Третье оправдание умершего Дмитрия Матвеева: тотальный разгром обвинения

Нашумевшее и самое скандальное в регионе уголовное дело умершего предпринимателя Дмитрия Матвеева завершилось очередным, третьим по счету, полным крахом обвинения.

22 апреля этого года коллегия присяжных заседателей Иркутского областного суда из восьми членов единодушно оправдала подсудимых Ивана Матвеева (сына покойного), а также Эдильханова Н.Ш., Гамаева З.А., Беличкова А-М.А, Бистаева А.Б. по всем пунктам предъявленного обвинения.

Ранее коллегия присяжных также признавала подсудимых невиновными, но вышестоящий Пятый апелляционный суд в Новосибирске отменил оправдательный приговор и потребовал судить всех повторно.

...Напомним, уголовное дело в отношении инвалида-колясочника Дмитрия Матвеева по статьям 126 и 163 Уголовного кодекса (похищение человека и вымогательство) родилось 1 июня 2018 года. Именно тогда представители следственного управления СКР по Иркутской области в сопровождении СОБРа ворвались в дом к Матвееву и провели там обыск. Сам неходячий инвалид, известный в городе предприниматель и меценат, был схвачен, обвинен в преступлениях, которых он не совершал, а затем незаконно заточен в пыточный следственный изолятор № 1 Иркутска.

Эту участь Матвеева разделили другие подсудимые – Эдильханов, Гамаев и Беличков. Их назначили непосредственными исполнителями «похищения» маргинала Руслана Дукина, а само «похищение» (опять же, по задумке следователей) якобы заказал и организовал Дмитрий Матвеев.

В процессе судебных мытарств подсудимый Дмитрий Матвеев умер.

Но уголовное дело против него и других подсудимых продолжает жить.

В июне 2024 года этому делу исполнится ровно шесть лет. И все эти шесть лет наша редакция внимательно следит за развитием событий в камерах пыточного СИЗО, кабинетах следователей и залах судебных заседаний. Эти шесть лет стали настоящим испытанием подсудимых на прочность. И они это испытание выдержали. Не сломались, не оговорили невиновных, не взяли на себя вину в несуществующих преступлениях. Стойкость, мужество и сила характера помогли Муслиму Беличкову и Шамилю Эдильханову выдержать тюремные пытки.

Невероятная сила духа помогла прикованному к инвалидной коляске Дмитрию Матвееву выжить в условиях тюремной системы, совершенно не приспособленной к содержанию инвалидов такой группы.

Работавшим по уголовному делу адвокатам, общественным деятелям, журналистам, правозащитникам и депутатам различных ветвей власти все эти шесть лет противостояла огромная репрессивная машина Следственного комитета и прокуратуры. Следователи под прямым натиском руководства отказывались слушать любые аргументы защитников, отказывались верить медицинским справкам и документам. Врачей Иркутской городской клинической больницы №3, которые по запросу следователя выдали заключение о невозможности содержания Дмитрия Матвеева в тюрьме, допрашивали несколько часов до глубокой ночи. От них добивались изменения выводов о тяжелом состоянии здоровья пациента.

Как неоднократно говорил сам Дмитрий Матвеев – от него требовалась собственная смерть.

Он не должен был выйти на свободу и не должен был выжить. По его убеждению, заказчицей его ареста с целью дальнейшего фактического убийства в тюремной камере выступала его бывшая супруга – Татьяна Казакова. Она пыталась захватить часть имущества Матвеева, оставшегося после развода.

Дмитрий Матвеев умер после освобождения и вынесения первого оправдательного приговора. Бразды правления его бизнесом, как и груз ответственности по уголовному делу, перешли к старшему сыну – Ивану. А значит, фокус внимания Казаковой с Матвеева-старшего сместился на Ивана. Главной целью обвинителей стал именно он.

В суде Иван и его брат Михаил оказались перед выбором: согласиться с прекращением уголовного дела в связи со смертью отца (а значит, признать виновность) либо добиваться его посмертной реабилитации, то есть идти до конца. Дети выбрали второй путь. Интересы умершего в суде представлял адвокат.

Вероятно, неоправдавшийся расчет Казаковой был на то, что Иван Матвеев – слабый, неспособный вести такую же активную оборону по всем фронтам, как это делал его отец. Напомним, мы писали ранее, у Дмитрия Матвеева и Казаковой с 2014 года шли судебные тяжбы по десяткам гражданских дел в судах о дележе коммерческой собственности супругов. Как раз дело о похищении Руслана Дукина выросло из одного из таких разбирательств.

Присяжные заседатели единогласно признали Ивана Матвеева, его умершего отца и других подсудимых невиновными по всем пунктам предъявленного обвинения. То есть присяжные абсолютно определенно выразили свое мнение о том, существовало ли само событие преступления, от которого якобы пострадали Руслан Дукин и Ольга Казакова (дочь заказчицы дела).

А именно, исходя из выводов присяжных, вся история похищения Дукина была придумана, разыграна, а потом тщательно расписана юридическими красками в материалах уголовного дела.

Но первой коллегии присяжных не позволили вынести оправдательный вердикт.

Вторая коллегия в 2021 году огласила его. Но приговор суда был отменен вышестоящим судом. Судей не устроило то, что присяжным не позволили осмотреть телефон с перепиской подсудимых. А Бабр писал о том, каким волшебным образом в телефон Эдильханова на следствии были внесены изменения и как появились файлы переписки. Именно по изложенным причинам присяжным не показывали телефон раньше. В третий раз присяжным показали всю переписку с телефонов подсудимых.

И – тот же самый результат в виде оправдательного вердикта. Полнейший разгром версии прокуратуры, тотальное непринятие любых доказательств обвинения по причине полной дискредитации следствием и прокуратурой самих себя. Все восемь присяжных без малейших сомнений сделали выбор в пользу защиты.

То есть голос народа в третий раз возопил в суде: хватит вранья, хватит фальсификаций, хватит заказных дел, довольно пыток людей, купленных свидетелей и придуманных потерпевших. Мы уже излагали, в каких условиях присяжным пришлось выносить свой вердикт. Никакие шантаж, угрозы, попытки подкупа присяжных «потерпевшими», а также нападения на присяжных не помогли в достижении цели незаконного осуждения невиновных. Тяжелее всего заточить в кандалы правду. Она будет выпирать из всех щелей даже при полной цензуре в зале судебного заседания. Очевидная и раскрученная в десятках СМИ история заказной травли инвалида-колясочника сегодня на устах всего юридического сообщества и простых людей.

А потому любые попытки заставить людей назвать белое черным обречены на провал. Прокуратура в очередной раз будет настаивать в апелляционной инстанции на повторном (и четвертом по счету) рассмотрении грубо сшитого уголовного дела.

Сколько еще раз прокуроры будут наступать на ту же швабру, зависит, вероятно, только от степени заинтересованности заказчицы.

А мы продолжим следить за развитием событий.