День Победы – фарс со слезами на глазах?
Говорят, величие страны определяется величием ее врагов. Может быть. Но величие современной России, похоже, определяется размахом ее праздников.
При первом взгляде на подготовку к празднованию Победы приходят две мысли – или то, что победа была только вчера, или то, что мы находимся в совершенно благополучном государстве, в котором властям больше совершенно нечем заняться, кроме проведения грандиозных праздников. По своему размаху и количеству затраченных средств 60-летие Победы давно превзошло тот праздник, который был в 1945 году.
Впрочем, здравомыслящие люди в отношении 9 мая 2005 года давно уже употребляют другое, более подходящее слово – фарс. И вряд ли другим словом можно правильно описать происходящее.
Интересно, кстати, приедут ли в Москву ветераны вермахта – проигравшие, которые живут припеваючи в процветающей стране. И смогут ли они посмотреть на ветеранов-победителей – рано состарившихся, неблагополучных житейски, замученных бесконечными экономическими экспериментами властей, а иногда даже – нищих, голодных, пьющих, умирающих без отсутствия медицинской помощи...
Необходимо заметить, что и после 1945 года широкое государственное празднование Победы было далеко не всегда. При жизни Сталина обходились митингами на производстве, при Хрущеве праздник отмечался в кругу семьи. Это объяснимо – праздник Победы для советского народа был скорее поминальным днем, днем трагедии, чем днем торжества.
Советские власти, при всем их цинизме и наплевательском отношении к мнению народа, очень боялись одного вопроса – вопроса о причинах наших потерь в той войне. Именно поэтому Сталин, а за ним и Хрущев с Брежневым, старательно преуменьшали цифры потерь – в первую очередь человеческих. Цифры потерь со стороны Германии были широко известны, само собой, из объективных западных источников, которым не было никаких причин фальсифицировать эти данные. И даже официально объявленная (взятая Сталиным "с потолка") цифра в 20 миллионов погибших, более чем вдвое превосходившая потери немецкой стороны, просто поражала воображение.
Сталинская пропаганда в вопросах о потерях оказалась между двух огней. С одной стороны, ей нужно было постоянно доказывать трагизм войны, ее внезапность, объективно тяжелое положение, в которое попала армия. С другой, чрезмерное несоответствие потерь с нашей и немецкой стороны всегда вызывало вопросы о способностях полководцев – и в первую очередь Сталина, в их умении воевать и руководить войсками, заниматься планированием. Порядочную "свинью" в этом вопросе подложил пропагандистам Жуков, не скрывавший своего наплевательского отношения к человеческим ресурсам и вошедший в историю своей фразой "бабы новых нарожают".
В перестроечное время реальные цифры потерь были наконец опубликованы. Так как вся официальная статистика попросту отсутствовала как класс, то потери приходилось оценивать различными демографическими и статистическими методиками. В зависимости от этих методик цифра потерь только убитыми с нашей стороны составила от 28 до 45 миллионов человек. В пределе это означает, что на каждого убитого немецкого солдата приходилось пять наших.
Когда были опубликованы цифры по военной технике с каждой стороны – ситуация оказалась еще хуже. К моменту начала войны у Германии было 1820 боевых самолетов. У нас – 15 990. То есть почти в десять раз больше. Это превосходство было уравнено в первые же месяцы войны. То есть практически все советские самолеты были уничтожены еще до битвы под Москвой.
За время войны мы потеряли на полях сражений 96 500 танков. Немцы – 48 000 – вдвое меньше. И это при том, что мы воевали на лучшем танке II мировой войны – Т-34.
Сейчас, к счастью, не сталинские времена, и коммунистическая пропаганда над нами уже не сильна. Самое время в день Победы задать вопрос – а почему у нас были такие потери? И кто виноват в них? Давайте честно назовем эти имена...
Впрочем, честности не будет. На смену пропаганде коммунистов пришел пиар властей. Властям не нужны разоблачения их предшественников – потому что современная российская власть базируется на их достижениях и их мифологии. Поэтому от горечи победы 1945 года вернемся к празднику 2005 года.
Праздник пришелся как нельзя ко времени. Совершенно провальный вираж внутренней политики правительства в начале 2005 года, обернувшийся "монетизационными" выступлениями, было необходимо хоть как-то приглушить, отвлечь внимание народа на что-то другое, более позитивное. Впрочем, ситуация не ограничивается одной лишь монетизацией. В России на самом деле неладно многое. Проблема ЖКХ не просто не ждет отлагательства – она стучится в каждые двери и требует немедленных и результативных решений. России крепко повезло с прошедшей зимой – не было сильных холодов, и полностью изношенные трубы не стали лопаться одна за другой. Следующую зиму может не повезти – и города начнут элементарно замерзать. Чечня, в которой якобы "закончилась война", во главе с Пиночетом-Кадыровым – да нет, каким там Пиночетом, тот хоть как-то занимался не только своим кланом, но и страной! - представляет собой тлеющую бомбу замедленного действия – и хорошо, если не атомную. Население страны вымирает с интенсивностью миллион человек в год, и из этого числа минимум 15% - от передозировки наркотиков. Заболеваемость СПИДом перешла все возможные рамки, молодежь поголовно пьет, образование катится в пропасть средневекового мракобесия, криминал не просто вокруг нас – он повсюду, от верхов государства и до городских подвалов.
Этот список можно было бы растянуть на несколько страниц – однако особого смысла в этом нет. Ситуация не просто тяжелая – она катастрофическая, и это ясно всем. Однако не все так просто.
Существует президент и существует околопрезидентское окружение. И если первый еще как-то, вероятно, заинтересован в реформах, то всех остальных – по всей вертикали власти, вплоть до последнего домоуправа – устраивает абсолютно все. Россияне не привыкли мыслить стратегически, глобальными категориями. Для среднего российского чиновника предел мечтаний – занять пост-"кормушку" и жить припеваючи по принципу "после нас – хоть потоп". И всей этой камарилье чиновников не нужны реформы – им нужна существующая иллюзия стабильности, когда ни у кого нет никакой ответственности, зато есть возможность растаскивать бюджетные деньги по карманам.
Да, мы должны сказать прямо – президент у нас далеко не гений реформаторства, и, наверное, слава Богу. Однако дирижирует в этом оркестре вовсе не он, а вся остальная шайка чиновников. А они уже давно поняли все правила игры, и, скандируя очередные лозунги типа "удвоения ВВП", на самом деле попросту занимаются своим, большей или меньшей степени прибыльности, делом.
Вернемся, впрочем, к повестке дня – то есть празднованию дня Победы.
Это действительно не праздник – это день поминовения. И место на нем скорее не фанфарам, а склоненным знаменам и траурным лентам. Но траурные ленты никому уже не нужны, кроме ветеранов, в которых чиновничья рать сроду не видела людей с их чувствами, а всегда только – объект отчетности и повод для очередной PR-компании. Сегодня – особенно. Нужно шоу – шоу, продвигающее рейтинг властей, шоу, на котором зарабатываются деньги, шоу, позволяющее в очередной раз ухнуть в неизвестность приличный кусок бюджета и одновременно решить задачу отвлечения населения от бунтов. Шоу с приглашенными иностранными зрителями, которые в очередной раз восхитятся русскому размаху и – чем черт не шутит – может быть, немного изменят порядком подпорченное отношение к России после скандалов в Украине, Грузии, Абхазии и других странах.
Только вот беда: 11 мая праздник кончится, вернутся в города отправленные на дачи пенсионеры, протрезвится классно "оторвавшаяся" за четыре выходных дня молодежь, возьмут заслуженные отгулы стражи порядка, и для всех начнутся будни. Те самые, которые наступили после длинных рождественских каникул, принеся с собой не только нерешенные задачи, но и весь букет проблем, возникших от их откладывания "на потом". Будни, которые с такими темпами "праздничных проволочек" к осени могут стать боевыми. Если страна выйдет на баррикады – властям вряд ли помогут какие-либо шоу...
