Цена бензина: плата по чужим долгам

Парадоксальная у нас в стране сложилась ситуация: чем больше мы экспортируем нефть, тем хуже живем.

Официальная статистика, сообщающая о неуклонном росте доходов населения, в данном контексте в расчет не берется. Достаточно посмотреть на обычный день жизни среднероссийского пенсионера и обычной российской семьи. Понятно, когда в Америке литр бензина стоит больше доллара. Америка, как известно, является импортером нефти, и доходы населения там, соответственно, не такие, как в развивающихся странах третьего мира, к коим, разумеется, относится и Россия - потому как, кроме сырья, ничего продавать не может. Но почему вдруг в стране, которая ломится от нефтедолларов, бензин, а значит, вслед за ним и вся остальная жизнь, становится все дороже?

С 1 апреля в Иркутске розничные цены на бензин выросли на 10%, единовременно более чем на 2 рубля за литр. Повышение стало шоком не только для предпринимателей, осуществляющих крупные грузоперевозки, но и для простых автолюбителей. Какого-либо внятного объяснения о причине столь резкого повышения от участников рынка, а именно от оптовых продавцов бензина, услышать так и не удалось. Точно так же, как не были преданы гласности оптовые цены на бензин. По информации делового еженедельника "Конкурент" от 05.04.08, в Иркутскнефтепродукте, являющемся фактически монопольным оптовым продавцом бензина на территории региона, оптовые цены на бензин озвучить журналистам отказались, заявив, что это внутренняя информация. Если кто помнит, всего три года назад сообщать общественности о повышении оптовых цен на бензин было святой обязанностью руководства "Торгового дома ЮКОС-М".

Иркутскую ситуацию нельзя назвать беспрецедентной. В декабре прошлого года на Камчатке разразился жесточайший бензиновый кризис. За сутки там бензин подорожал на два с лишним рубля, в результате чего возник ажиотаж и дефицит. Бензиновую панику удалось ликвидировать только после вмешательства прокуратуры и местных властей. По версии чиновников ФАС, ситуация была спровоцирована сокращением поставок на региональный рынок основными производителями, в первую очередь "Роснефтью". А в феврале антимонопольное ведомство оштрафовало ставропольских "дочек" "Роснефти" и "ЛУКОЙЛа" на 76 млн руб. за согласованное увеличение цен на бензин. Кроме штрафа, антимонопольные чиновники, проанализировав структуру сбыта нефтепродуктов в этом регионе, направили нефтяникам требования: обеспечить создание равных условий для собственных и независимых АЗС. Только непонятно, зачем монополист станет заниматься созданием рыночных условий, поддерживать конкурентов и способствовать снижению цены...

Всего месяц назад "Иркутскнефтепродукт" получил статус оптового продавца продукции, которую производит ОАО "Ангарская нефтехимическая компания", ставшая собственностью нефтяной компании "Роснефть" в мае прошлого года. И сегодня есть уже все основания говорить, что с момента этой продажи у ангарских нефтехимиков и, разумеется, у экономики Иркутской области начались серьезные проблемы.

Первый звонок прозвенел в сентябре прошлого года, когда "дочка" одолжила своей "маме" 4,96 млрд руб. сроком на 1 год под нулевую кредитную ставку. Необходимость займа руководство "Роснефти" объяснило тем, что заимствованные средства пойдут на развитие бизнеса компании и это обычная практика - привлекать займы у "дочек". Действительно, кроме АНХК, заботливая "мамаша" взяла в долг у другой своей "дочки" в 2005 году 3,33 млрд руб. и подвигла ее продать в свою пользу 3 векселя на 120 млн долларов.

Может быть, заимствованные у АНХК средства в размере 200 млн долларов и были направлены на развитие бизнеса компании, только ни для кого не секрет, что "Роснефть" вот уже три года как занимается активным рефинансированием своих долгов, то есть гасит старые долги за счет привлечения новых кредитов. Так, под давлением очередного займа, срок погашения которого истек в середине марта, в феврале компания взяла новый кредит у синдиката международных банков на сумму в 3 млрд долларов под экспортные контракты на поставку нефти. Брать деньги взаймы не только под проценты, но и под экспортные нефтяные обязательства тоже стало обычной практикой в нефтяной компании. Полученные деньги, как это и заведено у "Роснефти", были направлены на погашение заимствований, привлеченных компанией в прошлом году, а те заимствования были заимствованы для приобретения новых активов. Таким образом, прибыль АНХК, которая за прошлый год составила всего 3,5 млрд руб., пошла не на инвестиции в производство, не на увеличение глубины переработки нефти и повышение качества бензинов, а на реализацию экспансионистских проектов нового собственника, целесообразность которых вызывает вопросы у многих здравомыслящих людей.

Практика рефинансирования долгов не может продолжаться вечно. Когда-нибудь и ей придет конец, потому что, по сути, она ничем не отличается от обычной финансовой пирамиды, с той лишь разницей, что пирамида эта более устойчива, потому как в ее основе лежат нефтяные контракты, то есть высокая цена на нефть. В случае, если цена на нефть начнет снижаться, а доллар расти (а все заимствования осуществляются в валюте), пирамида рухнет, а нефтяную компанию ждет дефолт. А если вспомнить, что обязательства по долгам "Роснефти" несет государство, то дефолт случится и с каждым из нас. О чем-то подобном предупреждал министр финансов Алексей Кудрин еще в мае прошлого года, приводя в пример печальный опыт стран Азии, в которых вмешательство государства в экономику и раздача кредитов по личным связям в правительстве привели к кризису 1997 года.

Создается впечатление, что, увлекшись поглощением активов, руководство компании забыло о смысле всех этих приобретений. Для чего, собственно говоря, будущий собственник приобретает те или иные активы? В первую очередь для того, чтобы добиться их эффективного использования. В период приватизационной кампании даже существовал специальный термин - "эффективный собственник", возникновение которого и было смыслом всего процесса, а именно - передачи собственности в частные и более грамотные руки. Затем частные руки были признаны неэффективными, в результате чего теперь мы имеем государственный монополизм, который почему-то очень далек от государственных интересов.

Но вернемся к АНХК, для которой "Роснефть", похоже, так и не сможет стать эффективным собственником. Вторым звонком, напомнившим местной власти о том, что с нефтехимическим гигантом что-то не так, стали данные по налоговым платежам за прошлый год. Выяснилось, что нефтехимический комбинат снизил налоговые отчисления за прошлый год на сумму более чем 600 млн руб. Учитывая то обстоятельство, что объемы переработки нефти на комбинате не снижаются, а объемы отгружаемой продукции растут в соответствии с объемами переработки, можно сделать вывод, что налоговые отчисления снизились в результате снижения платы за процессинг (переработка нефти). Выручка компании за прошлый год составила 13,3 млрд руб. и, как утверждают депутаты, снизилась по сравнению с предыдущим годом. Это подтверждается данными, которые приводит газета "Коммерсант- Хабаровск" от 05.04.08. Согласно газете, в мае прошлого года цена процессинга снизилась с 1479 руб. до 1257 руб. за переработанную тонну нефти.

Следовательно, причину снижения налогов нужно искать в цене процессинга, а не в объемах отгружаемой продукции, как это пытаются сделать депутаты. Любопытно, кстати, было бы узнать, как цена процессинга (а именно, сколько "Роснефть" платит АНХК за переработку нефти), соотносится с себестоимостью переработки одной тонны. У Ангарской нефтехимической компании были времена, когда комбинат вынужден был производить нефтепродукты по цене ниже себестоимости, то есть себе в убыток. Но тогда это было продиктовано нефтяным дефицитом, и цену за процессинг диктовали давальцы, которые завозили свою нефть на комбинат и о будущем производства не беспокоились. Другой нефти у ангарских нефтехимиков на тот момент не было.

В связи с тем, что практически все данные по деятельности Ангарской нефтехимической компании остаются недоступными для широкой общественности, депутаты Законодательного собрания оперируют крайне противоречивой информацией, общая тональность которой, однако, сводится к тому, что ничего хорошего от прихода компании "Роснефть" в Ангарск ожидать не приходится. Между тем, всего только одна цифра, а именно соотношение себестоимости к цене процессинга, смогла бы пролить свет на подлинное положение дел в Ангарске. Точно так же как оптовые цены на бензин дали бы ответ на вопрос об истинном проценте рентабельности сбытового предприятия "Иркутскнефтепродукт" от продажи бензина в розницу. И если конкурентная среда в силу сложившихся исторических и географических обстоятельств отсутствует, то, может быть, антимонопольным органам стоит всерьез заняться изучением вопроса рентабельности монополиста. Это первое. И второе, оптовая цена ведь тоже из чего-то должна складываться и, наверное, не из долговых обязательств "мамы", которая любит залезать в долги.

И последнее, самое абсурдное. Местные власти почему-то больше, чем собственники комбината, озабочены объемом инвестиций и социальной составляющей в бюджете компании. Администрация Иркутской области не удовлетворена мизерной суммой в размере 1,5 млрд руб., заложенной в бизнес-план на текущий год. Руководство области даже готово пойти на то, чтобы освободить предприятия "Роснефти", находящиеся на территории региона от части налога на прибыль и налога на имущество. Как будто речь идет не о нефтяном гиганте, получающем сверхприбыли от запредельно высоких цен на нефть, а о какой-то мелкой лавчонке, нуждающейся в поддержке местного бюджета в рамках заботы о малом и среднем бизнесе. Более того, в обмен на сохранение налогооблагаемой базы, местные власти даже готовы поддержать развитие региональной сети АЗК "Роснефть". Поддержка предлагается в виде снятия административных барьеров и упрощения процедуры выделения земельных участков. Значит, для всех остальных владельцев заправок и налоги в полном объеме плати, и административные препоны преодолевай, ну а если земельный участок тебе нужен, то вообще подыхай?

Интересно, а как это все выглядит с точки зрения Закона о конкуренции? И что же будет у нас в регионе с ценами на бензин, если местные власти станут таким странным способом добиваться лояльности монополиста и не менее странным способом конкурентную среду культивировать? И разве не выглядит абсурдной ситуация, когда при таких высоких ценах на бензин мы еще и заправки будем строить на средства налогоплательщиков? До большего цинизма и додуматься невозможно.

Руководство Роснефти озвучило цифру, что инвестиции в производственную сферу АНХК в прошлом году составили 3,602 млрд руб. Это на 1,417 млрд руб. больше, чем в предыдущем году. Данное сравнение вряд ли выглядит корректным, поскольку в 2006 году погибающему ЮКОСу вряд ли было до инвестиций, и сама АНХК находилась в судебном процессе по делу о недоначисленных налогах (который, кстати, выиграла). А к факту, что за последние годы значительно обновлены основные фонды и показатели износа оборудования снизились с 80% до 52%, Роснефть, скорей всего, никакого отношения не имеет.

Вот вам и эффективный собственник. К слову сказать, снижение налоговых поступлений в бюджет и рост цен на бензин - это еще не самое страшное. Есть вещи и похуже. Например, когда опасные химические вещества хранятся не в надлежащем виде и находятся в 50 метрах от ручья и в 300 метрах от реки, в которую этот ручей впадает. И когда из негерметичных бочек токсичный этиленгликоль вытекает прямо в почву, как это было в Ямало-Ненецком автономном округе, где суд вынес постановление о приостановлении сроком на 60 суток деятельности одной из "дочек" ЗАО "Ванкорнефть" по использованию этого токсичного вещества.

Вот депутату думы Нефтеюганска Анфиру Фазлутдинову эффективная деятельность нефтяной компании уже надоела, и он решил пойти ва-банк. Рассказывают, что депутат направил 13 февраля в адрес тогда еще первого вице-премьера Правительства РФ Дмитрия Медведева и главы следственного комитета Александра Бастрыкина обращение, в котором привел факты, которые, по его мнению, свидетельствуют о многочисленных нарушениях природоохранного, налогового и трудового законодательства руководством нефтяной компании на территории Югры.

Так что учитесь, господа иркутские политики.