Не придавая жизни смысла... Лучшее от Альбера Камю к юбилею автора
Он прожил всего 46 лет, получив прозвище «Совесть Запада», а его роман «Чума», написанный в 1947 году, вновь стал популярен в условиях новой коронавирусной инфекции.
7 ноября литературный мир отметил 110‑летие со дня рождения великого французского писателя, драматурга и философа, лауреата Нобелевской премии по литературе Альбера Камю.
Родился будущий экзистенциалист и последователь идей Достоевского и Ницше 7 ноября 1913 года во Французском Алжире. В 17‑летнем возрасте ему был поставлен диагноз туберкулёз, однако причиной ранней смерти стала автокатастрофа неподалёку от городка Вильблёвен в ста километрах от Парижа, произошедшая 4 января 1960 года.
За три года до гибели, вокруг которой до сих пор не утихают споры между противниками и сторонниками участия в организации трагедии советских спецслужб, Альбер Камю был удостоен Нобелевской премии по литературе с формулировкой «За огромный вклад в литературу, высветивший значение человеческой совести».
Среди творческого наследия писателя, оказавшего огромное влияние на умы думающих читателей по всему миру, романы «Посторонний» и «Чума», повесть «Падение», сборник рассказов «Изгнание и царство», пьесы, эссе, дневники и письма.
Юбилеи писателей мы традиционно отмечаем публикацией цитат из их произведений. Сегодня это мысли Альбера Камю и фразы его героев, без которых не обходится ни одна уважающая себя книга афоризмов.
Беда нашего века. Ещё недавно в оправдании нуждались дурные поступки, теперь в нём нуждаются поступки добрые.
Человеком делает человека в большей мере то, о чём он умалчивает, нежели то, что он говорит.
Каждому поколению свойственно считать себя призванным переделать мир.
Жизнь слишком быстро входит в привычку. Хочешь заработать деньги, чтобы жить счастливо, и в итоге все силы, весь цвет жизни уходят на их добывание. Счастье забыто, средство принято за цель.
Любовь – болезнь такого сорта, что не щадит ни мудрецов, ни идиотов.
Истинная любовь – исключение, встречается она два‑три раза в столетие. А в большинстве случаев любовь – порождение тщеславия или скуки.
Как только война становится реальностью, всякое мнение, не берущее её в расчет, начинает звучать неверно.
В истории всегда и неизбежно наступает такой час, когда того, кто смеет сказать, что дважды два – четыре, карают смертью.
Ответственность перед историей освобождает от ответственности перед людьми. В этом её удобство.
Когда религия соединяется с политикой, рождается инквизиция.
В молодости я требовал от людей больше, чем они могли дать: постоянства в дружбе, верности в чувствах. Теперь я научился требовать от них меньше, чем они могут дать: быть рядом и молчать.
Не существует великой скорби, великого раскаянья, неистребимых воспоминаний. Всё забывается, даже великая любовь. Это очень грустно и в то же время приносит утешение.
Никто не способен по-настоящему думать ни о ком, даже в часы самых горьких испытаний. Ибо думать по‑настоящему о ком‑то – значит думать о нём постоянно, минута за минутой, ничем от этих мыслей не отвлекаясь: ни хлопотами по хозяйству, ни пролетевшей мимо мухой, ни принятием пищи, ни зудом. Но всегда были и будут мухи и зуд. Вот почему жизнь очень трудная штука.
Настоящая забота о будущем состоит в том, чтобы отдать всё настоящему.
Мы живём будущим: «завтра», «позже», «когда у тебя будет положение», «с возрастом ты поймёшь». Восхитительна эта непоследовательность, ведь в конце концов наступает смерть.
Человек – животное религиозное.
Великий вопрос жизни – как жить среди людей.
В этом мире нет смысла, и тот, кто поймёт это, обретёт свободу.
Неизбежно только одно – смерть, всего остального можно избежать.
Жизни не стоит придавать смысла, ибо это неизбежно приведёт к выводу о том, что жить не стоит.
