Для чего нам жить и любить? К юбилею мрачного эгоиста
Твой образ был на нём означен,
Он духом создан был твоим:
Как ты, могущ, глубок и мрачен,
Как ты, ничем неукротим.
А. С. Пушкин
22 января исполняется 230 лет со дня рождения выдающегося английского поэта-романтика лорда Джорджа Байрона.
Бедность, в которой родился будущий поэт, сложные отношения с матерью, дурная репутация предков и врождённая хромота, вызывающая насмешки товарищей, довольно рано спровоцировали разочарование Байрона в том мире, в котором он оказался. Его произведения (зачастую автобиографические) буквально пропитаны отчуждённостью, чувством одиночества и презрением к окружающим. Как ни странно, именно высокомерие и угрюмость сыграли свою роль в росте популярности поэта. Не зря некоторые библиографы утверждают, что Байрон «покорил Европу своим мрачным эгоизмом».
Кстати, именно Байрон является автором фразеологизма «проснуться знаменитым». В своих «Дневниковых записях» он написал по поводу оглушительного успеха первых двух песен «Паломничества Чайльд Гарольда»: «Я проснулся в одно утро и увидел себя знаменитым».
Великий поэт прожил всего 36 лет, оставив в наследство не только прославленного «Чайльд Гарольда», но и «Дон Жуана», и «Корсара», и «Манфреда», и множество других произведений, вошедших в золотой фонд мировой литературы. Кроме того, сюжеты Байрона вдохновили на написание прекрасной музыки таких композиторов как Верди, Чайковский, Адан, Берлиоз, Шуман.
В XIX веке популярность Байрона в России зашкаливала, а его стихи не переводил только ленивый. Вы можете встретить произведения английского поэта в переводах Пушкина, Лермонтова, Жуковского, Фета, Батюшкова, Майкова, Огарёва, Блока, Брюсова, Пастернака и многих других русских поэтов. Что же касается «мрачного эгоизма», то об этом лучше судить вам самим. Если вам в руки до сих пор не попадались книги Байрона, то самое время ознакомиться хотя бы с некоторыми цитатами из его бессмертных произведений, уже более двухсот лет живущих самостоятельной жизнью в ранге остроумнейших афоризмов.
Мой жребий – жить, любить, но для чего?
Я часто без достаточных причин
Чужие языки употребляю,
Чтоб доказать, что я их точно знаю!
«Да будет свет!» – господь провозгласил,
«Да будет кровь!» – провозгласили люди.
Противника старайтесь утомить –
Его тогда нетрудно и затмить.
Разумный человек обычно пьёт,
Что в нашей жизни лучше опьяненья?
Всечасно упивается народ
Любовью, славой, золотом и ленью.
Она была вот тем-то и страшна,
Что всех пороков женских лишена.
У каждого своя печаль на свете,
И слабый мнит, что Зло нам ставит сети.
Наш век есть век прекрасных разговоров,
Убийства тела и спасенья душ.
И средние века не так страшны,
Как страшен средний возраст нашей жизни.
То глупы мы, то мудры, то смешны
И с каждым днём становимся капризней.
Он знал искусство покорять сердца
Надменной маской хладного лица.
Скупой, копящий золото, давно
Забыл разврат, и карты, и вино.
Она вздохнула, вспыхнула, смутилась,
Шепнула: «Ни за что!» – и... согласилась!
Когда то люди создали манеры,
Теперь манеры создают людей.
Прилизаны, приглажены и серы,
Не проявляем воли мы своей.
Люблю болтать с друзьями до рассвета,
Люблю в журналах мир и на земле,
Правительство люблю я (но не это),
Люблю закон (но пусть лежит в столе).
Как далека во всём от идеала
Та, чей портрет нам страсть нарисовала.
Известно, у красавиц не в чести
Мужья, которым больше тридцати.
Я прежде ненавидел и любил,
Теперь умею только издеваться.
Хоть умирать приходится лишь раз,
Но как – вот это беспокоит нас!
Последний портрет Джорджа Байрона. Томас Филлипс,
1813 год
