Как сохранить чистоту русского языка в книгах?
В советские времена сохранялось достаточно бережное отношение к русскому языку. Чистота речи и на телевидении, и в печатных СМИ была взята под государственный контроль. Особое внимание корректорской работе уделялось в книгоиздательском деле.
Кто сейчас помнит вклеенный листок со списком опечаток на последней странице, найденных в тексте, после того, как книга вышла в печать? Грамотность можно было повышать, просто внимательно читая книги.
Но началась перестройка, большинство государственных издательств закрылось, и книжные полки наводнили издания в кричащих обложках, с чудовищным количеством орфографических и стилистических ошибок. Профессиональных дикторов на телевидении заменили журналисты. Сегодня ситуация начала меняться. Появились серьезные издательства, но чтиво низкого качества с прилавков не исчезло. В сети Интернет в чатах возник особый язык, где слова нарочито пишутся так, как слышатся, пестрят всевозможными ляпами и другие ресурсы. А орфоэпические и стилистические ошибки проскальзывают в речи даже ведущих центральных каналов.
Стоит ли удивляться, что уровень грамотности детей и подростков сегодня как никогда низок? Например, в Иркутске, по результатам Единого государственного экзамена, в этом году средняя оценка по русскому языку не превышает 3,2 балла. Этот показатель вряд ли отличается от общероссийского. Недаром 2007 год в нашей стране был объявлен президентом Годом русского языка.
В Иркутске люди неравнодушные давно пытаются найти пути выхода из сложившейся ситуации. Уже в третий раз проходит в городе научно-практическая конференция «Наш дар бесценный – речь», инициатором которой является редакция журнала «Сибирь». В этом году разговор о состоянии русского языка был вынесен на областной уровень. Конференция состоялась в Иркутской областной государственной универсальной научной библиотеке им. И.И. Молчанова-Сибирского. Среди других докладов внимание газеты «Областная» привлекло выступление редактора отдела критики и культуры журнала «Сибирь», члена Союза журналистов России Валентины Семеновой о «Самодеятельном книгоиздании и языке». Более 20 лет она проработала в некогда известном в стране Восточно-Сибирском книжном издательстве, пройдя в нем путь от корректора до редактора. Валентина Семенова считает, что назрела ситуация, когда книгоиздание частично должно быть взято под контроль государства.
– Валентина Андреевна, так ли велик масштаб бедствия?
– Когда-то нашу страну называли самой читающей в мире. Сегодня ее можно назвать самой пишущей. Такое впечатление, что писателей стало больше, чем читателей. Многие издания являются, по сути, рукописями, отпечатанными на хорошей бумаге типографским способом. Жаль настоящей литературы, которая оказалась в равных условиях с графоманией, а если подумать, то как раз в неравных, поскольку талантливому писателю непросто заявить о себе по финансовым причинам.
– Вы рассказывали, что даже за деньги автор может в результате получить свою книгу с ошибками. Наверное, сегодня изменился сам подход к издательскому делу?
– Да, к сожалению, утрата государственных издательств привела к тому, что и книги профессиональных писателей выходят в сыром виде. Если раньше, например, в Восточно-Сибирском книжном издательстве над рукописью трудился коллектив из семи-восьми человек, то по нынешним временам это роскошь. Сейчас над книгой работают два-три человека. Раньше ее читали один-два рецензента, литературный редактор, младший редактор, корректор, художественный и технический редакторы, заведующий редакцией, главный редактор. Иные рукописи и директор. Проводились обсуждения текста, а затем и вышедших книг. Ныне ситуация такова: есть деньги – есть книга. Но, как правило, денег не хватает. И экономят на редакторе и даже корректоре. Однако даже если последний и нанят, то он бывает не в силах вытянуть всю правку. Экономят даже на авторском гонораре! А ведь культура книгоиздания и культура речи связаны напрямую. Чем меньше мы готовим письменное слово к публикации, тем больше вредим своему языку. Профессия редактора чем-то схожа с профессией врача: необходимо помочь автору, не навредив. В правке рукописи последнее слово, конечно, должно оставаться за автором, но редактор мог и был обязан посоветовать что-то сократить, что-то, напротив, прописать, обратить внимание на погрешности в стиле, помочь выстроить книгу более четко.
– Но ведь сегодня не все авторы признают, что нуждаются в редактуре, хотя в свое время правили и маститых авторов?
– Сегодня вопрос о том, нужно ли вообще редактировать тексты, вызывает разные мнения. Например, прошедшую эпоху у нас критикуют за то, что она была слишком идеологизирована. Так было, но нужно отметить, что цензурные ограничения к 1980-м годам были ослаблены. Писатели, которые пережили когда-то редакторские придирки, теперь с радостью отказываются от услуг редактора, предпочитая издавать книги в собственной, авторской, редакции. И что же? Не говорю о незамеченных стилевых и композиционных упущениях – читатель вынужден преодолевать чрезмерное многословие, повторы, чего можно было избежать путем простых сокращений. В старые времена была такая карикатура: редактор крутит ручку отжима стиральной машины, избавляя рукопись от «воды» и огромного количества орфографических и пунктуационных ошибок.
– Неужели такие случаи не редкость?
– Например, не так давно один наш писатель, получив из типографии свою новую книгу, испытал шок. Знакомые говорили ему о множестве ошибок в тексте. Он попросил меня посмотреть. Оказалось, ошибки буквально на каждой странице. Хотя был корректор. Или у одного автора детской книжки, где требования к грамотности особенно важны – у детей очень острая зрительная память – «компания друзей» прошла через всю книгу как «кампания». Или вот красноречивая деталь. В одной организации, когда редактор поделилась заботой о предстоящем чтении 400 страниц текста, молодая сотрудница поинтересовалась: а что, вы читаете каждое слово?
– Как же можно изменить ситуацию?
– Самое простое, на мой взгляд, возложить обязанности контроля за грамотностью текста на типографии, выпускающие книги. Ввести такие меры, как штраф, отзыв лицензии на издательскую деятельность. Тогда они вынуждены будут или восстановить должность корректора, или потребовать от автора, предлагающего рукопись к печати, чтобы он сам решил свои проблемы – нанял редактора и корректора и представил рукопись в готовом виде. Но лучше всего, и важнее всего, было бы восстановить государственные издательства. Может быть, для столиц это не так важно, там большая конкуренция, и быстро выясняется, кто на каком уровне работает. Но для провинции государственное издательство, и непременно федерального подчинения, крайне необходимо. Оно должно быть образцом для частных издательств в отборе и подготовке рукописей к печати. Делать ставку на таланты, помогать молодым, отражать не только творчество литераторов, но и труд краеведов, историков, ученых своего региона.
– Но ведь частное издательство издательству – рознь?
– Я совсем не против частных издательств. Когда они появились, представлялось, что они возьмут на себя роль первых публикаторов того, что мы в издательстве называли самотеком. То есть желающие увидеть свое произведение в виде книги могут это сделать за собственный счет, а государственные печатали бы наиболее достойные произведения. Но частные издательства могли бы и конкурировать с государственным – у нас, к примеру, таков издатель Сапронов, зарекомендовавший себя успешной работой с крупными писателями и стрем-лением к изысканному оформлению книги.
– Наверное, государство сейчас просто не видит необходимости восстановления государственных издательств?
– Вероятно, но такая мысль уже витает в воздухе. Например, председатель региональной организации Союза писателей России Астраханской области Юрий Щербаков в недавней своей статье в «Литературной газете» «Надеяться только на себя», опираясь на слова президента о том, что культура должна заполнить идеологический вакуум, отмечает: литература является важнейшей частью культуры и способна влиять на общество через печатное писательское слово. Значит, издательства просто необходимы. Прав автор статьи и в том, что такие издательства избавили бы администрации разных уровней от домогательств графоманов, правдами и неправдами пробивающих свои опусы в печать. Я еще раз хочу подчеркнуть, что государственное издательство должно работать только на бюджетной основе. Ему должна быть категорически запрещена всякая коммерческая деятельность, издания за счет средств авторов и спонсоров. Это лазейка для графоманов и соблазн для руководителей. Элементы хозрасчета – да, но средства только бюджетные, их легче контролировать.
– Валентина Андреевна, а конференция «Наш дар бесценный – речь», дает какие-то результаты в этой сфере?
– В культуре невозможно рассчитывать на быстрый результат. Но проведение таких конференций в обществе даст определенный резонанс. Самое главное, мы бы хотели, чтобы нас услышали власти и помогли исправить положение. Например, в этом году конференция привлекла внимание Законодательного собрания области, присутствовала председатель комитета по социально-культурному законодательству Татьяна Воронова. А проблему юридического пресечения употребления нецензурной лексики освещал председатель городской думы Андрей Лабыгин. Мы этому рады, ведь язык – дело государственной важности!
