Опечатанные пальцы

Стоит ли отказываться от личных свобод ради общественной безопасности?

Леонид Млечин, тележурналист:

- Успешный опыт борьбы с терроризмом показывает, что лучше других с этим справляются открытые демократические общества, потому что к противотеррористическим усилиям подключается все общество, весь его интеллектуальный потенциал. И никто не воспринимает мероприятия по обеспечению общественной безопасности как теснение личных свобод.

Если есть необходимость в снятии отпечатков пальцев, фотографировании радужной оболочки глаза или размещении камер видеонаблюдения - нет никакой проблемы. Это совершенно никак не ограничивает свободы личности. Это нормальная практика за рубежом. Если нужно, то нужно. Главное, чтобы это было осмысленно. И этим можно было разумно воспользоваться. Какой толк от картотеки автомобилей, если у простого постового нет компьютерной техники, которая позволяет ему моментально связаться с базой? И у преступников нет резона бояться создания такой базы. У нас в стране существует система тотального разгильдяйства, халатности, которые охватили все общество. Поэтому все те меры примитивно запретительного толка, которые предлагаются, никоим образом не остановят преступников. Потому что если "нельзя", но немного заплатить, то "можно". Запреты хороши только те, которые работают. Которые приняты всем обществом, и оно понимает, почему нужно делать так, а не иначе. Если же говорить о нашей ситуации, то в первую очередь нуждаются в радикальном реформировании наши спецслужбы, они остались практически в неприкосновенности с советских времен, когда занимались совсем другим делом - политическим сыском. А борьба с терроризмом - это абсолютно другая профессия. Но это работа на всю жизнь.

В нашем обществе есть свойство, унаследованное от прежних времен. Это в определенном смысле фатализм, безразличие к жизни, когда не жалко не только чужой, но и своей собственной. Так сложилось в истории. Поэтому у нас, по существу, люди смертям не пугаются. Когда видим взрыв, кровь по телевизору или на фотографиях, конечно, в первый день вздрагиваем. И на второй еще вспоминаем. А потом быстро забываем. В нас, как в обществе, не сидит стремление сохранить любого человека. Нет понимания того, что любой человек очень ценен. У нас совсем другие поговорки: "Матери других нарожают". Тотальное разгильдяйство идет с советских времен, от ощущения работы "на дядю". Что милиционеры приходят на службу спасать, сохранять жизни? Они приходят за квартирами, регистрациями, за деньгами, за крышеванием. В лучшем случае им нравится носить форму и владеть оружием. И в спецслужбы не идут люди, чтобы защищать граждан своей страны от врагов. Вот если бы было желание и воля это исправить у власти и общества.

К сожалению, никто пока не видит, как можно с пользой использовать дактилоскопические базы или какие-то другие личные данные граждан, но все понимают, каким образом это может сыграть против них самих. Есть ощущение, что все продается и все можно достать. Если случается подбрасывание сотрудниками милиции наркотиков или других вещдоков, то трудно требовать от общества, чтобы оно совершало такие рискованные поступки.

Против

Антон Носик, cоздатель известных интернет-изданий gazeta.ru и lenta.ru:

- Готов ли я, как большинство граждан США, предоставлять соответствующим органам свои отпечатки пальцев, доступ к личной электронной переписке ради общественной безопасности? Отвечу так: я готов предоставить государству мои регистрационные данные, которые касаются всего моего движимого и недвижимого имущества, местопребывания, маршрутов моих поездок, моих родственных связей, моего места работы. Все это я предоставляю государству в большем объеме, чем родной жене. Но. Готов ли я предоставить государству возможность установить в спальне, где я сплю, камеру наблюдения? Готов ли я предоставить государству возможность читать мою личную переписку? Нет. Не готов. Более того, я хотел бы, чтобы такие решения в отношении меня власть принимала только по вступившему в законную силу приговору суда.

Американцев или европейцев можно понять. Они готовы обменять свою свободу, которой так дорожат, на безопасность, потому что у них нет такого понятия, как коррумпированная полиция. Поэтому они не против удостоверений с отпечатками пальцев и голосуют за упрощение контроля над частными телефонными переговорами.

Лично я отношусь к законопослушным гражданам нашей страны. Я плачу налоги с каждой копейки, которую заработал, я не нарушаю законов. Я никогда в жизни не привлекался ни к уголовной, ни к административной, ни к гражданской ответственности. Но, как это ни грустно, не получаю никакой защиты от правоохранительных органов и не получаю никакой защиты своих прав от судебной системы. Законопослушный человек в России иногда чувствует себя дураком, потому что получается, что свои налоги он платит таким "защитникам", как Евсюков. Это оскорбительно и обидно, но это не повод не уважать законы страны, в которой ты живешь. Я законы своей страны уважаю.

Поймите, я не хочу скрывать от власти свое имя, адрес, паспортные данные и т. д. Но я не хочу быть человеком, который живет в камере под глазком вертухая. Я не хочу на толчке и в постели с женой находиться под пристальным надзором Большого брата. Я к этому не готов. И я не уверен, что все это поможет обеспечить нашему обществу относительную безопасность. Насколько я знаю, ни одно преступление ни в одной стране никогда не было раскрыто за счет нарушения неприкосновенности частной жизни.

Когда исчезнет неприязнь к Большому брату? А когда исчезнет неприязнь к майору Евсюкову? Когда он перестанет в нас стрелять. Когда исчезнет неприязнь к постовым милиционерам, которые вместо того, чтобы следить за безопасностью движения, с удовольствием берут взятки и прикрывают правонарушителей с мигалками? Когда мы поверим следственным органам, что они все-таки найдут убийц Листьева и Политковской? Вот когда они найдут, тогда я буду считать, что следственные органы занимаются борьбой с криминалом и терроризмом.