"Курск" может стать "Чернобылем"
В пятницу член комиссии по расследованию причин гибели "Курска" Валерий Дорогин сообщил, что подлодку будут поднимать вовсе не из-за выяснения причин гибели или извлечения тел подводников. Просто военные не уверены в целостности ядерного реактора и боятся получить второй Чернобыль.
По всей видимости, пресс-конференция депутата Валерия Дорогина была приурочена к полугодовой дате гибели "Курска". За это время правительственная комиссия во главе с вице-премьером Клебановым, в которой Дорогин возглавляет группу депутатов Госдумы, проделала огромную работу: со дна Баренцева моря были подняты тела двенадцати погибших подводников и около сорока тонн обломков российской субмарины. Из всех версий гибели подлодки в итоге осталось только две: техническая неисправность торпеды, которая была на борту "Курска", и столкновение с иностранной субмариной. Кроме того, комиссия ведет подготовительную работу по подъему "Курска". Именно об этих моментах работы специалистов и рассказал вице-адмирал-депутат Дорогин. На самом деле, ничего принципиально нового он не сообщил. Новостью для журналистов, которые буквально цепляются за любые новые подробности о судьбе "Курска", стали предполагаемые детали гибели субмарины. Так, Дорогин заявил, что, скорее всего "Курск" погиб из-за разгерметизации торпеды - компоненты торпедного топлива соприкоснулись, и произошел взрыв. Его предполагаемая мощность составила 100 килограмм в тротиловом эквиваленте. От этого взрыва погибли все, кто находился в первом и втором отсеках. После этого сдетонировали остальные торпеды. Мощность второго взрыва составила уже 1000 кг в тротиловом эквиваленте, и от него погибли все люди в третьем и четвертом отсеках, и почти полностью - экипаж пятого отсека. Остальные члены экипажа "Курска" смогли продержаться максимум девять часов после взрыва, так как на корабле возник пожар и прорвались трубопроводы с маслом. Масло попало на регенерационные аппараты, стал выделяться угарный газ, и подводники задохнулись. При этом Дорогин оговорился, что причина разгерметизации торпеды, видимо, так и останется тайной. Это могло произойти из-за столкновения с другой подлодкой или из-за технической неисправности самой торпеды. Однако Дорогин подчеркнул, что никаких прямых доказательств ни одной из этих версий так до сих пор и нет. Комиссия не смогла обнаружить частей иностранной подлодки в районе гибели "Курска", а за исправность торпеды военные ручаются. Другими словами, Дорогин лишь подтвердил слова Ильи Клебанова, который еще в ноябре говорил о том, что российская подлодка могла погибнуть из-за взрыва торпеды. Интересных моментов в рассказе депутата, на самом деле, было два. Во-первых, депутат косвенно подтвердил, что в качестве одной из версий гибели подлодки комиссией рассматривался вариант, что "Курск" мог быть подбит крейсером "Петр Великий". Так, на вопрос одного из журналистов "не мог ли "Курск" быть подбит с "Петра Великого"", Дорогин сообщил, что нет - комиссия рассматривала (!) эту версию и пришла к выводу, что корабль находился слишком далеко. Он был в двухстах километрах от "Курска", и, по словам депутата, не имел оружия для поражения целей на таком расстоянии. Иначе говоря, стрельбы в Баренцевом море велись, и не все из них, по видимому, были учебными. Вторым интересным моментом в рассказе вице-адмирала стало то, что "Курск" будут поднимать вовсе не для установления причины гибели атомохода или извлечения тел экипажа. По словам Дорогина, подъем экипажа - благородное дело, но никто на него $75 млн. не даст. Военных в первую очередь интересует, атомный реактор: его поведение в столь экстренной ситуации, и почему он выдержал оба взрыва и удар о дно. Другими словами, военные до сих пор не уверены в целостности реакторов и не знают, как они поведут себя в дальнейшем. Поэтому депутаты даже направили в правительство запрос о выделении $ 25 млн. на подъем подлодки. Правда, здесь стоит напомнить, что наша сторона обещала выделить половину требуемой на подъем суммы, а остальное должны были оплатить иностранцы. Но видимо положение таково, что они уже готовы заплатить больше, лишь бы не получить второй "Чернобыль".
