Мэр Шелехова обвинил асфальтобетонный завод в запахе гари. Предприятие это отрицает
Жители Шелехова уже несколько дней жалуются на смог и запах гари в городе. Мэр Сергей Липин заявил, что во всём виноват асфальтобетонный завод. На предприятии признали, что с завода действительно идёт дым, однако посторонних запахов он не несёт.
«Принято решение подготовить совместное письмо с мэром района Максимом Модиным в Роспотребнадзор, чтобы они провели проверку и выявили источник. Проехали с мэром района по территории промплощадки. Смог и запах идёт с асфальтобетонного завода», — написал Липин в соцсетях 18 августа.
Липин опубликовал фото завода.
Аккаунт завода откликнулся в комментариях к посту мэра. Представитель АБЗ заявил, что при сушке щебня и песка образуется дым, но при этом посторонних запахов он не несёт.
«По такой технологии завод работает больше 10 лет! Ничего не менялось! Зимой завод не работает! Спасибо всем, кто это понимает и адекватно реагирует!», — написал аккаунт «Шелеховского АБЗ».
Некоторые из подписчиков также не разделяют мнение мэра Липина. Одни считают, что всему виной скандальный завод по сжиганию медицинских отходов, другие думают, что «так просто отводят взгляд от реально загрязняющих предприятий», третьи уверены, что проблему создаёт всё в совокупности.
Сельское хозяйство в Иркутской области в последние годы всё чаще подают как историю уверенного роста. Отчёты говорят о господдержке, новых производственных линиях, увеличении сборов урожая и стабильной работе животноводческих предприятий.
История с навесным мостом на мысе Саган-Хушун на Ольхоне, похоже, далека от завершения. Проект, который за два года успел вызвать протесты местных жителей, вмешательство надзорных органов и судебные решения, снова возвращается в повестку — уже в переработанном виде.
История с программой «Чистый воздух» в Иркутской области перестала быть разговором только о цифрах и мероприятиях. Слишком разные ощущения у людей в разных городах, чтобы всё сводилось к единому благополучному отчёту.
В Иркутской области вновь заговорили об отходах — и сразу по нескольким поводам. Истории разные по масштабу и географии, но складываются в одну знакомую картину: там, где система должна работать тихо и незаметно, регулярно всплывают проблемы, которые уже трудно списать на случайность.
В регионе запускают сразу несколько крупных инициатив, связанных с водой и отходами. Общая стоимость — около 28 миллиардов рублей. Деньги большие, задачи — тоже.
Главный и самый ожидаемый проект — реконструкция канализационных очистных сооружений левого берега Иркутска.
Для Свирска история с полигоном твёрдых бытовых отходов внезапно вышла за рамки привычных коммунальных споров. Управление Росприроднадзора по Иркутской области обратилось в Арбитражный суд с иском к компании «Гарант», которая эксплуатирует городской полигон. Сумма требований — 1 143 541 789 рублей.
Разговоры об экологических итогах 2025 года в Иркутской области затянулись. Январь 2026-го на дворе, отчёты подписаны, презентации показаны, цифры разошлись по лентам.
История со сплошными рубками на Байкале неожиданно ускорилась. Закон, который разрешает вырубку лесов в ряде случаев, ещё не вступил в силу, а о работах в прибрежной зоне уже говорят как о свершившемся факте.
Новогодние праздники в Иркутской области традиционно становятся стресс-тестом для коммунальных служб. Люди больше времени проводят дома, готовят, принимают гостей, а значит, и мусора образуется заметно больше обычного.
Бабр согласен не со всеми тезисами, изложенными в данной статье, однако признаёт высокий уровень её профессионализма и публикует для понимания читателями ситуации вокруг Байкала.
9 декабря Государственная дума во втором и третьем чтениях приняла поправки в закон «Об охране озера Байкал». За проголосовали 323 депутата, против — 71.
В Госдуме вновь обсуждают будущее Байкальской природной территории. Формально речь идёт о корректировке законодательства, но по сути — о попытке хоть немного разгрести те завалы, которые копились годами.
