Изменения в судебной практике
Конституционный Суд вынес в пятницу давно назревший вердикт: суды общей юрисдикции не вправе отныне отправлять уголовные дела на дополнительное расследование и возбуждать дела в отношении новых лиц. Соответствующие статьи Уголовно-процессуального Кодекса (УПК) признаны противоречащими Конституции.
Суд не должен брать на себя обвинительные функции. "На суд как орган правосудия не может возлагаться выполнение несвойственной ему процессуальной функции возбуждения уголовного преследования, так как это противоречит принципам независимости, объективности и беспристрастности в судопроизводстве," - говорится в постановлении КС.
Таким образом, рушится порочная практика, когда из-за нерасторопности или загруженности судов уголовные дела, возбужденные по менее тяжким статьям УК, после доследования превращаются в статьи более тяжкие.
Представим себе такую ситуацию: некто, арестованный по статье, предусматривающей наказание менее года лишения свободы, ожидает судебного заседания по своему делу в течение 11-12 месяцев. Казалось бы, по истечении тех самых месяцев человека надо отпускать на свободу, принеся ему извинения. Как бы не так! Не в этой стране.
Как правило, в таких случаях суд отправлял дело на повторное доследование, после чего оно снова поступало в тот же суд, но формулировка обвинения предусматривала уже более тяжкую статью, с более длительным сроком наказания. После чего, по прошествии некоторого времени, человека отпускали на свободу, как правило - прямо из зала суда, назначив ему наказание, точно соответствующее сроку, проведенному подсудимым в следственном изоляторе. То есть делалось все, чтобы ни в коем случае не допустить оправдательного приговора, если человек действительно не виноват, а если виноват - то все равно: как же ему назначишь наказание меньшее, чем тот уже отсидел?!
Стоит заметить, что все время в ожидании суда - самого справедливого в мире - "подследственный" проводит в СИЗО, условия содержания в которых международными правозащитными организациями приравнены к применению пыток. Он не сидит там. Он там стоит, потому что в подобной камере в Бутырской, например, тюрьме, в помещении, расчитанном на содержание 30-35 человек, находятся, как правило, 120-150. Не лучше положение и в других СИЗО. Даже жесткого силовика Путина потрясла экскурсия по питерским "Крестам".
Таперь, казалось бы, настало время порадоваться победе прав человека над судебно-чиновничьим произволом. Однако предполагаю, что ретивые стражи порядка применят теперь иной трюк: еще на стадии следствия обвинения начнут формулировать по заведомо более тяжелым статьям, позволяющим дольше держать обвиняемого под стражей.
Известно, что общий уровень правосознания работников следствия еще не поднялся до таких высот, чтобы они волновались за дальнейшую судьбу подозреваемого. При общем обвинительном уклоне нашего судопроизводства и в отсутствии квалифицированной адвокатской защиты, недоступной по материальным причинам подавляющему большинству наших сограждан, обвиняемый все равно отсидит и за себя, и за того парня.
