Казанские эксперты считают, что у детей, которых похитили, нет шансов выжить

За последнюю неделю в разных регионах страны произошло несколько содрогнувших всю Россию похищений детей с последующим их убийством. Портал ProKazan.ru выяснил, есть ли общее у этих преступлений и а у детей, попавших в руки злоумышленников, шанс спастись

Трагедия, случившаяся с 8-летней Василисой Галициной, которая 2 февраля была похищена, изнасилована, зарезана и расчленена выходцем из Узбекистана, стала не единственным за последние несколько дней зверским случаем убийства беззащитного ребенка. 8 февраля в Иркутской области было найдено тело 11-летней Ульяны Алексеевой, которая также была изнасилована, а потом задушена.

Совершившего это преступление ищут до сих пор. А на следующий день в Чечне обнаружили задушенной 9-летнюю Линду Видраеву, которую постигла та же ужасная участь. Тело своей жертвы друг семьи Шарудин Догжиев пытался сжечь, облив ацетоном.

Напомним, в середине ноября в Татарстане произошло еще одно похищение и убийство малолетней. Тогда Радиф Латипов выкрал 13-летнюю дочь своей любовницы Алину Гилемханову, зарезал ее и повесился сам.

Портал ProKazan.ru выяснил у экспертов, каковы причины всплеска детских убийств.

Психологические портреты преступников разные, поэтому их трудно "раскусить" до трагедии.

По словам помощника следственного управления следственного комитета России по РТ Андрея Шептицкого, подобные преступления в республике, к сожалению, случаются регулярно и пополняют печальную статистику.

- Убийства детей – из ряда вон выходящие события. К счастью, такие случаи все же единичны, - говорит Андрей Шептицкий. – Не думаю, что проявления педофилии носят сезонный характер, по-моему, это совершенно другие явления. Не стоит искать что-то общее между теми, кто совершил эти действия. Такие события всегда вызывают большой общественный резонанс. Но, к сожалению, противопоставить им мы можем, пожалуй, только более внимательный родительский контроль, когда родители сами встречают и провожают детей, постоянно напоминают им, что нельзя куда-либо идти с незнакомыми людьми. Но увы, и это не гарантирует безопасность ребенка. Как мы видим, угрозу для ребенка могут представлять и знакомые люди.

Клинический психолог Вероника Меркулова считает, что было бы безусловно проще, если бы можно было заранее определить типаж человека, способного на подобное преступление. Но ситуация, причины и характеристики личности в каждом подобном случае совершенно различны.

- Самая главная наша проблема сейчас – это агрессивное состояние общества, которое нуждается в нравственном и психическом оздоровлении. Такие поступки должны категорически осуждаться обществом,- поясняет Вероника Меркулова. – А кроме того, необходимо правильно воспитывать детей. Нужны постоянные директивы и наставления, потому что дети зачастую не понимают опасности. А иногда и родители поверхностно и формально относятся к воспитанию детей – накормили, одели, спать уложили, отвели, привели, а как и чем живет ребенок, даже не интересуются. Но предупреждать детей и говорить, как вести себя нужно, не пугая и рассказывая страшные примеры, а доносить это до них в приемлемой форме, например, рассказывая тематические сказки.

То, что именно случай с Василисой Галициной, а не более ранняя ноябрьская трагедия с Алиной Гилемхановой стал таким резонансным в республике, Вероника Меркулова объясняет несколькими причинами.

- Во-первых, присутствует момент накопления. Если в прошлый раз люди повозмущались и остыли, то с новым инцидентом всколыхнулась уже большая отсроченная волна негодования, - говорит Вероника Меркулова. – Во-вторых, в той истории вопрос был практически семейный. У людей возникали мысли, как мама девочки могла выбрать себе такого человека, каким был микроклимат их отношений? Случай с Василисой Галициной – дело безопасности нашего общества, когда все должны задуматься, как нужно строить жизнь, чтобы детям ничего не угрожало.

Может ли ребенок повлиять на своего похитителя?

Несколько советов детям, которые попали в руки преступника, клинический психолог все же может дать. Нельзя вести себя агрессивно или капризно по отношению к похитителю, это можно привести к еще больше жестокости. Нужно попытаться договориться вежливым и корректным тоном. По мнению Вероники Меркуловой, у ребенка все же есть шанс повлиять на планы похитителя, поскольку они, несмотря ни на что, тоже люди и обладают чертами, которые позволяю проявлять гуманное отношение.

- Известен случай, когда при захвате Норд-Оста террористы согласились отпустить детей. Но дети сказали, что у них среди заложников осталась мама, и бандиты отпустили и маму тоже, - вспоминает Вероника. – Пытаться изменить ситуацию стоит всегда, но делать это нужно осторожно. Попытка убежать или вырваться на глазах у похитителя однозначно опасна и спровоцирует его на более жестокие действия. Но при первой возможности нужно звать на помощь, подать какой-нибудь сигнал окружающим, попытаться позвонить, пока похититель не видит, или оставить записку.

А вот кандидат психологических наук, психотерапевт Рамиль Гарифуллин уверен, что изменить ситуацию, находясь в руках злоумышленника, у ребенка практически нет шансов.

- Если жертва попала к хищнику, он ее уже не отпустит. Редкому талантливому, находчивому ребенку может удасться выбраться. Но вряд ли преступника можно убедить дать путь к свободе. Конечно, если появляется возможность, есть шанс убежать и позвать на помощь, нужно им пользоваться.

Почему люди с интересом "впитывают" кровавые новости?

По мнению Рамиля Гарифуллина, подобные случаи всегда происходили в нашей стране. Но раньше пропаганда насилия в СМИ была запрещена, об этом нигде не сообщалось, поэтому народ ничего знал. Сейчас в погоне за рейтингами СМИ тиражируют шокирующие трагические истории, таким образом самым примитивным способом воздействуя на психику людей.

- Люди смотрят на горе других, потому что в человеке заложен садомазохистский комплекс – подсознательная программа, которая удовлетворяет грешное любопытство, а не вызывает желание помочь, - поясняет Рамиль Гарифуллин. - Человек про себя радуется, что такое не произошло с ним или его близкими. Это называется психология злорадства. Современные СМИ подсознательно просто нагнетают эту психологию злорадства. Есть и второй момент: показ насилия возбуждает склонных к таким поступкам людей, дает установку, руководство к действию. Ну и плюс ко всему могут сказываться сезонные обострения, как, например, у шизофреников. Здесь большую роль играет переход от одного сезона к другому, когда срабатывают адаптационные механизмы.

Детям надо прививать страх к незнакомцам, навязывающим свое общение.

То, что похищенные дети, не пытаются позвать на помощь или привлечь к себе внимание окружающих, психотерапевт объясняет тем, что преступники умело манипулируют жертвами, завлекая, убеждая или запугивая. Единственный выход в такой ситуации, по мнению, Рамиля Гарифуллина, - довести у детей до автоматизма нетерпимость к общению с людьми, не являющимися близкими.

- В обществе должно считаться неэтичным разговаривать с ребенком чужому взрослому человеку. Если даже это ваша соседка, нечего общаться с чужим ребенком ближе, чем здравствуйте и до свидания. Посторонний человек, который пытается завладеть вниманием вашего ребенка больше, чем надо, либо таким способом отрабатывает на нем свои проблемы, либо планирует потом отыграться на вас, манипулировать вами. У детей нужно воспитывать страх к незнакомым навязчивым людям.

Из возможных мер Рамиль Гарифуллин считает также необходимой профилактику по выявлению опасных личностей как минимум среди преподавателей и воспитателей. Наблюдение, тестирование, исследования должны касаться всех, в особенности тех, кто странно или излишне навязчиво ведет себя по отношению к детям. Более пристальное внимание, о его мнению, стоит уделять преподавателям-мужчинам, ведь среди них процент педофилов очень высок.

Источник: prokazan.ru