Рунет де-юре

Представлен проект закона об интернете.

Единорос Роберт Шлегель 5 июля опубликовал в своем ЖЖ текст проекта долгожданного закона об интернете. Тридцать страниц поправок в закон "Об информации, информационных технологиях и защите информации" вызвали оживленную дискуссию в блогосфере.

Идея отрегулировать Рунет появляется у властей раз в несколько лет и неизменно проваливается с громким треском.

Еще в 2000 году комитет Госдумы по информационной политике пытался провести общественные слушания по этому вопросу и разработать устраивающий всех законопроект.

Чуть больше повезло проекту модельного закона "Об интернете", подготовленному в 2008 году экспертами Владимиром Горжалцаном и Юрием Храмовым. Общественность приняла документ в штыки, испугавшись, что это и есть закон, который все напрочь зарегулирует. На деле статус модельного означает, что документ являлся скорее набором рекомендаций для тех стран и территорий, которые хотят заняться законодательным регулированием Сети.

Эксперты также подвергли проект довольно жесткому разбору: например, автор российского закона о СМИ Михаил Федотов указал на трансграничность интернета и связанные с этим сложности, а стартапер Антон Носик предложил оформлять подобные вещи в виде поправок в существующие законы.

Очередная попытка, представленная на суд блогеров Шлегелем, учитывает предыдущий опыт. Например, в число авторов нового законопроекта входят как Горжалцан, так и Федотов с Носиком. Всего, судя по подписям в документе, над проектом в группе при думском комитете по информационной политике работали 16 человек.

В их числе главред МК Павел Гусев, возглавляющий комиссию Общественной палаты по коммуникациям, президент юридической фирмы "Интернет и право" Антон Серго и доктор юридических наук Астамур Тедеев. Последний известен как автор семистраничной концепции закона "Об Интернете" образца 2009 года, где предлагалось отдельно регулировать "гуманитарную" и "экономическую" части Рунета.

Фундамент

В начале 2010 года Михаил Федотов и Роберт Шлегель вкратце описали журналистам законопроект. Они заявили, в частности, что авторы отказались от норм, которые четко прописывают, как поступать в том или ином случае. Например, борьбу со спамом этот закон не облегчит.

Другое дело, что будущий закон призван ответить на вопросы, которыми юристы задаются каждый раз, когда сталкиваются с сетевыми разбирательствами. На чьей территории произошло нарушение? Как определять подсудность того или иного субъекта конфликта? Какое время использовать для исчисления сроков - сервера или клиента? Забегая вперед, скажем, что на последний вопрос в тексте проекта дан исчерпывающий, но полезный только законникам ответ.

Таких вопросов много, а без четких ответов на них невозможно создавать новые нормы. Другими словами, в законе "Об Интернете" надо не перечислять все сетевые феномены и прописывать ограничения для каждого из них, а скорее задавать общие правила игры, подобные тому, как Конституция задает дух всех законов государства.

Стены

Чаще всего критики закона и просто люди, которые не ждут от государства ничего хорошего, задают один и тот же вопрос: "Зачем мне нужен закон об интернете? Мне и без него хорошо". Они считают, что закон может только добавить им обязанностей. Законопроект, о котором идет речь, напротив, дает пользователям множество прав, которые до этого не были закреплены юридически. Перечислим изменения.

Понятия. Законодатели значительно изменили термины, используемые в старой версии документа, некоторые понятия удалили, а некоторые добавили. Например, определение информации стало гораздо более пригодным для юридических нужд. Понятие "информационно-телекоммуникационная сеть" заменили "глобальной компьютерной сетью", ввели понятия оператора сайта и оператора доступа к глобальной сети (провайдера).

Не обошлось и без некоторой неуклюжести - не дается определения слова "сайт", а в определении распространения информации посредством сайта содержится чудное словосочетание "виртуальные интерактивные носители". Ясно, что эта юридическая абстракция была создана для привязки к традиционным юридическим нормам, но выглядит она ужасно.

Благородные цели. В статье 12, посвященной основам госрегулирования в IT-сфере, произошли коренные изменения. Одной из целей государства теперь стало обеспечение людям беспрепятственного доступа к информационным технологиям и Сети. Также государство должно обеспечить соблюдение прав и законных интересов пользователей интернета и других IT-технологий

Более того, госрегулирование будет направлено на обеспечение неприкосновенности собственности, свободы и экономической деятельности, а еще одной целью станет расширение проникновения глобальных компьютерных сетей в РФ.

Цепная реакция добра. Если законопроект примут в существующем виде, все остальные нормативные акты, где упоминается интернет, сети и информация, должны будут соответствовать ему. При этом все неустранимые сомнения, противоречия и неясности в таких актах следует трактовать в пользу провайдеров и пользователей.

Обновленная статья 16 еще жестче относится к государственным органам, запрещая им принимать нормативные акты, отменяющие или ограничивающие права пользователей и провайдеров. Нельзя также вводить не предусмотренные законом "Об информации" обязанности, запрещать доступ к Сети и менять понятия, определения которых содержатся в законе.

Хотя в конце документа и написано, что он не потребует переделки других законов, на деле практика правоприменения может значительно измениться, причем в лучшую для пользователей сторону.

Уважение обычаев. Статья 18, которой вообще не было в старом 17-статейном законе, вводит понятие информационных обычаев и сетевого этикета. Считается, что если "обычаи" не нарушают законодательство, то оно отдает их на саморегулирование. Другими словами, никто не покушается на обычаи троллить, писать "кисакуку" и делать демотиваторы. В эти игры государство играть не будет вообще.

Кто виноват? Под самый конец в документе походя решается одна из самых насущных проблем сетевой юриспруденции - о том, несет ли площадка ответственность за информацию, распространяемую пользователем.

По мнению авторов, равно как и большинства здравомыслящих граждан, - нет, не несет. Таким образом, если пользователь попытается организовать теракт на страницах уютного бложика, заберут его, а не руководство блогохостинга или хостера.

Ради одного этого следовало бы одобрить этот законопроект.

Крыша

Жизнь законопроекта всегда заканчивается где-то в Федеральном Собрании. Его либо отклоняют и тем самым убивают, либо принимают и уже в виде закона отправляют на подпись президенту.

В первом случае говорят, что законодатели оставили стены документа без крыши. Во втором - что крыша следила за прохождением законопроекта по всем комитетам и инстанциям.

Пока неясно, насколько законопроектом довольны те, кто так хотел превратить его в закон и так опекал - единоросы. Документ не похож на обычный закон. Он позволяет юристам по-человечески работать с клиентами, наделяет пользователей правами, а государству не предлагает ничего, кроме неотчуждаемых прав личности и либеральных ценностей.

Забавно, но еще десять лет назад, когда эпопея с законом "Об Интернете" только начиналась, слушания предлагали проводить под лозунгом "Строим правовой фундамент, потому что крыши недостаточно!".

С тех пор, вроде, ничего принципиально не изменилось.