Нам пишут. Земли до востребования?
Ситуация в Красноярском крае отлично демонстрирует разрыв между федеральной повесткой и реальными действиями властей региона. Пока в Совете федерации говорят о необходимости поддержки фермеров и развитии сельского туризма, в районах происходит прямо противоположное: у крестьян, которые десятилетиями кормили себя и свои семьи, буквально выбивают почву из-под ног.
История крестьян двух районов выглядит как классический пример «управленческого хаоса», где правая рука не ведает, что творит левая. Фермеры и владельцы личных подсобных хозяйств внезапно получили требование вернуть земельные участки, оформленные еще во времена колхозов.
При этом, законных оснований для изъятия, с учетом статуса организации заказника не просматривалось. Большемуртинский заказник был образован в 1974 году так, что земли в его границы включены без изъятия у нынешних пользователей и собственников.
То есть, формально остаются в обороте, но с жесткими ограничениями. При этом, в Положении о заказнике, утвержденном Постановлением Совета администрации Красноярского края от 22.10.2004 года № 261 есть важная деталь: в документах предусматриваются 2 зоны для использования земель для сельского хозяйства. Это земли в 1 км южнее поселка Комарово.
В этих зонах разрешено размещение строений и сооружений для сельхозпроизводства, хранение и первичная переработка продукции, также для добычи подземных вод.
Особый цинизм ситуации придает соседство этих хозяйств с крупными фермерами. Тогда как малых производителей пытаются «выдавить» из природной зоны заказника, ссылаясь на экологические ограничения. Возникает закономерный вопрос: почему для одних закон — это жесткий запрет, а для других — лишь формальность?
Складывается впечатление, что под прикрытием «экологической повестки» идет планомерная зачистка территории от малых производителей. И пока ответственные лица, «курирующие» развитие сельских территорий хранят молчание, на арену выходят «карманные организации».
Когда у фермеров забирают землю — это не просто бюрократическая процедура. Это уничтожение сельского уклада жизни и лишение людей единственного источника доходов.
В условиях сибирского климата и удаленности от рынков сбыта, село и так держится на голом энтузиазме. Если вместо поддержки создавать подобные прецеденты, а получателей ресурсов выбирать по признакам «аффилированности», игнорируя государственные приоритеты развития в жизненно важных секторах экономики и «расчищать село от тех» кто живет и работает, Национальные проекты останутся лишь красивыми отчетами.
Крестьянин без земли — это нонсенс. И если в регионе не пересмотрят свой подход к развитию отрасли мы рискуем окончательно потерять не только малые фермерские хозяйства, но и само понятие «развитие сельских территорий», заменив его имитацией деятельности узких лиц, которые получают все виды поддержки, где формально исполняют и даже перевыполняют показатели. В реальности эффективность не только низка и цели отражают скорее всего «процесс», а желаемый результат дает только развитие самому себе.
В рамках создания нового федерального проекта «Развитие малого агробизнеса», федеральное ведомство АПК планирует сокращение финансирования самого АПК. В свете этих событий и происходят периодически у крестьян то изъятие земель с массовыми судебными исками, то вдруг вспоминают про запреты и «подворный убой», то предлагают ограничение поголовья скота и птицы, хотя бы понимают, что пищевая промышленность загружена всего лишь на четверть местным сырьем-мясом? Видимо этим реформаторам невдомек, откуда берется мясо и что без крестьян села не бывает.
Всему этому способствует и то, что ключевые решения по развитию отрасли принимают люди, не обладающие специальными знаниями и опытом.
Остается добавить, что в регионе убрали программу грантовой поддержки по сельскому туризму. И все проходило «под одобрямс» того же комитета! Развитие сельских территорий означает не только развитие южных территорий, но и депрессивных районов, об этом следует помнить всем нам.
Стилистика, орфография и пунктуация автора сохранены.
Фото: qyzylqoga.kz