Передача прав на историю

Любимая фишка в современной теории международных отношений - утрата "субъектности" национальными государствами, "размывание" суверенитета или - более мягко - изменение природы государственного суверенитета.

Мол даже Россия отдалась европейским судьям. А в 1992 году так вообще пошла на беспрецедентный шаг в своей истории - руководители Российской Федерации и США подписали Кэмп-Дэвидскую декларацию и Вашингтонскую хартию российско-американского партнерства и дружбы, в которых были сформулированы развернутые обязательства российской стороны проводить внутреннюю политику в соответствии с новыми политическими принципами (демократии и гарантии прав человека), сотрудничая в этих вопросах с США и другими зарубежными партнерами. Это чуть ли не единственный случай в отечественной истории, когда вопросы внутренней жизни России стали предметом дипломатических переговоров.

По идее следовало в этом году праздновать 15-летие столь важного события. Праздника вроде бы не было. Наверное - Путин запретил.

Но не об этом речь. Когда ведутся разговоры об изменении природы государственного суверенитета, то в основном говорят об ослаблении контроля государства за территорией и населением (классических признаков классической государственности), об утрате монополии на легитимное насилие (ее забирают международные инстанции), о сокращении возможностей оказывать серьезное влияние на судьбы так называемого "национального хозяйства" и т.п.

А есть ведь более интересный аспект. Утрата контроля над собственной историей. Ведь государство это не только контроль над пространством и людьми в актуальном измерении, это еще и контроль над историей пространства и людей. Заметим, что государства всегда крепко пытались держать историю под контролем, ибо "образ истории" это важнейший механизм воспроизводства наций, на которых держатся государства.

Когда, например, международные инстанции могут вменить в обязанность Турции то, что в Турции называется "вынужденным переселением армян" называть "геноцидом армянского народа", это значит, что Турция упускает контроль над собственной историей. Передает самую сильную власть в мире ("власть присваивания имен/названий") нетурецким инстанциям.

И это действительно интереснейшая перспектива - "прочтение истории", исторические факты могут стать предметом международных переговоров и соглашений. И торг будет конечно же возможен.

Мы, например, признаем "голодомор" и то, что не смогли уберечь Украину от большевиков, а Украина признает, что ее князья со своими дружинами не спасли нас от татаро-монголов.

Мы признаем Катынь, поляки - гибель пленных красноармейцев Тухачевского. Причем, торг будет идти по каждой цифре - какое количество красноармейцев признается погибшими в силу непреднамеренных причин (голод, болезни), какое просто расстрелянными, какое "зверски замученными".

За признание в неоказании помощи Варшавскому восстанию можно будет выкатить счет на разграбление Киева и еврейские погромы в 1920 году (разумеется, придется подключить Украину и Израиль - соглашения будут четырехсторонними).

Еще историю можно будет "прощать", "списывать". Причем в процентах. Как списывают некоторые внешние задолженности. Мол, монголы-дорогие, мы вам списываем 70% истории.

Появится особая специальность - "дипломат-историк" (вариант - "историки-законники"). Появится возможность приводить исторические исследования к логическому завершению. Исторические факты и "прочтения истории", закрепленные в международных договорах не подвергаются "перепрочтению". Направление закрыто до той поры, пока государства не выкатят каких-то новых претензий и предложений.

Это только сейчас выглядит как «смешки». Поверьте, так и будет.