Верить по-старому – жить по-новому
В конце 19 века староверы разошлись по окраинам тогдашней Российской империи, спасаясь от религиозных репрессий. Они бежали от цивилизации, а та их стремительно догоняла. Сегодня в этой гонке староверы, кажется, проигрывают. Сопротивляться натиску нового мира, вооруженного сотовой связью и интернетом, все сложнее.
Тропинка, петляющая по поселку староверов Эржей в тувинской тайге, занесена снегом. Он хрустит под ногами, иначе и не может быть при минус 45. Отсюда до Кызыла – столицы Тувы – более двухсот километров, которые можно преодолеть на внедорожнике и только зимой, когда замерзают реки. Эржей расположен на берегу одного из истоков Енисея, реки Каа-Хем, и отгорожен от остального мира полумесяцем горного хребта, поэтому летом сюда реально добраться только на лодке. Это географический центр Азии – до Москвы, как и до Пекина четыре тысяч километров.
У истоков Енисея
"У нас все просто. Муж забирает жену к себе в дом, она ему рожает детей, воспитывает. А то, что мы не разрешаем им с вами встретиться – так-то мы их от дурных сил огораживаем", – жительница деревни Ира тянет звук "о" как хрестоматийный старовер.
Женщине около 30, она одета без особенного национального колорита. Свободная длинная юбка, рубаха, тулуп и валенки. Вместо косметики – морозный румянец на щеках. Десять лет назад муж Владимир забрал ее из русского села Сарыг-Сеп неподалеку от Эржея: староверы обычно берут в жены девушек из соседних деревень, чтобы избежать кровосмешения.
За десять лет у Иры и Владимира появилось трое детей, а у нее лично – привычки староверов. Они живут в крепком деревянном рубленом доме, и занимаются традиционными промыслами. Летом – выращивают овощи, охотятся и ловят рыбу, зимой – охотятся и рукодельничают. Товары продают в окрестных деревнях, где покупают топливо для лодок и машин, металлические изделия (топоры, подковы для лошадей), все чаще – современную бытовую технику, кроме телевизора и радио – на это по-прежнему действует строгий запрет. Правда, "дурные силы" сюда все-таки проникают: однажды я обнаружил в каморке, где я жил, коробку из-под игровой приставки Sega…
Сами по себе
Таких, как семья Иры, в республике Тыва около трех тысяч человек, разбросанных по тайге. Русские староверы уезжали с насиженных мест, спасаясь от религиозных преследований. В 1666 году патриарх Никон реализовал в стране церковную реформу, согласно которой, населению, среди прочего, предписывалось креститься тремя пальцами. Несогласных, а таких было много, жгли на кострах, сажали на кол и ссылали вглубь страны.
Позже, уже в конце 19 века, староверы решили уйти из России окончательно. Им просто хотелось жить по своим правилам, а это можно было сделать только вдалеке ото всех. Кто-то отправился в Туву, кто-то – в Среднюю Азию и Закавказье. И то и другое – окраины Российской империи, официально ей не принадлежавшие. И хотя кажется, что эти территории слишком разные, у азиатских и сибирских староверов много общего.
Как забыть свои традиции
В трех тысячах километров от Эржея прохладно, хотя, конечно, не так, как в Сибири. Узбекистан – еще одно место переселения староверов. В отличие от сибирских, староверы Узбекистана приехали в густозаселенную страну. "Несложно представить себе, как местные отнеслись к появлению на их территории бородатых мужиков, которые строили странные для этих мест лодки, а женщины ходили в цветастых сарафанах, пекли в большой белой печке пироги", – говорит профессор Института истории академии наук Узбекистана Доно Зуяева.
Сейчас эта местность называется Каракалпакстан. Большинство староверов – их около трехсот – живут в столице региона Нукусе. С каждым годом их становится все меньше. "У меня по материнской линии предки были южно-уральскими кыштымскими староверами, насколько я знаю из преданий нашей семьи", – говорит редактор ташкентского сайта "ЦентрАзия" Виталий Хлюпин. Он типичный представитель потомков среднеазиатских староверов. Его прапрадед перебрался в Нукус с Урала, а дед – уже из Нукуса в Ташкент, столицу Узбекистана. Своих староверских корней Виталий уже не помнит. Да и сам он на старовера не похож – обычный житель современного Ташкента, безбородый русский с видимыми примесями узбекских кровей.
В отличие от семьи Иры из Тувы, семья Виталия вынуждена была жить бок о бок с местным населением. В отличие от Сибири, в Средней Азии нет бескрайней тайги, и от внешнего мира спрятаться сложно. Поэтому дети современных староверов из Нукуса пользуются мобильными телефонами и учатся в столичных вузах. "Они хотят быть такими же, как их сверстники из обычных семей", – объясняет Виталий.
По всей видимости, староверов Сибири ждет "узбекский сценарий". Бежать от интернета гораздо сложнее, чем от царской почты. Сегодня староверы принимают туристов и журналистов, а уже завтра заведут страничку в социальных сетях и окончательно вольются в современный мир. В результате этот мир потеряет часть своей уникальности, а сами староверы воплотят мечту о "хорошей жизни", хоть и поступившись для этого собственными уставами.
Сергей Чернышев
Источник:
