В печи обжига № 3 норма выброса по азоту диоксиду превышена в 3,2 раза, азоту оксиду — в 3,3 раза, углероду оксиду — в 19,6 раза. На втором источнике выброса — печи обжига № 5 — норма выброса по азоту диоксиду превышала в 1,9 раза, по азоту оксиду — в 1,3 раза.
Прокуратура через суд потребовала приостановить эксплуатацию этих печей обжига до приведения количества выбросов в пределы нормы.
Всего во время работы красноярский цементный завод выбрасывает в атмосферу 29 загрязняющих веществ, среди которых неорганическая пыль с содержанием кремния, соляная кислота, железо оксид, марганец и другие.
В Красноярске жителям предложили новый способ борьбы с мусором — чат-бот для жалоб. Теперь можно отправить сообщение о переполненных контейнерах, узнать, когда приедет техника, или задать вопросы по договорам на вывоз отходов. Новость подали как очередное «улучшение сервиса».
Ещё недавно жители Минино считали свой посёлок вполне устроенным местом для жизни. Да, без роскоши и столичного лоска, зато с понятной системой управления, более-менее нормальными дорогами и регулярным вывозом мусора. Теперь всё это, судя по жалобам людей, осталось в прошлом.
В Красноярске снова столкнулись две реальности, которые чиновники упорно пытаются выдавать за совместимые. С одной стороны – красивые картинки будущих кварталов, обещания благоустройства и разговоры о «комфортной городской среде».
Анастасия Новикова — основательница проекта «Круговорот» в Красноярске. Она занимается сбором ненужной одежды, развитием экоцентра и системой переработки отходов.
Иркутск накрыло грязным воздухом. И, как выясняется, виноват в этом не только местный транспорт, печное отопление или вечные разговоры про «неблагоприятные метеоусловия».
Весна 2026 года в Красноярском крае началась с очередной волны бодрых экологических рапортов. Правительство региона торжественно объявило о распределении почти полумиллиарда рублей на мусорные площадки, ликвидацию свалок и развитие инфраструктуры обращения с отходами.
В Красноярском крае снова заговорили о воздухе — и на этот раз уже языком уголовных дел. Прокуратура добилась возбуждения дел после проверок предприятий, где зафиксировали не просто нарушения, а откровенно опасные выбросы.
В Норильске опять случилось то, что здесь, похоже, давно перестали считать чем-то из ряда вон. Разлив топлива. Не авария федерального масштаба, не катастрофа с вертолётами и комиссиями — просто «инцидент», о котором официально лучше не говорить.
История началась ещё 8 апреля.
С мусором в Красноярском крае всё давно понятно — его вроде вывозят, но он никуда не исчезает. Контейнерные площадки переполнены, пакеты рвутся, ветер разносит отходы по дворам. А в отчётах — порядок. Машины ездят, система ГЛОНАСС фиксирует маршруты, галочки стоят.
История с масляными разводами на Енисее — это уже не новость и даже не скандал. Это фон. К нему привыкли, как к шуму дороги или запаху выхлопа. Но в какой-то момент даже привычный фон становится слишком заметным. И тогда начинается разговор по существу.
На этот раз разговор довели до суда.
