Виртуализация жизни

Многие ответственные лица у нас искренне полагают, что если есть проблема, то на нее надо «наложить резолюцию» - написать какую-нибудь инструкцию, провести совещание, издать распоряжение, подредактировать правила, создать, наконец, комиссию.

После осуществления всех или каких-либо из вышеперечисленных действий напротив обозначенной проблемы как бы можно ставить галочку: мол, отреагировали, просигнализировали, держим на контроле, потом задвинули тему.

В современных условиях все это густо сдабривается государственным пиаром. В результате сложного взаимодействия госпиара и бюрократических бумажных инноваций, наложенного на промытые мозги и полное безразличие обывателей ко всему происходящему, что выходит за рамки их узкого бытового мирка, создается и постоянно воссоздается замысловатая (а иногда и не очень) виртуальная реальность, почему-то называемая отдельными специалистами общественно-политической жизнью.

Привычка творить всевозможные правила, распоряжения и пр., видимо, коренится глубоко в исторической традиции государства. При этом не менее глубокие (ровно такие же) корни имеет народная традиция на все эти правила плевать, открыто презирать, насмехаться над ними: мол, все мы тут знаем, что на самом деле в России никто по писанным правилам не живет, никогда не жил и жить никогда не будет, что бы нам тут не впаривали.

Это как, скажем, с правилами пользования метрополитеном. Они развешаны обильно во всех и каждом вагоне в красивых рамочках, они довольно обширны по своему содержанию, и содержание это процентов на 80 сводится к всевозможным запретам. Раздел «пассажирам запрещается» - самый обширный, за ним следует раздел «пассажиры обязаны». При этом содержательной информации, если, разумеется, не считать за таковую запрет ходить по путям (кажется, это и так ясно или я ошибаюсь?), в обширных правилах наберется предложения на два-три.

Или вот министр внутренних дел Нургалиев. Он тоже решил не остаться в стороне от тренда. А тренд нас нынче какой? Обозначать в общественном информационном пространстве борьбу с коррупцией и попранием прав человека, ну и, соответственно, свою сопричастность этой борьбе.

И вот написаны и подписаны новые милицейские наставления. То есть как бы подразумевается, что отныне и во веке веков по этим наставлениям и начнут жить и мужественно работать милицейские чины сверху донизу. Правда, ознакомившись с этим весьма не коротким документом, я не обнаружил практически никаких принципиальных новаций, правил, требований и положений, которые уже в той или иной форме не были бы прописаны – причем не по одному разу – во всевозможных российских законах и других указах и инструкциях.

В «Наставлениях» Нургалиева есть, конечно, кое-какие, показавшиеся мне не очень значительными, новации, касающиеся, в частности, работы дежурных отделений. Так, детально прописано, где, как и в каких случаях допрашивать и содержать людей, которых привезли волею судеб в дежурную часть: можно разговаривать с задержанным только в специальной комнате. Ему нужно (прямо как в голливудских фильмах) предоставить информацию о своих правах и обязанностях, должны быть вывешены адреса и телефоны, по которым он может пожаловаться. Если надо, задержанному должна быть оказана медицинская помощь, должны быть оповещены его родственники, адвокат, знакомые (это, кстати, и сегодня является как бы действующими правилами). О задержанных несовершеннолетних обязаны проинформировать родителей. Но и это уже предписано другими российскими законами.

С задержанным предписано обращаться вежливо, а если он признан невиновным и непричастным – отпустить с извинениями. Опять непонятно, что тут нового и до сих пор стократно не прописанного во всевозможных инструкциях и правилах, не говоря уже о законах.

Или зачем, к примеру, тратить бумагу для того, чтобы еще раз написать: «Исполнение обязанностей и реализация прав милиции после доставления граждан в дежурные части осуществляется в строгом соответствии с положениями Конституции Российской Федерации об основных правах и свободах человека и гражданина, нормативных правовых актов Российской Федерации… и не должно представлять опасность для здоровья человека, унижать его честь и достоинство.» Разве это было не очевидно?

По такой логике, надо было бы еще прописать в «Наставлениях» прямые запреты бить задержанных по почкам, подбрасывать задержанным патроны, оружие или наркотики для того, чтобы создать повод для уголовного преследования. Или запреты патрульно-постовой службе объезжать территорию с целью сбора натуральной и денежной дани с «крышуемых» (или охраняемых?) киосков, ларьков и пр. Но почему-то в документе нет таких запретов. Это ведь не означает, что подобные действия официально разрешены, не правда ли?

К сожалению, «Наставления» были написаны и подписаны еще до того, как майор Евсюков устроил пальбу в универсаме «Остров». А то можно было бы еще прописать и запрет устраивать такое. Не успели.

Или вот еще история. В одном из московских районов появился выселенный аварийный дом. Впрочем, такие дома есть во всех московских районах. Их часто не спешат ломать: просто заселяют приезжими гастарбайтерами. Было бы наивно думать, что проживающие в окрестностях люди в восторге от такого милого соседства, сопряженного с целым рядом социо-культурных особенностей поведения гостей столицы. И вот куда только окрестные жильцы этого дома не жаловались и не писали. Пока наконец один усталый, но информированный милицейский работник мелкого звена мудро посоветовал им прекратить это пустое сутяжничество: якобы дань с незаконных жильцов собирает чуть ли нес самое высокое московское милицейское начальство, а потому борьба безнадежна. Я думаю, он врал, конечно же, оправдывая собственное бездействие. Ведь не могут же милицейские начальники вести себя столь неподобающим и неблагородным образом. Тем более теперь, после появления в свет новых наставлений о поведении на службе.