Нам пишут. Земля раздора: почему уничтожаются работающие фермерские хозяйства?
Прошло время с тех пор, как фермеры, столкнувшись с принудительным изъятием земель в границах заказника «Большемуртинский» обратились за помощью к губернатору.
Однако вместо конструктивного диалога — оглушительная тишина.
Профильные ведомства, включая и Министерство сельского хозяйства заняли позицию сторонних наблюдателей, констатируя, что никто не вправе вмешиваться в деятельность прокуратуры. Эта бюрократическая стена вызывает массу вопросов. Например, почему не предложили альтернативные участки?
Особый цинизм ситуации в том, что среди пострадавших — грантополучатели, которые еще 7 лет назад получили государственные средства на развитие животноводства.
Получается государство одной рукой инвестирует миллионы в фермерство, развивая животноводство, а другой рукой, спустя годы — разрушает хозяйства, вынуждая людей тратить последние силы и средства на судебные тяжбы.
Складывается также стойкое ощущение, что до главы региона реальная картина просто не доходит.
За всей этой историей отчетливо проглядывают «закулисные игры» и чьи-то частные интересы, прикрытые красивыми лозунгами. Нам рассказывают о необходимости «спасать село» через развитие туристических троп. Но, давайте будем честны: интерес к местным традициям и культуре поддерживают не «бутафорские» объекты, на которые «пульнули» бюджетные миллионы, а крепкие, работающие хозяйства. Именно они создают инфраструктуру и дают стабильность людям. Более того, сама логика изъятия земель выглядит абсурдной.
Статистика дирекции заказника говорит сама за себя: с 2010 года по 2023 год популяция той же сибирской косули возросла с 145 до 375 особей. Это свидетельство того, что фермерство и природа прекрасно сосуществуют. Так зачем разрушать то, что кормит семьи ради сомнительных проектов, которые к тому же ограничены в реализации статусом заказника?
В нынешних геополитических условиях, когда продовольственная безопасность, развитие экономики, улучшение демографии должны быть в приоритете, такие действия выглядят как вредительство. Не пора ли признать: что под прикрытием «экологической повестки» зачастую скрываются интересы, далекие от защиты природы.
Пока чиновники хранят молчание, а глава аграрного ведомства, судя по всему, занят лоббированием интересов своего окружения, у крестьян на 8 сентября 2026 года назначен суд. Судьба хозяйств, которые годами кормили людей, похоже, никого в высоких кабинетах не волнует.
Чьи же интересы важнее: тех, кто работает на земле или тех, кто пытается на ней заработать, прикрываясь экопросвещением? И сколько еще таких «маразматических» решений нам предстоит увидеть, прежде чем здравый смысл возобладает над бюрократией?
И эта ситуация не локальный конфликт по земле. Это лакмусовая бумажка проявления глубокого системного кризиса в управлении ресурсами. Когда ведомства, призванные защищать крестьян, самоустраняются, они расписываются в собственной некомпетентности.
Если аграрное ведомство не способно защитить своих грантополучателей, значит, само понятие «господдержка» превращается в опасную ловушку.
Фермер, взявший на себя обязательства по развитию поголовья, поверивший в государство, оказывается заложником: он вложил капитал, душу и силы в землю, которую завтра у него отберут под предлогом «экологической повестки», чтобы спустя годы скот пустить под нож ради «призрачных туристских троп», по которым навряд-ли когда-то пройдут толпы туристов из-за отсутствия элементарной логистики.
Вызывает недоумение и избирательность «экологической заботы». Почему под удар попадают те, кто работает? Почему не рассматриваются альтернативные территории? Ответ на поверхности: проще отобрать у того, кто «привязан», чем создавать новое на пустом месте.
Под вывеской национальных проектов происходит подмена понятий. Вместо системного развития сельских территорий мы получаем точечное уничтожение экономики. Это не экология, а имитация бурной деятельности тех, кто привык осваивать бюджет, а не созидать. Судебное решение 8 сентября станет моментом истины для одних хозяйств, а другие ждут своей участи.
Стилистика, орфография и пунктуация автора сохранены.
В контексте:
Фото: i.ytimg.com, inbusiness.kz