит совсем не так, как задумывалось.

Что-то оставалось на уровне презентаций, что-то строилось и останавливалось на полпути, а кое-что и вовсе не имело никакого отношения к настоящей экологической помощи. Возьмем хотя бы отходы Байкальского целлюлозно-бумажного комбината в Байкальске. Комбинат закрыли, а что делать с накопившимися за десятилетия химикатами — так и не решили. Сейчас эти отходы просто переливают из одной ржавой цистерны в другую. Всё. Горы опасных веществ по-прежнему лежат в двух шагах от озера.

БЦБК и «Росатом»: Очистка надшламовых вод – пыль в глаза?

С чем могут возникнуть трудности? Во-первых, сроки. Три года — это не так уж много, если учесть, что нужно спроектировать, провести экологическую экспертизу, утвердить, построить и ввести в эксплуатацию несколько объектов сразу. Во-вторых — кадры. В тех же малых населенных пунктах просто нет специалистов, которые могли бы управлять современным комплексом по обращению с ТКО. В-третьих — контроль. История с БЦБК свежа в памяти: как только пропадает внимание к проекту, возникают странности. И чаще всего — не в пользу природы.

Кроме того, стоит учитывать, что местные жители и бизнес не всегда готовы к переменам. Построить полигон рядом с деревней? Будет скандал. Запустить сбор раздельного мусора в селе, где даже контейнеров нет? Нужно время. Перевести на новые рельсы всю систему обращения с отходами в условиях разобщённости и разной степени готовности территорий — задача не только строительная, но и организационная.

Если всё получится, это станет одним из крупнейших шагов по очистке Байкала от мусора за последние годы. Сейчас регион работает в условиях, которые явно устарели — и морально, и технологически. Нормальные контейнеры стоят далеко не везде, полигоны часто не соответствуют требованиям, переработка — в зачаточном состоянии. Новый виток федерального внимания и финансирования может сдвинуть ситуацию с мёртвой точки.

Но есть и «если». Успех проекта напрямую зависит от того, кто именно и как будет эти 8 миллиардов осваивать. Будут ли выбраны подрядчики, которые умеют работать в сложных природных условиях? Успеют ли местные власти вовремя подготовить участки и документы? Найдутся ли специалисты, которые не только запустят, но и будут сопровождать систему потом?

Пока это только обещание — щедрое, масштабное и очень нужное. Но история Байкала учит нас относиться к таким вещам с осторожным оптимизмом. У этого озера слишком много «друзей», которые на словах за экологию, а на деле — за откаты и освоение средств.

Деньги выделены, постановление подписано, программа стартовала. Осталось самое трудное — превратить федеральные миллиарды в работающие мусоросортировочные линии, удобные перегрузочные станции и чистые берега.

Фото: Greenpeace