X-Files на АИСТе - 1 сезон, 13 серия

Рождество уже миновало, однако в квартире Скалли все еще сохранялось праздничное настроение: в углу поблескивала украшениями елка, а за ужином (пусть и не в полном составе) собралось семейство - в гости заехали родители Даны, Уильям и Мэгги. Уильям - достойный представитель военно-морского флота, на вид грозный и неприступный, как скала, но при этом любящий муж и отец - в детстве был для Скалли кумиром; он читал дочери "Моби Дика" и навсегда остался для нее Ахабом, а она была его Старбаком. Правда, в последнее время их отношения стали несколько натянутыми: Дана, отринув карьеру медика, пошла в ФБР, а Уильям это решение не одобрил, так что все разговоры о работе у них до сих пор сводились к минимуму.

Закончив ужин, родители отправились домой, а Скалли устроилась на кушетке и заснула перед телевизором. Но около двух часов ночи (в 1:47, если точно) ее что-то разбудило. Открыв глаза, она увидела своего отца; он сидел в кресле прямо перед ней и его губы шевелились, как будто он пытался что-то сказать, вот только не мог издать ни звука. Удивленная Дана спросила его, зачем он вернулся и куда подевалась мама; тут зазвонил телефон, она на секунду отвела взгляд, а когда снова повернулась к отцу, кресло уже опустело. Ошеломленная Скалли сняла трубку, и заплаканный голос матери сообщил ей, что они потеряли папу: час назад у него случился сердечный приступ:

Когда человек теряет кого-то из близких, он, как правило, берет отгул на пару дней; но Скалли решила, что работа - лучшее лекарство, и приехала в офис. Встревоженный ее состоянием Малдер впервые назвал ее по имени и попытался было спровадить ее домой, но не вышло, и тогда он рассказал ей последние новости из мира криминалистики. Пару дней тому назад пропала парочка школяров: ребята мило проводили вечер в машине, к ним подошел мужик в форме полицейского (некто Лукас Генри), попросил их выйти, а потом вырубил парня фонарем и похитил подростков. Полицию это похищение очень встревожило, так как ровно год тому назад уже был аналогичный случай, тех студентов нашли спустя неделю замученными до смерти, а преступника так и не поймали. Время поджимало, улик не было, но появилась одна зацепка по имени Лютер Ли Боггс. Этот Боггс сам был маньяком по призванию: в шестилетнем возрасте он прикончил всех домашних животных в округе, а в тринадцать лет передушил всю свою семью (пять человек - не слабо!) на обеде в честь Дня Благодарения, после чего спокойно уселся смотреть телевизор. Как сказал Малдер: "Некоторых убийц создает само общество. Некоторые убивают в ответ на издевательства, пережитые ими в прошлом. Боггс убивает потому, что ему это нравится". Ну, и вот этот Боггс теперь заявляет, что имеет информацию насчет нынешнего похищения - вроде как ему нашептали об этом какие-то вещие силы. Он детально описал браслет пропавшей девушки и потребовал к себе на разговор Малдера. Малдер, однако, вовсе не горел обычным энтузиазмом: он, конечно, верил во всякие "экстрасенсорные передачи", но сильно сомневался в их наличии у Боггса, поскольку самолично профилировал этого маньяка и даже практически усадил его в кресло смертника (после чего, как утверждал Лютер, у него и появились паранормальные способности - так сказать, страх смерти открыл глаза на потусторонний мир). В конце этой недели Боггсу предстояло повторить путешествие в маленькую газовую камеру, и Фокс был уверен, что Лютер, разглагольствуя о своих способностях, просто пытается заменить смертную казнь на пожизненное заключение; а на самом-то деле он почти наверняка руководил похищением из камеры и теперь закладывает подельщика, чтобы спасти свою шкуру. Впрочем, Малдер допускал, что Боггс ради отсрочки казни может им помочь, и поэтому собрался лететь в тюрьму Северной Каролины; ну а Скалли... Как только Малдер вышел из офиса, она порылась в секретных материалах, нашла папку с надписью "Визуальные Контакты с Мертвыми": но потом решительно сунула документы обратно в ящик.

Позже в тот же день Дана приехала на похороны отца. Согласно желанию Уильяма Скалли, при церемонии присутствовали только члены семьи. Прах капитана был развеян над морем под крики чаек и любимую мелодию покойного - "За морем"; под эту песню он когда-то вернулся с Кубы и сразу же, едва сойдя с трапа, сделал предложение Мэгги.

Не желая оставаться наедине с грустными мыслями, Скалли в тот же день отправилась с Малдером к Боггсу. Тот устроил для них представление: сообщив, что "мертвые и живые - все души связаны", он сделал вид, что некие силы через него предлагают сделку - жизнь Лютера за жизнь детей. Якобы это искупление для него. При этом Боггс то начинал задыхаться, то строил гримасы, то заламывал руки, но на Малдера это не произвело впечатления: заранее уверенный, что их дурачат, он предложил Боггсу доказать свои способности и подсунул ему кусочек ткани. Боггс забился в припадке и, как видно, "вышел на связь" с похищенной девочкой, потому что завопил, что ему больно, что они с Джимми связаны и похититель избивает их проволочной вешалкой. Потом он уставился на Малдера безумным взглядом и прохрипел: "Темное место. Холод. Подвал. Склад, камера смертников. Ангел... из камня. Водопад. Шум падающей воды. Это: это - не водопад. Не вода. Они там. O, Господи! Я должен уйти. Я должен уйти..."

Представление было отличное, но Малдера и это не проняло: он медленно выдернул у Боггса из рук материю, сунул лоскут ему под нос и прошипел: "Я оторвал это от своей футболки. Это не имеет никакого отношения к преступлению". После этого он решительно направился к выходу, Скалли пошла за ним, но тут Боггс начал напевать "За морем", и она замерла. Когда она обернулась к преступнику, на его месте сидел ее отец. Дана в ужасе зажмурилась, а когда снова открыла глаза, перед ней снова был Лютер; но он голосом Уильяма Скалли сказал: "Ты получила мое сообщение, Старбак?" Скалли пулей вылетела из камеры, едва не сбив разговаривавшего с охранником Малдера. Встревоженный Фокс велел ей отправляться в отель, сказав, что сам поговорит с Боггсом позднее - может, тот и расколется, раз уж его обман раскрылся. А Боггс, которого как раз выводили из камеры, все напевал: "Где-нибудь на далеком берегу... мы будем целоваться, как прежде... мы будем счастливы за морем"...

По дороге в отель Скалли все боролась со своими чувствами. Вообще-то в таком состоянии ей не стоило садиться за руль, но Малдер об этом как-то не подумал: Очередная волна эмоций одолела Дану на светофоре, и тут на глаза ей попалась вывеска отеля "Ниагара" - переливающийся огнями водопад. А с другой стороны дороги возвышался распростерший крылья каменный ангел: Дана, не раздумывая, свернула в темный переулок и остановила машину у какого-то здания, напоминающего заброшенный склад.

Кажется, в такой ситуации правила предписывают вызвать подмогу и ни в коем - ни в коем! - случае не соваться внутрь. Потому что если даже вам повезет и вас не убьют, вы можете спугнуть преступника, и тогда ищи его! Но Дана была не в том настроении, чтобы следовать инструкциям; возможно, она была бы даже рада, напади на нее кто-нибудь: На складе, однако, никого не оказалось; зато там нашелся браслет похищенной девушки и проволочные вешалки.

Пребывая в некотором шоке, Скалли вызвала полицию (соврав, что просто проезжала мимо и заметила в переулке какую-то подозрительную возню), а сама поехала в отель. Отец мерещился ей уже повсюду, что вовсе не способствовало ее душевному покою. Приехавший Малдер сообщил ей, что семья похищенной опознала браслет, но полиция все еще не знает, куда преступник переместил свои жертвы. А когда Скалли призналась, что нашла склад по "наводке" Боггса, Фокс внезапно рассердился и заявил, что это наверняка была ловушка, и счастье еще, что Дана не лежит сейчас на том складе с пулей в дурной голове. Впрочем, трудно сказать, что злило Малдера больше: то, что его напарница действовала безрассудно, доверившись преступнику, или то, что она поверила в паранормальные возможности именно теперь, когда они исходили от чертова маньяка и были явной подделкой.

Желая "расколоть" Боггса, Малдер решил подбросить ему липовую статью о том, что полиция нашла студентов целыми и невредимыми, а теперь идет по следу похитителя. Фокс рассчитывал, что Боггс, прочитав статью, позвонит своему подручному; но Лютер вместо этого позвонил самому Малдеру и упрекнул его в неверии. Скалли принялась убеждать напарника, что у них мало времени и им нужно заключить с Лютером сделку. Малдер неохотно согласился. Боггс снова впал в транс, так сказать, "навел справки" и сообщил агентам, что похититель находится в лодочном домике на озере Джордан. Напоследок он велел Малдеру не подходить к белому кресту: "Мы видим, как ты лежишь: и твоя кровь стекает по кресту".

Полиция устроила облаву на лодочный домик. Пропавшая девушка, Элизабет, лежала на полу; но преступник успел сбежать, прихватив с собой парнишку. Скалли занялась девушкой, а Малдер помчался ловить Лукаса; вот только преступник оказался хитрее - спрятался в моторке, рядом с белым крестом (и на кой там стоял этот крест?), так что, когда Малдер выскочил на пристань, из темноты прилетела пуля:

Скалли прибежала на выстрел, и когда увидела поверженного напарника под крестом, ее чуть удар не хватил. Рана оказалась тяжелой, Фокса спешно отправили в больницу. Элизабет предъявили пачку фотографий, и она опознала своего похитителя - Лукаса Генри, 28 лет. В юности этот Лукас стал свидетелем аварии, в которой погибла его подружка, и годовщина той аварии совпадает с похищением и убийством студентов. А главное, полиция считала, что именно Лукас в свое время был подручным у Боггса:

Разгневанная Скалли ворвалась в камеру Боггса, обвинила его в том, что он их подставил, и пообещала лично включить газ в его камере. Боггс понял, что его дело плохо, поэтому сперва прикинулся Малдером, а затем пересказал Скалли историю из ее собственного детства: когда ей было четырнадцать, она стащила у родителей сигарету и потихоньку курила на крыльце - не потому, что хотелось, а потому, что было нельзя. В качестве "контрольного выстрела" он вновь превратился в Уильяма Скалли и пообещал Дане устроить встречу с ее отцом - если они заключат сделку. А если нет... что ж, пропавший мальчик, так сказать, проторит ему, Лютеру, дорогу на тот свет.

Покинув Боггса в растрепанных чувствах, тревожась и за мальчика, и за напарника, да еще терзаясь воспоминаниями об отце, Скалли решилась на крайние меры. Она соврала Лютеру, что его казнь отменяется. Тот поблагодарил ее, обронив скупую мужскую слезу, и впал в транс, поведав, что Лукас прячется на старой пивоварне "Синий дьявол". Скалли выслушала его с каменным лицом и, когда он умолк, сказала: "Лютер, если бы вы действительно были экстрасенсом..." Он прервал ее, ответив: "...то я знал бы, что вы солгали. Что сделки не будет. Я знаю, что вы пытались". Она повернулась, чтобы выйти, и тогда он добавил: "Опасайтесь дьявола. Не следуйте за Генри к дьяволу. Оставьте это мне".

Полиция явилась на пивоварню как раз вовремя: Лукас Генри уже готов был снести своей жертве голову. Когда Скалли взяла похитителя на мушку, он бросил свой топор и дал деру. Дана нагнала его в комнате, где на стене был намалеван синий дьявол. Генри рванул по каким-то подмосткам, Скалли дернулась было следом, но увидела дьявола и замерла. В следующий миг доски под ногами негодяя треснули и Лукас полетел вниз. Скоростной спуск на пару этажей не пошел ему на пользу: дьявол, так сказать, получил свою добычу:

Позже Скалли заглянула к Боггсу, чтобы сказать, что она ему поверила. Не потому, что он выдал ей местонахождение Генри, а потому, что предупредил ее о дьяволе. Если бы он руководил Лукасом, то наверняка предупредил бы и его: Боггс кивнул, но заметил, что она пришла не только поблагодарить его, но и закончить кое-какое дело. Однако, сказал он, еще не время. Вот когда его, Боггса, усадят в кресло смертника - тогда пусть она смотрит на него... и получит ожидаемое сообщение.

Вечером Боггса и в самом деле повели в камеру. Как и в прошлый раз, на пути его следования молчаливым укором стояли его жертвы - призраки, поджидающие, когда к ним присоединится их убийца. Они ужасали Боггса, как ужасала его и близость смерти. Но выхода не было. Его усадили в кресло, священник совершил над ним последний обряд, и вскипела пузырьками мутная жижа, источая смертоносный газ:

В это время Скалли была в больнице, сидела у койки Малдера и пыталась впихнуть все пережитое в рамки собственных убеждений. Возможно, призрак отца ей просто привиделся. Возможно, Лютер каким-то образом разузнал о ее отце и использовал эту информацию, чтобы заставить ее поверить: Малдер, глядя на ее метания, поинтересовался, почему она не желает верить своим глазам, а она ответила: "Я боюсь верить". Фокс печально спросил: "И ты не можешь заглянуть в лицо своему страху? Даже если это означает, что ты никогда не узнаешь, что твой отец хотел сказать тебе?" Скалли улыбнулась и сказала: "Но я знаю. Он же был моим отцом".