Я видел «штази»! Но «штази» меня видели тоже! И не только меня…

Автор: Вячеслав Шляхов,

Источник: © Babr24.com,

История, Москва

20.11.2008 18:27

6296

343

Чем дольше мы живем, тем крепче убеждаемся: иркутяне есть везде! И везде были. И похоже, будут. Это не угроза жителям всех остальных городов мира. Это констатация факта.

Вот кто бы знал, что наш земляк Вячеслав Шляхов свыше двадцати лет работал в Европе! Юрист по образованию, он больше занимался журналистикой и сотрудничал, в частности, с газетами и журналами ГДР и ФРГ. Встречался с писателями Стефаном Хермлином и Маркусом Вольфом, канцлером Германии Ангелой Меркель, бургомистром Берлина Клаусом Воверайт, а также с Манфредом Момпер и другими знаменитостями. То есть многое иркутянин видел собственными глазами…


Ну, вот: в Германии открылся первый ресторан «штази». Ах, как долго мы этого ждали! Ах, как соскучились по слову и явлению! И по картинке, конечно, тоже. Иначе зачем было на всех телевизионных каналах России показывать интерьер этого ресторана и образцы документов, имеющих отношение к «штази»?! Ах, как это прикольно, как это здорово! Если бы только ещё понятно было большинству телезрителей, кто такие эти «штази» и с чем их едят… И где тут собака зарыта?

А собака зарыта – или порылась, если вспомнить шуточное изречение, приписываемое одну знаменитому разрушителю Берлинской стены – вот где... «Штази» - это всего лишь навсего «Ministerium fur Statsicherheit» по простонародному – Министерство государственной безопасности, то есть МГБ или, если кому-то больше нравится аббревиатура на основе немецкого названия, МФС Германской Демократической республики. Мощный аппарат защиты государства, созданный в послевоенной Германии просоветским руководством в Советской зоне оккупации.

Структура этой организации до сих пор не раскрыта полностью. Многие документы находятся в секретных архивах разведки нынешней Германии – БНД (Бундеснахриштендинст), в комитете по защите Конституции (Ферфассунгсшутц), в ЦРУ. Для специалистов очевидно однако, что разведка и контрразведка ГДР являлась одной из самых профессиональных и эффективных в мире. По числу успешно проведенных операций «штази» опередили даже КГБ. И это оправданно: в условиях «холодной войны» Восточная Германия находилась на переднем рубеже боевых действий. С выстрелами, нападениями, убийствами, взрывами, провокациями. Так было, и не нам судить историю – она нас судит!

Первым руководителем МГБ стал Вильгельм Цайссер – советский разведчик. Он был достаточно образованным человеком по тем временам: окончил народную школу и учительскую семинарию. В первую мировую войну служил в германской армии, был ранен. Знал Гитлера – и не понаслышке. После войны работал учителем и вступил в Коммунистическую партию Германии. В 1920 во время «капповского путча» возглавлял Рурскую красную армию и попал в тюрьму на шесть месяцев. После освобождения редакторствовал в коммунистической газете «Рурское эхо», а в 1924 году… окончил специальные военные курсы в Москве. И затем уже не расставался с разведкой. Работал во многих странах, в том числе Палестине, Сирии, Испании, Маньчжурии, а Вторую Мировую встретил опять в СССР. Именно тут работал с немецкими пленными, в частности с фельдмаршалом Паулюсом.

Будучи руководителем МГБ, Вильгельм Цайссер создал нечто необычное для той эпохи – «Институт научно-экономических исследований» – прототип научно-информационной структуры органов государственной безопасности. Однако через четыре года внезапно был исключен из партии и снят со всех ответственных постов – за антипартийную и фракционную деятельность. По воспоминаниям профессора Э.Ханке, «Вили не мог понять, почему великий Сталин стал так нелюбим в Советском Союзе, почему его заслуги умалчиваются и вычёркиваются из жизни. В этом была его трагедия, он умер для новой эпохи».

А новым главой МГБ стал Эрнст Волльвебер. Он во время Первой Мировой войны служил в Военно-морских силах Германии. В ноябре 1918 принял участие в восстании на флоте в городе Киле и первым поднял красный флаг на линкоре «Хельголанд». Вступил в Компартию. Скоро его арестовали и посадили – на два года. А потом избрали депутатом Рейхстага. В 41-м, после подрыва гитлеровского корабля в Стокгольмском порту, Волльвебер был опять арестован и осужден на три года, но спустя два года по просьбе Красного Креста выслан в СССР.

Волльвебер занимал пост министра государственной безопасности тоже недолго – до 1957. И тоже не угодил руководству страны, которое обвинило его в антипартийной деятельности и вывело из ЦК, лишив всех званий и привилегий. Через 10 лет после этого Эрнст Волльвебер умер – в полном одиночестве...

А вот следующий министр министрствовал (или министерил?) довольно долго, до 1989 года – целую вечность по меркам разведчиков и контрразведчиков. Это был маленького роста, крайне острожный, если не сказать боязливый, «проверенный на прочность» Эрих Мильке, судьба которого оказалась куда ярче его внешних данных…

Осень 1931 года, желтые листья в саду Тиргартен. Улицы прячутся в завесах дождя и тумана. За углом какого-то дома раздаются хлопки выстрелов. Убиты двое полицейских. Их просто расстреляли. Оперативно-розыскные меры не привели к результату – убийцу не задержали. Рыдали на кладбище жены и дети убитых. За что? Да может, и ни за что! В одном старом доме в Берлине мне довелось найти в проёме стены газету немецких «Спартанцев» со стихотворением, характерным для предвоенных лет. Две строчки из него: «Ублюдки в униформе заслуживают смерть. Ножи в ребро. Ножи в ребро».

А ведь именно Мильке вместе с Эрихом Цимером участвовал в убийстве этих двух полицейских: Пауля Анлауфа и Франца Ленка. И после этого бежал в Бельгию, оттуда – в Советский Союз.

Родился же будущий министр в 1907 году в Берлине, в рабочей семье. Вступил в немецкий союз молодежи, а затем стал коммунистом. Работал репортером, а потом оказался в Москве, в военной спецшколе Коминтерна. Воевал в Испании. Жил под чужими именами в разных странах, работал на советскую разведку. Службу в послевоенной Германии начинал с должности полицейского инспектора. И довольно быстро дослужился до руководителя МГБ: то ли так хотели советские спецслужбы, то ли сам был чрезвычайно хитер и напорист. Обласканный первым президентом страны, а затем и генеральным секретарем СЕПГ Эрихом Хонеккером, Мильке со временем получил фактически неограниченные полномочия.

Ему присвоили звание генерала армии. В его подчинении оказываются не только органы государственной безопасности, но и военная разведка и контрразведка, полиция, вооруженные «рабочие бригады», а также таможенная служба и пограничные войска! В Политбюро СЕПГ его опасаются, спорить с ним решаются единицы. Он умно строит отношения с КГБ, с разведками Венгрии и Польши.

При этом он считался заядлым болельщиком. И точно так же, как Генеральный секретарь ЦК КПСС Леонид Брежнев, страшно любил охоту. Связано это как-то с его увлечением или нет, но именно по приказу Мильке на границе без предупреждения открывали огонь на поражение – по всем, например, кто собирался перелезть через Берлинскую стену. А вот приглашениями в одну компанию с «Лёней» Эриха не баловали. Может, поэтому и он не любил, как выражался сам, «бровастого».

3 декабря 1989 года власти Эриха Мильке пришел конец. На берлинских улицах толпы демонстрантов уже кричали: «СЕПГ в урну! «Штази» вон!» А Мильке на заседании Политбюро, где заслушали его доклад и высказали ряд существенных претензий по обеспечению государственной безопасности, произнес знаменитую фразу: «Я же ведь вас всех люблю!» Но простой любви членам Политбюро оказалось мало, и Мильке сначала исключили из партии, а через четыре дня арестовали. Чтобы потом осудить – за то самое убийство полицейских в 33-м. И хотя он великолепно сыграл душевнобольного и отсидел лишь два года из положенных шести, ни о какой карьере, конечно, речи быть не могло.

Впрочем, он к ней и не стремился: людей к себе допускал редко. Очень резко отзывался о Советском Союзе и о пришедших к власти «ново-коммунистах». Мне довелось посетить уже больного и, казалось бы, раздавленного ситуацией человека. Но всё в нём: взгляд, яростная, сродни фанатичной, речь и жёсткость формулировок – говорило о нестерпимых душевных муках. Мне, во всяком случае, после разговоров с ним становилось не по себе.

Ухаживала за ним в последние его годы и дни только жена. Умер Эрих Мильке в Берлине в 2000 году – в маленькой квартирке, вместе со своей эпохой.

Очень интересен и ещё один персонаж из «штази». Руководитель отдела разведки и контрразведки Маркус Вольф – «Михаил Федорович», «Волк», «Человек-невидимка». Сын немецкого коммуниста Фридриха Вольфа и брат известного впоследствии кинорежиссера Конрада Вольфа, он родился в маленьком городке района Вюртенберг в семье еврейского врача и писателя. Когда в 1933 году к власти в Германии пришли нацисты, Вольфы эмигрировали в Швейцарию, а затем в СССР. С началом Второй Мировой войны их семью, как и многих других этнических немцев, эвакуировали в Казахстан, где Маркуса завербовала советская разведка. Обучение он прошел в школе Коминтерна, которая готовила агентуру для заброски в тыл врага. Но в тыл врага он тогда так и не попал – кто-то из советского руководства уже задумался над тем, а кто, собственно, будет руководить послевоенной Германией. И появилось решение о сохранении кадров из числа молодых немецких эмигрантов.

Это позволило Маркусу Вольфу поступить в Московский энергетический институт, однако окончить этот вуз ему не удалось. Вместе с «группой Ульбрихта», которая должна была готовить приход к власти коммунистов, он был направлен на работу в Германию. Первоначально его прикрытием как советского агента стала журналистика, и он, например, корреспондентом берлинской радиостанции «Berliner Rundfunk» освещал Нюрнбергский процесс. А сразу после признания ГДР суверенным и независимым государством Вольфа назначили помощником посла в СССР. Но буквально через два года он был неожиданно отозван в Германию и приступил к созданию внешней разведки ГДР – под прикрытием, конечно, «Института научно-экономических исследований».

В историю разведки и шпионажа, что вообще-то одно и то же, он вошел под именем «человек без лица» или «человек-никто». И дело совсем не в том, что он был сер и незаметен, а в том, что визуально он, ответственный сотрудник такого уровня, нигде не «засветился». За исключением одного раза. В 1984 году Вольф при встрече с одним из агентов в Швеции был «раскрыт» – его фото появилось во многих зарубежных изданиях. Маркус, безусловно, ошибся. Не стоило ему, руководителю секретной службы, ни при каких обстоятельствах участвовать в конспиративной встрече.

И реакция министра безопасности была однозначной – Вольф не достоин быть «штази». Вмиг забылись прежние заслуги, начались гонения и слежки. Причем Маркус попал сразу «под колпак» как немецких, так и советских служб, которые подозревали его в предательстве.

В 1985 году к власти в СССР пришел Михаил Горбачев. Вся Германия рукоплескала его лозунгам и призывам. Но руководство ГДР не поддержало этот курс, оно было категорически против, оно боялось его и ненавидело. В стране перестали реализовывать журнал «Дайджест Советской прессы», изъяли из проката советские фильмы. А Вольф с падением Берлинской стены активное участвовал в попытках сохранения социализма на территории Восточной Германии, выступал на митингах, на телевидении. Но всё тщетно.

И он уехал в Советский Союз, а когда вернулся в 1991 году, то был сразу арестован новой властью и приговорен к 6 годам заключения – без видимых оснований. Да и какие можно было предъявить ему реальные обвинения?! В шпионаже? Тогда против кого? Не против же собственной страны, защитником которой он являлся долгие годы? Абсурд! И в 1995 году приговор заменили на условный. И в этом же году Федеральный конституционный суд Германии вынес решение, в соответствии с которым офицеры разведки ГДР были освобождены от преследования по обвинениям в измене и шпионаже.

До самой смерти он писал мемуары и прозу. Издал несколько книг. Почитайте, в них есть что почитать. А скончался Маркус Вольф в 2006 году, в своей квартире в центре Берлина с видом на Шпрее. Похоронили его тихо и вовсе не таясь. И друзья и соратники стояли у его могилы, не пугаясь щёлканья фотокамер. Это был и их последний бой. Из достоверных источников известно, что Маркус на допросах не «сдал» никого. А разве так же, допустим, поступили, уходя из Германии, наши, российские спецслужбы?

Чем же запомнились «штази» специалистам и неспециалистам? А тем хотя бы, что именно внешняя разведка ГДР по согласованию с КГБ осуществляла «экспорт» революционного и национально-освободительного движения в страны Азии и Африки в 60-х годах. Именно она внедрила и вела агентов, работающих на радиостанциях «Немецкая волна» и «Свобода» в ФРГ. Именно разведка ГДР организовывала операции по уничтожению идеологических противников в рядах Народно-Трудового Союза, Союза российских казаков, организации «За веру» и многих других эмигрантских и диссидентских организаций. Кроме этого, восточногерманская разведка активно вербовала еврейских переселенцев из России, осевших в ФРГ. К 1986 году на неё работало почти 1500 (вдумайтесь!) внедрённых агентов, не считая легальную агентуру при посольствах, вспомогательных агентов и групп прикрытия.

В руководство предприятий ГДР были введены так называемые «офицеры особых обязанностей» (OIBE). Это были внештатные сотрудники МГБ, которым поручалось принимать оперативные решения на местах. На практике это обеспечивало контроль за процессами, происходящими во всей стране. Число неофициальных сотрудников – «инофициелле митарбайтер» – к 1989 году выросло до миллиона человек. Ничего подобного в Советском Союзе не существовало! Особенно если учитывать, что большинство немецких «внештатников» работали не за деньги и не из-за страха, а по политическим убеждениям, в силу преданности идеям социализма.

Обучение спецагенты «штази» проходили в СССР, но – поначалу. Скоро у них появилось несколько собственных учебных центров, и в них обучались как сами немецкие, так и латиноамериканские агенты. Замечены были там и агенты… советские. Обмен опытом шел полномасштабный и активный.

Взаимоотношения между германской и советской разведками сложились вообще уникальные! Сотрудники «штази» умело «вели» советских агентов, всячески оказывая им помощь, но не задевая их оперативные интересы. Поэтому на территории ГДР довольно успешно работала группа Главного разведывательного управления, начальником которого являлся Петр Иванович Ивашутин. Штаб Советской группировки в Германии тогда находился в Вюнсдорфе, небольшом городке под Берлином. Неподалеку действовал завод по ремонту техники, и рабочие часто смеялись между собой – кто же завтра приедет к ним вербовать: «штази», «гэрэушники», «гиббоны из КГБ» или «сиайэй»? А что: город-то маленький, откуда плановое количество агентов набирать?!

Многие агенты «штази» занимали достаточно высокое положение, в частности, агент Гюнтер Гийом работал помощником канцлера Западной Германии Вилли Брандта. Другой агент как старейшина открывал заседание вновь избранного Бундестага, и его заслуги перед отечеством отмечал действующий канцлер ФРГ. При этом ответная речь агента заранее была согласована с руководителем разведки ГДР Маркусом Вольфом. Ответственное же дело!

Практически во всем мире работали высококвалифицированные агенты из ГДР. Одним из них являлась и подруга легендарного «Че» – кубинского революционера Эрнесто Че Гевара. Агент МГБ ГДР находился и в рядах движения «сандинистов» в Никарагуа. Знаменитый террорист «Карлос», после обучения в СССР и формального прекращения отношений с КГБ, долгое время находился на поводке у «штази». Одна из советских певиц, уехавшая на Запад и получившая с помощью «штази» достойный имидж, на протяжении долгих лет являлась ценным агентом, поставляющим информацию о действиях «Народно-Трудового Союза». Один из агентов, по легенде отсидевший в тюрьме и сбежавший на Запад, был адаптирован в службе безопасности на радио «Немецкая волна».

Агенты «штази» служили даже к криминальной среде. И в 1986 году они помогли МГБ раскрыть сеть, занимавшуюся поставками чёрной икры из СССР. Поставки эти осуществлялись через военный и туристические каналы. Возглавлял бизнес человек по прозвищу «Изя», а координатором являлся житель Западного Берлина по кличке «Бондарь». Это было крупное интернациональное преступное сообщество, финансовую помощь которому оказывали… секретные службы ФРГ и США!

Но важнее было то, что агенты «штази» нередко имели доступ к совершенно, беспрецедентно секретной информации из Министерств обороны различных государств и из штаб-квартиры НАТО в Брюсселе.

Но время берет свое. 15 января 1990 года около тысячи человек собрались перед воротами МГБ на улице Норманенштрассе в Берлине. Они блокировали все входы-выходы и начали ждать. Прошло два часа. Наконец двери раскрылись. Вышли два офицера с оружием и молча отошли в сторону. И тут же во главе толпы пикетчиков появились молодые люди, которые призвали собравшихся к штурму. И – все побежали. Направление указывала какая-то молодая девушка. И откуда она, интересно, знала, куда надо было бежать?

Вальтер Зюсс, немецкий историк и сотрудник в комитете по расследованию деятельности «штази», после этого не исключает, что толпа, громившая не представлявшие никакой ценности буфет и комнаты отдыха, нужна была, чтобы прикрыть действия неких спецкоманд, которые изымали секретные документы и агентурные картотеки. Спецкоманд, не исключено, разных разведок. По свидетельству очевидцев, в рядах штурмующих находились люди, по внешнему виду резко отличающихся от граждан ГДР. Они молча проникали в здания и исчезали в их коридорах, как будто бы точно зная, куда надо идти. А вот остальных как будто направляли – какие-то девушки и молодые мужчины с короткой стрижкой. И атаковали-то штурмующие не главный корпус, а лишь тракт снабжения!

А вскоре расследование показало, что транспорт и размещение части штурмующих…было оплачено из средств самого Министерства госбезопасности. Убеждение, что акция была инсценирована самой тайной полицией и спецслужбами других стран, полностью подтвердилось в 1999 году с появлением отчета ЦРУ и передачей правительству ФРГ цифровых носителей с секретной информацией.

Недавно Германия получила 381 компакт-диск «Досье Розенхольц» с полными данными на агентов восточногерманской разведки: имена, клички и другие секретные сведения. Но в Берлине убеждены, что американцы вернули лишь небольшую часть архивов «штази». Предполагают, что основная часть агентурной информации отдела «А» МГБ ГДР находится и в России. Число документов, прошедших попытку уничтожения, но подлежащих восстановлению, насчитывает около миллиона экземпляров. На эти цели выделено 57 миллионов евро.

В газетах Европы тоже время от времени появляются имена резидентов и агентов бывшей разведки ГДР. Информационная тщательность немецких сотрудников обернулась трагедией для многих людей. Ведь система вербовки предполагала несколько регистрационных этапов, и они всегда оставляли следы. Вначале была конспиративная разработка объекта, включающая изучение его окружения, составление психологического портрета и «болевых» точек и многое другое. Затем велась сама вербовка, определение «ведущего» офицера и возможностей использования объекта. Затем присваивалось конспиративное имя (декнаме), создавалась «легенда», велась отчетность по оперативной деятельности и так далее. И вся эта информация документировалась, дублировалась, хранилась…

Кто же знал, что время «штази» не вечно?

© Babr24.com

URL: http://babr24.com/msk/?ADE=48816
bytes: 19406 / 19395

Другие новости в сюжете: "Иркутские кулуары"

Поделиться в соцсетях:


Огородников Петр

Иванов Аполлон

Шангин Василий

Зверьков Владимир

Нелюбов Валентин

Жуков Владимир

Аюшеев Виктор

Ляхов Андрей

Ставинов Андрей

Люстрицкий Дмитрий