Артур Скальский

© Babr24.com

КультураМир

3577

23.10.2002, 00:00

X-Files на АИСТе (суббота, 26 октября)

9х07. Hellbound ("Адская граница").

[Говорят, что ради мести даже адские врата распахиваются, не в

силах сдержать гнев человеческий. Но вообще-то, название эпизода

ссылается не столько на этот мистический казус, сколько на татуировку -

надпись "Hellbound" на бицепсе одного из главных действующих лиц,

некоего Терри Пруита...]

Помнится, Духовны как-то сознался, что сценаристы "Секретных материалов" уже начиная сезона с шестого стали брать и переделывать кое-какие старые серии. Идеи у них кончились, что ли? Ну а когда закрутилась вся эта эпопея с появлением новых персонажей, так все фанаты хором предрекли: История прямо-таки обязана повториться! Иными словами, Доггетт и Рейес обречены были повторить путь Малдера и Скалли, раз уж те персонажи, ради которых народы разных стран в течение долгих лет намертво прилипали к телевизору на все время, отведенное под эпопею "The X-Files", вдруг решили уйти со сцены...

Ну, и разве не это мы наблюдали в конце восьмого и начале девятого сезонов? Началось все с Доггетта, которому даже Скалли сказала, что он повторяет ее путь - от скептика к верующему. Доггетт по полной программе отработал этот переход и даже помер мученической смертью во время расследования прежних дел Малдера (уподобившись, таким образом, самому Фоксу, у которого жизней, однако, побольше, чем у кошки). Но пока в центре действия оставались Малдер и Скалли, Джон и Моника как-то не очень "светились" - так, подвизались в качестве помощников и вообще группы поддержки... А вот в девятом сезоне настало их время. И что же из этого получилось?

"Сатана" напомнил мне несколько былых серий, но больше всего, пожалуй, "За морем" (эпизод 1х13 - это где Скалли искала похищенных подростков по указаниям психа и маньяка, сидевшего за множественные убийства) и "Бумажные сердца" (эпизод 1х8 - о маньяке, убивавшем маленьких девочек).

"4-D" - ну, тут вспоминается целый букет из шестого сезона: и "Как призраки украли Рождество", и "Понедельник", и "Полевая поездка". Шестой сезон вообще богат был на эпизоды о том, что могло бы случиться, но, по счастью, не случилось.

"Повелитель мух" тоже навевает кое-какие воспоминания - о "Войне копрофагов", например. А в общем, основная-то идея тут вообще стара, как мир: одно существо любит другое существо, но из-за своей сути (иной расы, иных возможностей, иного образа жизни) вынуждено отказаться от своей любви... ну что тут поделать? Ромео и Джульетта - тема по сей день актуальная, хотя романтическая любовь ныне и принимает порой очень странные формы...

Ну и "Джон Доу"... Тут тоже есть что вспомнить, а в первую очередь в голову приходит эпизод "Демоны" - помните, когда Малдер все искал свою истину и для этого насверлил себе дырок в голове, а потом чуть не пострелял всех, начиная с себя? У него тогда тоже с памятью была полная канитель, и Скалли он едва не подстрелил (видно, в отместку за эпизод "Сыро смонтировано", когда Дана, насмотревшись кино, обвинила его во всех грехах и взяла на мушку своего пистолета). Кстати, вот и еще одна параллель: Малдеру долгое время повсюду мерещилась его сестрица, а Доггетт то и дело видит своего сына, причем тема смерти Люка поднимается с завидным постоянством - видно, Картеру в последний год здорово не хватало Саманты...

На очереди - "Граница ада", но и тут не ждите суперновых откровений. Помните "Рожденного вновь"? Один из самых ярких эпизодов о "мести из могилы" (хотя было и еще несколько подобных - "Роланд", к примеру). Тема о возмездии, грянувшем из потустороннего мира, вообще очень любезна зрителю: ведь христианское обещание воздаяния всем и каждому по заслугам после смерти довольно абстрактна и не может удовлетворить человеческую природу. Человек хочет отмщения здесь и сейчас! - а существование рая и ада он, как правило, вообще ставит под вопрос. И что ему с того, что негодяй обречен на адские муки - он-то, обиженный, этого не увидит и не вкусит сладость мести! Вот и множатся голливудские изделия вроде нашумевшего "Призрака", отражая, как в зеркале, заветную мечту большинства: пусть после смерти, но самолично покарать обидчика, да так, чтобы после этого ад ему невинным развлечением показался!

Ну ладно, хватит рассуждений, пора и об эпизоде рассказать.

Началось все с семинара по контролю над негативными эмоциями, который проводили с бывшими заключенными в Вирджинии, в церкви маленького городка Нови (а фраза "маленький городок" уже должна заставить насторожиться поклонников Стивена Кинга и прочих "мэтров ужаса"). За группой экс-заключенных присматривала доктор Лиза Холланд, которая придерживалась, похоже, традиционного метода американских психиатров: собирала группу и предлагала всем по очереди высказать все, что там на душе залегло. Обсуждение в тот раз шло неплохо, один из "старожилов" группы, Терренс (для краткости - Терри) Пруит, очень душевно рассказывал о том, как ему легче стало жить с той поры, как он присоединился к группе; но в самый интересный момент Холланд вдруг заметила, что один из новеньких, Эд Келсо, только презрительно кривится, слушая речь сотоварища, и конечно, сделала ему замечание. Эд презрительно ответил, что это все чушь собачья и все эти разговоры не изменят прошлого и даже будущего - всем им, переступившим черту, ничего, кроме ада, не светит. Холланд поинтересовалась, зачем же он, в таком случае, пришел на встречу; а Эд ответил, что он тут приятеля привел, Виктора Дейла Поттса. Этот Поттс был, кажется, малость не в себе и рассказывал, что ему вечно мерещатся люди, с которых заживо содрали кожу. Терри тут же развил теорию, что это все от страха, вызванного старой виной... ну и так далее; но Виктор, похоже, и эту речь счел полной брехней (и правильно счел, между прочим).

Потом обсуждение закончилось, и Эд, не стесняясь в выражениях, высказал своему приятелю все, что думает по этому поводу. Виктор лаконично с ним согласился, но его в данный момент гораздо более занимало новое зрелище - вид освежеванного Эда...

Забавно, Виктор видел Эда без кожи, но это Виктора спустя несколько дней нашли, так сказать, раздетым до костей. Это дело почему-то очень заинтересовало Рейес - настолько, что она посреди ночи выволокла из постели Доггетта и Скалли, чтобы провести вскрытие тела и узнать мнение напарников. Скалли покорно занялась аутопсией и вскоре сообщила, что кожу снимали очень профессионально, кажется, охотничьим ножом, причем так, чтобы максимально продлить страдания жертвы. "Ужасная смерть", - заметил Доггетт, а Моника рассеянно ответила: "Я знаю". Напарники подозрительно на нее уставились и поинтересовались, а какое же, собственно, отношение эта смерть имеет к "Секретным материалам"; а Моника и сама не знала, просто ей предчувствие подсказало. Но пока что единственной сверхъестественной деталью в этом деле было предсмертное видение покойного...

Утречком Моника и Доггетт отправились в церковь, где собиралась группа бывших заключенных, чтобы поговорить с доктором Холланд и прочими свидетелями. У церкви их встретил детектив Ван Аллен, который, правда, абсолютно не понимал интереса ФБР: по его мнению, Виктор и ему подобные "проклятые" лучшего и не заслуживают. С другой стороны, Холланд сочувствовала своим подопечным и считала, что им просто не повезло в жизни. Предчувствие Виктора она сочла обычным кошмаром, вызванным пробудившейся совестью; и еще посоветовала агентам поговорить с Келсо - в конце концов, они с Виктором были приятелями.

Доггетт еще переговаривался с докторшей (до него только тут дошло, что полиция мечтает замять это дело, а Моника всех поставила на уши и с Холланд связалась по собственной инициативе), а Рейес уже пошла к машине и столкнулась с детективом (который, похоже, специально ее поджидал). Ван Аллен смерил Монику проницательным взглядом и заметил, что они, кажется, знакомы; Моника очень удивилась и сказала, что никогда раньше не бывала в Нови, а детектив кивнул головой, и вид у него был такой самодовольный, как будто только что нашел недостающий кусочек головоломки.

А бывшие заключенные в это время вкалывали на заводе по разделке и упаковке мяса. Келсо увлеченно пластал свиные туши, а Пруит за ним наблюдал - его, видите ли, настораживало то, что Эд ничуть не опечален смертью приятеля. В конце концов, он подошел к Эду (который тут же принял оборонительную позицию) и потребовал объяснений - он был уверен, что Келсо кое-что знает о смерти Виктора, и заявил, что этим делом уже занялось ФБР. Келсо, держа нож наизготовку, рявкнул, что он ничего не знает и нечего к нему приставать, а Терри лучше бы держать свои бредовые идеи при себе. Тут рабочий день закончился и Келсо пошел прочь; Пруит крикнул ему вслед, что от прошлого не сбежишь, и тут вдруг увидел Эда без кожи. Терри сперва замер в ступоре, потом кинулся следом за Келсо и увидел, как тот уехал на своей машине.

Скалли в Академии ФБР вовсю занималась делом: искала сведения о людях, с которых заживо содрали кожу. Информацию ей доставил тот самый кадет, который все время перебивал Дану на лекциях в "Daemonicus" (ну, хоть какая-то от него польза... хотя не удивлюсь, если Картер со временем решит его прикончить за непочтительное отношение к столь знаменитому преподавателю). Большая часть той информации не годилась, так как там кожу сдирали посмертно; но Скалли удалось-таки отыскать случай от 1960 года, когда тело неизвестного нашли полностью освежеванным, точно так же, как и тело Виктора Поттса. Вскрытие того тела проводил доктор Бертрам Мюллер, теперь уже вышедший в отставку. Скалли (видимо, припомнив случай с Юджином Тумсом - им тогда здорово помог старый следователь Бриггс) отправилась к доктору в Мэриленд.

Доктору стукнуло уже 84 года и с памятью у него было неважно, но тот случай он мигом припомнил и принялся (ну точно как детектив Бриггс!) рассказывать о том, какое это было ужасное и немыслимо жестокое дело. Жертву так и не опознали, а все подозреваемые так и остались на свободе, в общем, все кончилось большим Ничем. Карл Хобарт, шериф графства, полагал, что убитый был бродягой, и прикрыл дело, так как не хотел тревожить общественность; но что-то, видно, было у него на уме, потому как спустя несколько дней он пустил себе пулю в лоб. Мюллер так и не узнал, что подвигло шерифа на самоубийство; но он очень боялся, что теперь в действие вступил маньяк-имитатор. Скалли заметила, что если это и подражатель, то самый совершенный, какого только знала история криминалистики; к тому же сомнительно, чтобы кто-то стал копировать убийство, о котором никто, почитай, и не слышал. Но доктор возразил, что речь-то идет о цепочке убийств: тот несчастный Джон Доу, оказывается, был только первым...

Тем же вечером Терри Пруит, как обычно прибиравшийся на заводе, услышал чьи-то шаги. Возможно, это его и не встревожило бы; но прямо перед шагами вдруг выключился свет, и Терри, припомнив последние события, заволновался. Решив, что это Келсо вернулся, чтобы его попугать, он достал свой нож и прокричал в темноту, что тому, кто там шарахается, лучше побыстрее убраться куда подальше. Тот, из темноты, вроде бы последовал совету и куда-то двинулся, задевая подвешенные на крюки свиные туши; Терри кинулся за ним, пытаясь разглядеть визитера, но никого не увидел. И вдруг темная фигура с ножом в руке возникла у него за спиной и нанесла удар... Нет, его не убили, только оглушили; но он, вероятно, пожалел об этом, когда очнулся и обнаружил, что его привязали за ноги к крюку для подвешивания туш, раздели... и приготовились свежевать...

Той же ночью Моника Рейес вошла в церковь, где собиралась группа экс-заключенных. Странно, но внутри здания было немного светлее, чем на улице, словно тусклый свет просачивался через витражи окон. Моника искала доктора Холланд, но ее нигде не было, а церковная дверь сама захлопнулась за Рейес, и эхо удара прокатилось по пустой зале. Моника подошла к двери и распахнула ее; а за дверью оказалась фигура человека без кожи. Рейес в ужасе отшатнулась... и проснулась.

Видимо, в кошмаре она все-таки закричала, потому что спустя секунду примчался взволнованный Доггетт: он разговаривал по телефону с Лизой Холланд (очень обеспокоенной тем, что ее группа становится все меньше и меньше) и услышал из-за стены панический вопль напарницы. Тело Пруита без кожи уже нашли, так что на заводе вовсю орудовали полицейские во главе с Ван Алленом. Туда же приехали Моника с Джоном. Света все еще не было, но это неудобство компенсировали мощные фонари; и когда Ван Аллен, помахивая своим прожектором, осветил тело Терри, Рейес едва удар не хватил: именно это тело она видела в своем сне. Зрелище было не из приятных, к тому же Моника никак не могла понять, что ее связывает со всей этой историей; так что она сбежала с места преступления, чтобы успокоиться и подумать, а взволнованный состоянием напарницы Доггетт кинулся за ней. Как раз в это время приехала Скалли, которую вызвал Джон; она привезла с собой документы о подобных же убийствах. Оставив Монику на нее, Доггетт вернулся к трупу, внимательно его осмотрел и заметил что-то на щеке; ну он и тронул труп, а тот вдруг шевельнулся... Доггетт в ужасе осознал, что Терри еще жив; он начал звать на помощь, попутно вопрошая Пруита, кто такое с ним сотворил (о, эти полицейские!), но Пруит, как и следовало ожидать, в ответ только неразборчиво замычал.

Заподозрив, что во всем виноват Эд Келсо, Доггетт с полицией нагрянул к нему домой. Эд как раз спешно паковал свои рубашки и ножи, чем очень разозлил свою подружку: та никак не могла понять, чего это ее милый Эдди сорвался с места и отказался ей что-либо объяснять. Перехватив Келсо, Доггетт отправил его в участок, и туда же вскорости прибыла доктор Холланд. Она переговорила с Эдом, после чего заявила Доггетту, что он невиновен и вообще не такой уж плохой парень: ну да, он совершил однажды ошибку, но сполна за нее заплатил, да и мотива для убийства у него нет. Подъехавшая Моника тут же с ней согласилась и сказала, что по ее мнению, Келсо пытался сбежать, опасаясь, что и его постигнет участь его друзей. Она пошла поговорить с Эдом, искренне ему посочувствовала и заметила, что вполне его понимает: их обоих посещают ужасные видения, такие же, как у Виктора. Наверняка у них с Келсо установилось бы полное взаимопонимание, но тут появился Доггетт и вызвал Монику "на два слова": он желал знать, какого черта она придумывает этому парню оправдание, которое он наверняка использует в суде. Ответить Моника не успела, так как подошел Ван Аллен с сообщением, что Келсо придется отпустить, ибо у него алиби: его подружка показала, что во время преступления они сидели в баре, и бармен тоже это подтвердил.

Ну вот, Эда тут же отпустили, и доктор Холланд сказала ему, что всегда рада будет видеть его в своей группе. Эд неуверенно на нее посмотрел и увидел Лизу без кожи; так что он поскорее отвел взгляд и ушел. И сразу после этого Монике позвонила Дана и попросила поскорее приехать к ней в Квантико: у нее появилась кое-какая новая информация. Оказывается, Скалли распорядилась выкопать трупы жертв от 60-го года и теперь исследовала их на предмет каких-нибудь свидетельств; ну и обнаружила на костях следы от ножа - того же самого ножа, которым убили Виктора. За выводами далеко ходить не надо: тот же нож - тот же убийца. И еще: жертвы из 60-х были когда-то преступниками; более того - Виктор Поттс и Терри Пруит родились в те самые дни, когда погибли те двое, и их возраст соответствует возрасту тех жертв... Скалли подозрительно посмотрела на Монику и поинтересовалась, откуда она знала, что это дело такое... сверхъестественное; а Моника и не нашлась, что ответить...

Доггетт, тем временем, все еще подозревал Келсо в злом умысле и потому решил за ним проследить - так, на всякий случай. Но по его задумке, в засаде должны были сидеть сотрудники полиции; он отдал соответствующее распоряжение, вечерком сам подъехал проверить, как там дела, и обнаружил, что дом пуст и темен, а полиции что-то не видать. Джон озадачился, и тут ему позвонила Моника - ей понадобилось узнать день рождения Эда, и еще она считала, что Келсо сейчас в опасности. Доггетт все равно собирался поискать предполагаемого преступника, так что отправился в дом, а по дороге позвонил Ван Аллену, чтобы узнать, какого черта сняли наблюдение. Ван Аллен все никак не отвечал, а через минуту Доггетту стало не до него: через окошко он углядел ободранное тело Келсо на столе посреди комнаты.

К тому времени, как на место преступления прибыла Рейес с документами, Доггетт уже успел вызвать полицию и поругаться с Ван Алленом, которому, похоже, вообще было наплевать на это дело. По словам детектива, наблюдатель отошел от дома минут на пять, не больше; а Джон в гневе вопил, что для свежевания целого мужчины пяти минут явно недостаточно. Ван Аллен, уже уходя, беззаботно ответил, что у Доггетта нет причин для недовольства: он хотел, чтобы преступник не сбежал, ну, он и не сбежал. Доггетт после таких слов кинулся было за детективом (с явным намерением врезать ему от души), но его перехватила Моника - ей требовалось обсудить с напарником новые факты, найденные Скалли.

Доггетт, по своему обыкновению, попытался сразу отмести сверхъестественный момент. Совпали дни рождения - ничего, бывает, вполне даже характерно для маньяка; и нечего на паранормальное пенять. Рейес настаивала, что и Виктор, и Эд имели видения, предупреждавшие их о скорой кончине; и она, Моника, тоже как-то с этим всем связана. Во всяком случае, она уверена, что это уже случалось раньше и случится опять: все те люди были рождены, чтобы умереть этой ужасной смертью, их души все время перерождаются, но что-то не дает им покоя. Доггетт заявил, что все это чушь, и тогда Моника, кинув лишь один взгляд на закрытое тканью тело, сказала, что у трупа во тру тряпка, испачканная в угольной пыли - пыли из угольной шахты. Так и было; но Рейс и понятия не имела, откуда она это знает.

Однако угольная шахта - это уже зацепка; и агенты поехали в заброшенный шахтерский лагерь. Рейес сказала, что в 60-м погибло четыре человека; стало быть, и у них тут где-то ходит четвертая жертва, и им необходимо выяснить, кто она. В поисках хоть чего-нибудь Доггетт принялся обшаривать лагерные помещения, а Моника отправилась в шахту. Шахтой давно никто не пользовался, она заросла пылью и паутиной; но одна ее стена была увешана старыми газетными вырезками как раз о жестоких убийствах в 60-м году. Рейес рассеянно просматривала заголовки: одна статья кричала о все еще неопознанной жертве без кожи; другая повествовала о самоубийстве шерифа; третья жаловалась на то, что найдено уже четыре освежеванных трупа, а полиция все еще никого не задержала; четвертая (датированная понедельником, 27 сентября, 1909 г.) говорила об исчезновении шерифа, ловившего убийцу; пятая сообщала о гибели старателя в шахте, а шестая - о том, что предполагаемых убийц оправдали... Рядом висела фотография: четыре человека стояли возле шахты вокруг тела с содранной кожей...

...А Доггетт в это время обнаружил скелет, сидевший у стены; на его полуистлевшей одежде виднелся значок шерифа, череп был раздроблен пулей, а пистолет старого образца валялся рядом. Видно, это и был тот самый шериф, пропавший в 1909 году...

...А Моника забиралась в шахту все глубже и, в конце концов, обнаружила пластиковую занавеску, а за ней - развешанные по стенам кожи убитых. В самом конце висели три свежих окровавленных шкурки - Виктора, Эда и Терри. Тут сзади, за занавеской, что-то зашуршало, Моника обернулась и увидела чью-то тень. Из темноты кто-то сказал ей: "Тебе не следовало сюда приходить". Рейес, конечно, выхватила пистолет и приказала человеку не двигаться, но он ловко скрылся от нее, обошел вокруг и, подкравшись незаметно, приставил ей к горлу нож, велев бросить оружие. Рейес подчинилась, и тогда тот тип сказал: "Ты не сможешь это остановить. Тебе и раньше не удавалось. Ты всегда проигрываешь, это - твоя судьба". Тут он вышел из теней, и Моника узнала Ван Аллена...

Доггетт в это время спохватился, что от напарницы давно никаких вестей, обеспокоился и побежал ее искать. Ну и нашел ее, живую и невредимую, только слегка придушенную. Рейес рассказала ему о Ван Аллене и о том, что он убивает людей из мести: когда-то, в 1868 году, четверо шахтеров убили его и сняли с него кожу, но их так и не осудили за отсутствием прямых доказательств, так что теперь он рождается снова и снова, чтобы отомстить за ту несправедливость. В каждой новой инкарнации он становится полицейским и сам расследует убийства, вот почему убийцу так и не смогли поймать; он убивает четырех человек (инкарнации своих бывших убийц), снимая с них кожу, а потом убивает себя, чтобы начать все заново. На сей раз ему осталась только одна жертва, и Моника догадалась, кто это будет (ну еще бы, ведь из действующих лиц, замешанных в эту историю, осталась только доктор Холланд).

Холланд занималась в церкви своей группой, только-только закончила очередной сеанс, и тут ей позвонила Моника - спросить, не было ли у нее случайно видений. Лиза очень удивилась, но ответила, что были. Тогда Рейес велела докторше срочно уходить из церкви, потому что за ней охотится Ван Аллен; но она немного запоздала с предупреждением: группа вся уже разошлась, и Ван Аллен уже стоял под окном. Испуганная Холланд затаилась, выждала момент и кинулась бежать вон из церкви; но Ван Аллен погнался за ней, крича ей вслед, что бежать бесполезно - все равно все закончится, как обычно. Однако на пороге церкви уже стояли Рейес и Доггетт, и Холланд угодила прямо в объятия Джона, а Ван Аллен уперся в дуло пистолета Моники. Вид пистолета задержал детектива лишь на мгновение, потом он решительно двинулся на Рейес, сжимая в руке нож, и она выстрелила. Ван Аллен упал на землю, едва живой, но у него все-таки хватило сил сказать Монике: "Ты всегда проигрываешь".

Потом Ван Аллена отправили в больницу, и Моника отправилась с ним. Она была ужасно расстроена: ей так хотелось узнать, что имел в виду детектив, а он был вовсе не в том состоянии, чтобы отвечать на вопросы, вот Рейес и ждала, когда он очнется. Но Ван Аллен и не думал приходить в себя, и Доггетт стал упрашивать Монику поехать домой и хоть немного поспать. Моника печально заметила, что Джон так и не поверил в ее мистическую связь с детективом; Доггетт пожал плечами и ответил, что важно лишь то, что Монике удалось спасти жизнь доктора Холланд. Тут подошла Скалли, и Моника спросила ее, а верит ли она в паранормальность происшедшего. Скалли ответила, что и она, и Доггетт пытаются поверить, хотя это и не просто; и тогда Моника сказала, что те люди - убитые - все время пытались искупить свою давнюю вину, но их бывшая жертва, ставшая палачом, не позволяла им это сделать. И сама она, Моника, тоже была как-то замешана во всем этом. Видимо, тогда, в 1868 году, она не смогла предотвратить убийство и в своих следующих перерождениях пыталась сделать это снова и снова; поэтому они с Ван Алленом чувствовали друг друга, и он знал самый большой ее страх - страх вновь потерпеть поражение. Скалли вздохнула и ответила, что на сей раз, похоже, она преуспела - во всяком случае, одна жертва осталась в живых. И в это самое время монитор, регистрирующий сердцебиение Ван Аллена, пронзительно завизжал, Рейес в ужасе обернулась, медики кинулись к детективу, пытаясь вернуть его к жизни... но тщетно.

И в тот самый миг, когда Ван Аллен умер, где-то в другом месте, в каком-то неизвестном роддоме, громко возопило новорожденное дитя...

(C) Натали
специально для БАБР.RU

Артур Скальский

© Babr24.com

КультураМир

3577

23.10.2002, 00:00

URL: https://babr24.com/?ADE=4247

bytes: 23361 / 23275

Обсудить на форуме Бабра в Telegram

Поделиться в соцсетях:

Автор текста: Артур Скальский.

Другие статьи в рубрике "Культура"

Сказочный уикенд: «Красная Шапочка» с дырявым сарафаном

У трёх режиссёров дитя без глазу. Но в шапочке. Отечественное фэнтезийное переосмысление сюжета Шарля Перро от Лины Арифулиной, Александра Баршака и Артёма Аксёненко, поддержанное Фондом кино, на первый взгляд, весьма успешно стартовало в прокате. По данным портала Kinobusiness.

Филипп Марков

КультураРоссия

5708

01.10.2022

Встречайте, самая опасная ведьма Сибири — Елена Голунова

На очереди известных людей Новосибирска Елена Голунова. Ранее Бабр рассказывал про её сына — Влада Кадони, который помимо некромантии является медийной личностью и даже побывал ведущим «Дома-2». Елена Голунова позиционирует себя как сибирскую колдунью, ясновидящую и даже некроманта.

Адриан Орлов

КультураНовосибирск

12213

30.09.2022

Ленин советского экрана. Юрию Каюрову – 95!

За тридцать лет кинокарьеры он снялся в сорока фильмах, в восемнадцати из которых сыграл вождя мирового пролетариата Владимира Ленина.

Филипп Марков

КультураСобытияРоссия

6622

30.09.2022

Министр культуры Монголии посетила Всемирную конференцию ЮНЕСКО по культурной политике

Министр культуры Монголии Ч. Номин 28 сентября прибыла в столицу Мексики для участия во Всемирной конференции ЮНЕСКО по культурной политике и устойчивому развитию MONDIACULT 2022. Участники встречи планируют обсудить сотрудничество в культурной сфере между государствами.

Денис Большаков

КультураПолитикаОбществоМонголия

3675

30.09.2022

Мастер отчуждения. К юбилею Микеланджело Антониони

«Дама без камелий», «Подруги», «Приключение», «Ночь», «Затмение», «Кровавая пустыня», «Фотоувеличение», «Профессия: репортёр», «Идентификация жнщины»...

Филипп Марков

КультураСобытияМир

6398

29.09.2022

Молиться 24/7. Инструкция успеха от Бориса Корчевникова

Некогда милый, пушистый и безобидный ведущий программы «Судьба человека», а до этого – ток‑шоу «Прямой эфир» на канале «Россия 1» Борис Корчевников, с 2017 года являющийся генеральным директором и продюсером православного телеканала «Спас», сегодня вместе со всей ...

Филипп Марков

КультураРелигияМаразмРоссия

7871

27.09.2022

Последний концерт. Пётр Лундстрем в В/Ч под Читой

Православный Z-активист и известный в узких кругах музыкант Пётр Лундстрем 24 февраля дал очередной концерт.

Филипп Марков

КультураАрмияРоссия

8395

26.09.2022

Тупик страсти и праха, или Как кончится мир. К юбилею Уильяма Фолкнера

Но в мире много есть того, что нашей правде и не снилось. Уильям Фолкнер Нобелевская премия по литературе, две Пулитцеровские премии, две Национальные книжные премии США и множество других престижных наград...

Филипп Марков

КультураСобытияКак по-писаномуМир

6668

25.09.2022

Ужасный уикенд. Возрождённый «Джиперс Криперс» и «Проклятие мачехи» – в топе проката

Хоррор «Джиперс Криперс: Возрождённый», вышедший на экраны 15 сентября и уже признанный худшим в серии, побил годовой рекорд среди фильмов ужасов в российском прокате, заработав за стартовый уикенд 33 миллиона рублей.

Филипп Марков

КультураРоссия

8347

23.09.2022

Дом открытых сердец. Томская театральная КвАРТира Ларисы Отмаховой и Сергея Иванникова отмечает годовщину

Что случится, если человек захочет поговорить с вами о любви, верности и дружбе? Если это могучий, но очень романтичный волшебник – то получится чудесная сказка. Но сказкам, как и людям, нужен дом. И он существует – в Томске.

Анна Леро

КультураОбществоСобытияТомск

5198

23.09.2022

О крысе с сифилисом и цене мужских игрушек. Лучшее от Кинга к юбилею автора

В любом безумии таится своё ужасное веселье. Стивен Кинг Армия его поклонников не имеет аналогов в литературном мире, как и его работоспособность.

Филипп Марков

КультураСобытияКак по-писаномуМир

5242

22.09.2022

«Новосибирск научил меня самому главному», или Где на самом деле родился Алексей Маклаков?

Улыбка и смех — непременные атрибуты комедийного персонажа. И неважно, плохое у тебя настроение или нет. Это никого не волнует. Ты актёр — будь добр, доказывай это постоянно. Стараюсь быть хорошим актёром в любой ситуации.

Адриан Орлов

КультураНовосибирск

5630

21.09.2022

Лица Сибири

Колотовкина Светлана

Литвинов Владимир

Сумароков Илья (старший)

Гендин Олег

Хрычов Николай

Брилка Сергей

Фролов Леонид

Бадмаев Заян

Куликов Константин

Агафонов Глеб