Грустный мюзикл

На сцене Иркутского музыкального театра новый спектакль, которым открылся 64-й театральный сезон, - "Человек из Ламанчи" Митча Ли. Он отнесен к жанру мюзикла, хотя по сути можно было бы считать его драмой, потому что на протяжении двух с лишним часов на сцене повествуется о тяжелой борьбе героев за свое человеческое достоинство и призрачное счастье.

В основе мюзикла - всемирно известный роман Сервантеса "Дон Кихот", который А.М. Горький относил к числу "тех произведений, которые предстают перед нами как изумительно обработанные в образе и слове сгустки мысли, чувства, крови и горьких жгучих слез мира сего".

Мюзикл сохраняет практически все основные идеи романа: это и защита слабых и угнетенных, и возможность существования такого мира, где не будет деления на "твое" и "мое", где свобода и мир, любовь и счастье станут основой существования людей.

Спектакль разумно играется без антракта, тем самым создавая непрерывность действия и не разрывая впечатления от повествования. Поскольку каждый артист в мюзикле играет по нескольку ролей, режиссер Н. Печерская использует условность этих превращений, стремясь достичь характерности персонажей внутренней их трансформацией, практически не заботясь об изменениях образов внешне. От этого у зрителя сохраняется единый принцип рассказа и слушатели - персонажи как бы косвенно соучаствуют в этом процессе.

Несомненно, эмоциональный нерв спектакля обеспечивают основные герои мюзикла. Практически воедино сливаются три образа - сам Сервантес, Алонсо Кихана и Дон Кихот в исполнении засл. арт. России Николая Мальцева. Безусловно, странствующий рыцарь в его решении приобретает большую выразительность и сценическую значимость. И это оттого, что именно в этом образе заложена квинтэссенция и романа, и мюзикла. Н. Мальцев совместно с режиссером стараются смехотворным и нелепым внешне поступкам идальго придать житейскую необходимость и философскую значимость. Ведь, наверно, поэтому эпиграфом для спектакля постановщики избрали цитату из Людвига Фейербаха: "Чтобы познать человека, нужно его полюбить...". Это стремление Дон Кихота посеять и привить любовь всем его окружающим становится наиболее яркой и привлекательной стороной сценического актерского решения Н. Мальцева.

На мой взгляд, удачен Санчо Панса у артиста В. Антипова, это, пожалуй, наиболее полное совпадение с замыслом Сервантеса: безгранично преданный, трогательно заботливый, по-народному мудрый, с хитринкой и наивностью.

Как всегда, на пределе эмоционального накала играет засл. арт. России Елена Бондаренко Альдонсу. Ее героиня озлоблена исковерканной жизнью, существованием в злобе и ненависти, потребительским к ней отношением, но в Альдонсе сохраняется потенция к счастью, к искренней любви, и, возбужденная поэтическим с ней обращением Дон Кихота, она единственная уверовала в возможность земного счастья.

Из второстепенных образов хочется отметить Священника, которого засл. арт. России В. Дычинский наделяет истинной симпатией, покоряющей человечностью.

Все персонажи мюзикла по-своему мечтают о счастье: для одних - это избежать костра инквизиции, для других - финансовое обогащение, для третьих - бескорыстное взаимопонимание, уважение и любовь. Казалось бы, пропагандистская привлекательность желаний третьих и должна составлять моралите новой премьеры музыкального театра, но оптимизм Сервантеса - Дон Кихота в финальной арии-песне далек от этого утверждения, и потому зритель уходит из театра отягощенный нелегкими раздумьями и грустью. Но кто сказал, что мюзикл - жанр веселый?