Герои России и Советского Союза: мы будем голодать за всех
Пять Героев от имени 204 Героев России, Советского Союза и Социалистического Труда, решив, что не осталось других путей наладить отношения общества с верховной властью, нежели подвергнуть себя публичному самоистязанию, 6 июля начали голодать в здании бывшего научного института на улице Смольной в Москве. Раскинули матрацы, отстегнули протезы и сказали, что пойдут до конца…
Народ у нас, как известно, голодает постоянно и по многим поводам. Школьники и пенсионеры. В тюрьме и на воле. Выбивают зарплату и долги, препятствуют закрытию заводов и строительству АЭС, требуют свободы и отмены закона, повышения пенсий и пособий. Никакой сенсации давно в этом нет — из лечебного метод стал универсальным политико-экономическим. Но чтобы голодали Герои?.. Когда каждый из голодающих представлял бы группу Героев: один — от дважды Героев, другой — от космонавтов Звездного городка, еще — от Героев Социалистического Труда и полных кавалеров ордена Трудовой Славы, следующий — от имени тех, кто Герой и Советского Союза, и Российской Федерации…
Такого позора в стране еще не водилось. Что же стряслось?
Причина проста: и у Героев терпение лопнуло. И их перестали считать за людей. Вслед за всеми остальными жителями нашей страны. 30 июня в первом чтении Дума приняла новые антильготные правительственные поправки — блицкриг Зурабова продолжается. На сей раз это были поправки к законодательству о Героях, касающиеся урезания не денег, а ликвидацию знаков уважения государства перед подвигами, за которые эти люди получили свои высокие звания. Ну, например: Героев теперь не предполагается хоронить с почестями. Солдаты из военкомата, прощальный залп… Дороговато, решило правительство, пусть нанимают за свой счет.
Конечно, это уже безумие. Как такое могут стерпеть люди, уверенные, что государство по-прежнему заинтересовано в своих Героях? То есть в них?..
У 30 июня, однако, имелся пролог. Когда поправки лишь бродили по властным кулуарам, Герои узнали о них. И написали письма Путину, Фрадкову и Грызлову — это было в апреле. 204 Героя попросили встретиться с ними, выслушать, дабы вышеупомянутые граждане поняли: так нельзя, неприлично, поправки унизительны. Для страны прежде всего.
Но реакции не последовало — вообще никакой. Чиновникам (администрации президента, думским и правительственным) плевать было на 204 Героев. И тогда они не то чтобы обиделись, но поразились: если уж Героям не отвечают, на что надеяться негероям в стране, то есть всем остальным?
И они решили голодать. Бессрочно. Официально объявленная цель: «чтобы привлечь внимание к проблемам диалога власти и общества». Принцип акции: голодают те, кому здоровье позволяет, — от имени и по поручению остальных, кто способен лишь на недолгое воздержание от пищи, будет «ложиться» на два-три дня.
Герой России Евгений Александрович Кирюшин — один из «постоянных», из костяка, он на бессрочную идет. Ему 55 лет, и он не на пенсии, а на инвалидности. Работал испытателем космоса — официально: «испытателем аэрокосмических систем жизнеобеспечения и спасения».
— Все, что летало в космос, мы на себе примеряли, — объясняет Евгений Александрович. — С Сергеем Нефедовым. Участвовали в разработках оптимальных вариантов спуска людей с орбиты.
— Испытывали на себе перегрузки?
— Да, проходили максимальные перегрузки. Смысл: может ли человек управлять при 10–12-кратной перегрузке? Сваливали нас за Уралом. И надо было выживать.
— Инвалидность — результат?
— Да, я так считаю. Не один десяток раз выживал. Ради того, чтобы космонавты были живы потом, я должен был раздвигать так называемые рамки полетного режима. Мое дело — создавать коридор запаса для космонавта.
— То есть ваша работа — быть подопытным кроликом ради полета других?
— Так мы не думали. А истинно подопытные — это все наше население. За исключением, наверное, полутора миллионов. Над этим подопытным населением власти позволяют все. И подопытные позволяют над собой все.
— Почему вы лично решили голодать?
— Нельзя же больше в таком свинстве жить. Под свинством я имею в виду отношение властей к народу. Правительство живет по своим законам, народ — по своим. Абсолютная стена между ними. Я на своей шкуре испытал эту стену.
— Каков будет финал голодовки?
— Я лично пойду до конца. Знаю, никто не придет к нам, сколько бы мы ни голодали. Не откликнется никто. Финал же будет, когда мы сложим с себя звезды. Не нужно вам — не нужно и нам.
Евгений Александрович на взводе. А как могло быть иначе? Пенсия у него тривиальная — около трех тысяч. Потому что нет такой профессии в официальном реестре — «испытатель космоса», в реестре не значились секретные профессии. Вот и выживай.
— Но я не за это голодаю. Не за себя, — объясняет Евгений Александрович. — За страну. Мы так привыкли жить.
Сначала 204 Героя делегировали на голодовку шестерых. Но один приехать не смог. «Характерно» не смог.
— У нас выпал Кириченко Григорий, из Самары, — рассказывает Валерий Бурков, человек на протезах, Герой сам и президент фонда «Герои Отечества». — У тещи Григория случился инсульт, она живет в Узбекистане. Билет со скидкой только Герою, а жене, чья мама с инсультом, Герой Кириченко купить билет уже не в состоянии. Денег нет.
И это тоже ответ, почему они решили голодать? Потому что стыдно. Потому что у Героя страны не может не быть денег на билет жене.
Но нельзя сказать, что власти спали, пока Герои готовились к своей акции. У голодовки Героев уже определилась своя интрига. Начиная с минувшего воскресенья, представители администрации президента выходили на связь с протестантами с вопросом: а нельзя ли не голодать? Или отложить? Или еще как-то? Чтобы избежать неловкостей…
Герои сказали: нет. И Олег Морозов, влиятельнейший единоросс, тут же публично назвал геройский протест «шантажом». Герои еще больше ощетинились, также публично заявив: если это шантаж, то как назвать шаги государства по отношению к народу?
И власть опять прикинулась пушистой — в момент начала голодовки пришла «благая весть»: а если повысим пенсии до 25 тысяч, то прекратите?
И они снова решили: нет. Не продаются. Потому они и Герои, что умеют идти выбранным путем. Валерий Бурков отстегнул протезы, из высокого стал таким маленьким-маленьким, что до слез, и на культях двинулся к матрацу. Его провожал космонавт и дважды Герой Борис Волынов — ему 70 лет, и другие Герои запретили ему голодать.
— А если бы сейчас Юрий Гагарин был жив? Он был бы с вами?
— Думаю, да, — Борис Волынов — сосед Гагариных по Звездному городку: — Он был таким человеком.
— Летая в космос, вы могли тогда предположить, что будете протестовать против государства?
Борис Валентинович пытается не отвечать. Ему очень трудно произнести это: «Не мог». Объясняют за него другие.
— Мы и в жутком сне не могли этого представить, — говорит Герой России Сергей Нефедов, напарник Евгения Кирюшина по космическому выживанию, работавший ради того, чтобы Волынов и другие наши космонавты благополучно возвращались с орбиты: — В больной стране не может быть здоровых людей. Поэтому надо лечить страну.
