Навечерие Богоявления, или Крещенский сочельник

Канун Богоявления – 18 января (5 января по старому стилю) – почитался у славян не менее, чем Рождественский сочельник. В этот день готовились к великому торжеству Крещения Господня и завершали двухнедельный святочный период, удаляя все символы рождественских праздников. Например, практически у всех славян перед Богоявлением собирали сено, покрывавшее на святках столы и полы в доме, и выносили его на двор для ритуального костра, либо развешивали в садах и огородах, либо раскидывали по полям, чтобы передать земле плодородную силу прошлого года.

Удаляли из дома и рождественский сноп («розпускали колядник»), снимали святочные украшения, выносили накопившийся мусор и пепел из очага (которые не выбрасывали с Рождества, чтобы не выкинуть с ними вместе удачу и счастье). Обрядовый хлеб, все святки пролежавший на божнице, скармливали скоту и домашней птице – ради здоровья и приплода.

Чтобы очиститься от святочной «скверны», весь канун Богоявления проводили обычно в строжайшем посте – «до звезды» не прикасались к пище даже дети и больные. Лишь поздним вечером в каждом доме устраивалась ритуальная трапеза, называемая Голодной кутьей или Крещенской колядой. Для нее готовили нечетное количество постных ритуальных блюд: например, у восточных славян на стол подавали кутью, бобовые блюда, сухие фрукты (узвар), кисель, иногда мед, а также пекли блины и ритуальный хлеб (кара¬вай, пироги и пр.).

Праздничное угощение крестьяне нередко разделяли с различными сверхъестественными персонажами. Например, у восточных славян в Крещенский сочельник принято было зазывать к ужину Мороз, Волка и пр.; это приглашение должно было задобрить вредоносную силу и предотвратить ее появление в неурочное время, когда она может причинить большие беды. Обряд совершался обычно перед началом ужина, когда хозяин, держа в руках ложку или миску с отложенным приношением, громко кричал в окно или печную трубу: «Мороз (или Волк, Ветер и т.д.), иди кутью (или кисель) есть!», и добавлял пожелание, чтобы приглашаемый не являлся летом, не губил урожай, не трогал поля и скот.

Помимо вредоносных мифических существ, к столу приглашали также души усопших. Для них обычно открывали окно или печную трубу (чтобы души могли войти), произносили ритуальное приглашение, а во время ужина подбрасывали к потолку первую ложку кутьи, либо клали на стол лишнюю ложку, откладывали часть от каждого блюда в особую миску, освобождали место за столом и т.д. Помимо этого, в некоторых областях еще и «грели родителей», разводя во дворах или в воротах большие костры из соломы и навоза и приглашая умерших предков обогреться у огня.

Подобные ритуалы, фактически, представляли собой «прощание с дзядами», поскольку считалось, что с окончанием святок духи возвращаются обратно «на тот свет» – до следующего «переломного» праздничного времени. Покидают мир живых и другие сверхъестественные существа; исчезают, перестают пугать людей сезонные демоны (шуликуны, куляши, караконджалы и прочее «святьё»). А чтобы нечистые силы не задержались в селе, их выпроваживали с помощью различных обрядов. Например, после ужина в Крещенский сочельник ходили «прогонять кутью», «изгонять святки», для чего стреляли в воздух, ударяли палками по воротам и заборам, хлопали кнутами, били в печные заслонки и вообще всячески шумели. Но главным способом очищения от всего «святочного» и нечистого повсюду считалось церковное освящение вод.

Водосвятие издревле было главным событием праздника Богоявления – в память о том, как Иисус своим Крещением в Иордане освятил воду. По традиции, накануне праздника воду освящают в храмах, а в самый день Крещения проводят водосвятие на реке или другом водоеме, при большом стечении народа. В былое время священники в Крещенский сочельник обходили все поселение и освящали воду по домам; русские хозяйки специально их приходу готовили большие сосуды, а рядом ставили свечи, перевитые лентами или цветными нитками (отчего и сам праздник кое-где называли «свечками»). Освященной водой кропили все домашние постройки и скот, а потом чертили или выжигали над дверями и окнами кресты – защиту от вторжения нечистых духов, болезней и пр.

У всех славян существовало поверье, что ночью перед Богоявлением всякая вода в реках и источниках благословляется и освящается самим Господом; происходит это в самую полночь или перед утреней, и вода при этом стано¬вит¬ся чудодейственной, целебной, святой и чистой. В мире в эту пору творятся всякие чудеса: животные начинают разговаривать человеческими голосами, сны оказываются вещими, зацветают деревья, святые спускаются на землю и ходят среди людей. Во многих местах верили, что накануне Крещения «открываются небеса», и праведные люди могут увидеть «горний Божий мир»; а если в эту пору помолиться, то исполнится любое желание. Рассказывали также, что когда в Богоявленскую полночь вода в проруби колыхнется, «пойдет волной», в ней можно увидеть Господне Крещение. Многие поселяне ходили ночью к проруби, надеясь увидеть чудо, и старались зачерпнуть воды в самую минуту колыхания, считая, что такая вода и есть самая волшебная – всегда остается свежей, может избавить от всякой хвори, снять порчу, защитить от всего нечистого. Даже крещенский снег в народе наделялся волшебной силой: его собирали ночью со стогов или крыш и использовали для защиты от болезней и нечистой силы, а также бросали его в колодцы, чтобы вода в них всегда была свежая и обильная. Девицы рано утром на Крещение умывались снеговой водой, «чтобы без белила белыми быть, без румяна – румяными».

С наступлением Крещения заканчивались святочные забавы молодежи. В навечерие Богоявления в последний раз ходили по дворам колядники, распевавшие щедровки и получавшие за это угощение от хозяев; последний раз бегали ряженые, а девицы торопились напоследок погадать о судьбе и замужестве (ибо с Крещения гадания прекращались и наступала уже свадебная пора).