Флагелляция от Гимельштейна, или почем нынче цензура
Одно время известный российский дизайнер Артемий Лебедев увлекался так называемыми «порками»: публичным выставлением недостатков того или иного Интернет-проекта.
Судьей был, конечно, сам великий и «беспристрастный» Лебедев. Что характерно - увлекшись харизмой молодого нахала, многие разработчики сами несли к нему свои творения на расправу, и даже отчасти гордились тем, что их работы нещадно высмеивались.
Однако что позволено молодому, нахрапистому и, вероятно, обладающему весьма специфическим вкусом юному дарованию - то весьма странно смотрится в исполнении человека взрослого, видевшего жизнь и даже, прямо скажем, предпенсионного. Тем не менее, именно такой необычной деятельностью занялся глава иркутского отделения Союза журналистов, главный редактор «Восточно-Сибирской правды» Александр Гимельштейн.
Из номера в номер своей газеты этот почтенный труженик ротационных машин старательно выписывает некие опусы в стилистике с трудом идентифицируемого жанра - то ли доносы, то ли трамвайные разборки. Названы они соответственно: «Сердитые заметки». До настоящей сердитости, впрочем, заметки не дотягивают, напоминая скорее старательные поиски всевозможные «косяков» у коллег: опечаток, недопроверенных фактов и прочих мелких недочетов. Гашековский Швейк называл подобные словоизвержения весьма метко, но ввиду присутствия дам этот термин мы опустим.
Судя по всему, г-н Гимельштейн вообразил себя святее папы римского и самоназначился главным цензором Иркутской губернии. К сожалению, в поисках «косяков» он сам допускает не меньше ошибок, чем находит. Создается прискорбное впечатление, что в поисках чужих ошибок главный журналист перестал видеть саму суть текстов - во всяком случае, именно в это его регулярно тычут носом в обсуждении «заметок».
Иногда, впрочем, от заметок начинает весьма дурно пахнуть. Как это было со скандальным текстом по делу Олега Сафарова, когда г-н Гимельштейн с пылом нетрезвого мушкетера взялся защищать Людмилу Бегагоину, вытащившую на страницы газеты статью с отчетливым душком заказухи.
Собственно, казалось бы, и бог бы с ним: в конце концов, если главному редактору в собственной газете хочется уподобляться комплексующему малолетке - это его проблемы. Правда, жалко старейшую газету региона, стремительно вырождающуюся в желтый бульварный листок - но процесс этот, судя по всему, уже не остановить.
Вопрос в другом.
В своих заметках глава Союза журналистов старательно сталкивает лбами главных и не главных редакторов, журналистов, владельцев СМИ и собственно сами СМИ. То есть занимается деятельностью, прямо противоречащей задачам главы профессионального союза. Возникает вопрос - зачем? Пока непонятно.
Хотелось бы верить, что это всего лишь результат стремительного падения рейтингов и тиражей «Восточки», и судорожная попытка поиска дешевой популярности. Потому что если это не так - то, значит, за этим стоит некий план. А, зная историю «приватизации» «Восточки», есть все основания опасаться планов, исходящих от г-на Гимельштейна.
