Остров Володи: московский лосось в японском море

Сахалин… край необычайной красоты, природных богатств и убогости местной жизни. Когда-то в нерест здесь можно было перебежать реку не касаясь воды - по спинам лосося (и это не преувеличение). Сейчас, горбушу и кету здесь, зачатую, выкидывают обратно в океан, оставляя только икру.

Промысел – то, чем занимается почти каждый сахалинец. Это может быть лес, нефть, газ, золото или рыба. Конечно, особое место занимают именно морепродукты. Вообще, с морем на Сахалине связано все – климат, зарплаты, сообщение с материком. Как поведет себя море, так и жизнь складывается. Самый типичный пример – во время осенних штормов проехать из Южно-Сахалинска в крупные города середины острова часто становится затруднительно (океанские буруны перехлестывают волнорезы и заваливают трассу топляком и мусором), зимой другая напасть – песочные тракты крайнего севера исчезают под многометровыми слоями снега и целые районы переходят на автономное существование.

Особое время на Сахалине - Путина – период с середины июля до второй половины августа, когда лосось идет на нерест, т.е. приближается к побережью и поднимается по руслам местных рек. На Путину народ съезжается, извиняюсь за каламбур, косяками. Я пытался пробиться на остров в середине июля, в самый разгар Путины. Мне повезло – я проторчал в материковом порту всего сутки, но со мной разговаривали люди, которые ждали заветного парома по 3-4 дня к ряду. Дело в том, что для многих жителей побережья восточных морей России Путина является едва ли не единственным способом поднять деньги для жизни на целый год. Выражение от Путины до Путины я слышал здесь не раз, и это нечто большее, чем простое переиначивание известного «от зарплаты до зарплаты».

Что такое лов лосося на нересте? Браконьерство чистой воды. При всем несовершенстве совка, при нем соблюдались некоторые разумные нормы – сети было разрешено выставлять не ближе 1-2 км от русла рек, выбитую популяцию восстанавливали на многочисленных рыбпромхозах. В современных российских условиях все эти пережитки давно отмерли. Промысловые рыболовецкие Станы вытянуты вдоль побережья Охотского (в меньшей степени Японского) морей на огромные расстояния. В рыбных местах Станы теснятся в 700-800 метров друг от друга, окучивая абсолютно все пресноводные ручейки и протоки, в которые может зайти лосось.

Старожилы рассказывают, что еще 10-15 лет назад в Путины реки буквально чернели от рыбы, ее можно было ловить руками. Не сказать, что сегодня лосось совсем исчез, нет, его до сих пор с избытком, однако надо понимать, что из всего рыбного помета до взрослой рыбы доживает только 2% икринок. К тому же лосось – рыба умная, когда год за годом ее отрезают от рек сетями, поставленными у самого устья, она просто перестает возвращается. Уходит к другим берегам, где ее не выбивают с таким остервенением.

Сейчас на Сахалине в отношении рыбного промысла девствует только один закон – спроса и предложения. А спрос есть, да еще какой – морепродукты (особенно икру) продают не только на Запад, но и на Восток – в Японию, Китай, Корею. Казалось бы - странно, что такие великие морские державы как Япония покупают российскую икру, однако тут все сложнее. Дело в том, что на Сахалине власти нет. Вернее, власть здесь конвертирована в универсальную валюту – деньги. У кого есть деньги, тот и прав.

Это даже не какая-то особенная рыбная мафия. Просто за деньги тут можно нарушить любой закон. Хочешь свой Стан - пожалуйста, ставь сети хоть в самой реке, хоть мешками черпай. Ни менты, ни рыбнадзор, ни погранцы мешать не будут – все в доле, всем заплачено. Отстегивать надо очень прилично, но любые издержки окупаются с лихвой – фура икры, выловленной на Сахалине даже не по себестоимости, а почти за бесценок, стоит в Москве на вес золота.

Я разговаривал с москвичом, который специально переехал на Сахалин, чтобы заниматься икрой – порог входа в бизнес по столичным меркам не высокий, а чистая прибыль измеряется тысячами процентов. И вот тут мы подходим к главной особенности – рыбными Станами в 9 из 10 случаев владеют не сахалинцы. «Материковые» приезжают с деньгами и нанимают местных работяг на черновую работу (ловить, пороть рыбу, чистить сети, паковать икру), а сами лишь снимают сливки. Причем, бизнес построен таким образом, что 99% всего улова уходит на материк. На острове почти ничего не остается. Трудно поверить, но красная икра в Южно-Сахалинске стоит не намного дешевле, чем в Иркутске или Красноярске.

Повторюсь, на Сахалине есть все, но собственно жителем острова от природных щедрот мало что перепадает. В этом и состоит невыносимый парадокс российской действительности – когда горбушу выловили на Сахалине, а на ее продаже заработала Москва.

К сведению:

Остров Володи: черное золото в кремлевских трубах: /?IDE=108095

Остров Володи. Фоторепортаж: /?IDE=108158

Новости Прибайкалья - в Вайбере. Только эксклюзив! Подписывайтесь!

Читайте нас в Одноклассниках!

Читайте нас в Телеграме!

URL: https://babr24.com/?ADE=108912

bytes: 5070 / 4807

Обсудить на форуме Бабра в Telegram

Поделиться в соцсетях:

Автор текста: Андрeй Темнов, независимый журналист.

На сайте опубликовано 1065 текстов этого автора.

Лица Сибири

Пономарёв Алексей

Клюкин Александр

Бурлов Артем

Хрычов Николай

Мордвинов Игорь

Будашкаева Светлана

Вельм Оксана

Карих Юрий

Каминская Татьяна

Гуртовой Юрий