Иркутская область потратит 120 миллионов рублей на откачку дождевой воды на БЦБК

Правительство Иркутской области до конца 2022 года обещает выделить 120,5 миллиона рублей на работы по понижению уровня надшламовых вод в картах-накопителях Байкальского целлюлозно-бумажного комбината.

Напомним.

ОАО «Байкальский целлюлозно-бумажный комбинат» начал работать в 1966 году, а закрылся в 2013-м.

На полигоне «Солзанский» захоронены отходы шлам-лигнина, а также отходы от сжигания угля, отходы коры, чёрного щёлока и избыточного активного ила.

На полигон «Бабхинский» помимо золошлаков от сжигания углей сбрасывались: шлам-лигнин, коросодержащие отходы, твёрдые бытовые и строительные отходы, золы от сжигания угля, шлам-лигнина, шлам зелёного щёлока, ТКО. Всего 6,5 миллиона тонн отходов.

В марте 2020 года единственным ликвидатором накопленного вреда на площадке БЦБК был назначен ФГУП «Федеральный экологический оператор», дочерняя структура госкорпорации Росатома.

Надшламовые воды – это верхняя часть отходов. Вернее, это талая и дождевая вода, в которой могут находиться примеси вредных веществ. Ранее эту воду очищали в системе локальных очистных сооружений промплощадки БЦБК, после чего направляли её на доочистку в Канализационные очистные сооружения Байкальска (КОС БМО). После чего якобы очищенную воду можно было сбросить в Байкал без ущерба для экосистемы озера.

Так продолжалось несколько лет, пока не вскрылось, что очистные в Байкальске не работают. Нет, не так. Оказалось, что в самих очистных сооружениях уже присутствует повышенное содержание адсорбированного органического хлора (АОХ) – превышение ПДК более чем в 1000 раз! Это вещество запрещено сбрасывать в Байкал, да и вообще в водоёмы. Всё это прикрывалось со стороны иркутского Роспотребнадзора, которым руководит Оксана Курек. Подробнее о ситуации Бабр писал в материале «Почему куРЕКИ отходов попали в Байкал?». В итоге с КОС БМО взыскали 74 миллиона рублей. После этого для них ввели судебный запрет на сброс промышленных стоков с карт-накопителей БЦБК.

На самом деле надшламовые воды – это не самое страшное в отходах БЦБК. По данным сибирских учёных, за год на поверхность шламонакопителей БЦБК выпадает порядка 1,5 миллиона кубометров осадков, и лишь незначительная часть из них испаряется. А вот сам шлам-лигнин, который пытаются утилизировать уже почти 10 лет, – это другое дело. В случае попадания надшламовых вод в Байкал ничего страшного не случится. Талая вода, пусть даже над опасными отходами, – это ничто по сравнению с самими отходами.

Но последние три года не происходит ничего, кроме откачки этих самых вод. За три года было потрачено несколько сотен миллионов рублей на откачку вод, но ни один грамм отходов не утилизирован. Нет даже проекта рекультивации промплощадки. В то время, как некоторые представители бизнес-индустрии относятся бережно к природным богатствам байкальских земель и занимаются планомерным очищением территории (один из примеров – БАЙКАЛСИ Кампани), государственные структуры в лице ВЭБ.РФ и Росатом переливают из пустого в порожнее.

При этом Росатом зуб давал, что в 2023 году дело сдвинется с мёртвой точки. Видимо, ребята останутся беззубыми.