Прерванный полет
19 лет назад, 8 марта 1988 года, погибла бортпроводница Тамара Жаркая. Молодое поколение сегодня вряд ли знает, какая трагедия разыгралась в тот весенний день на борту самолета Ту-154 № 85413, выполнявшего рейс Иркутск – Курган – Ленинград.
Семья иркутских джазовых музыкантов Овечкиных, известная не только в России, но и в мире как ансамбль «Семь Симеонов», захватила самолет. Кроме матери и четверых братьев Овечкиных, а также застреленной ими бортпроводницы Тамары Жаркой, погибло девять человек, 36 было ранено.
Тогда, почти 20 лет назад, большинство девчонок мечтали стать стюардессами – так, как сегодня мечтают стать моделями. Во-первых, романтично: красивая форма – синяя, с красно-синим шарфиком, на груди значок-«птичка». Все смотрят и восхищаются! А во-вторых, работа давала отличную возможность увидеть мир. Куда только не выполнял рейсы иркутский авиаотряд: в Сочи, Ташкент, Минводы, Симферополь… Разве у обычных людей была такая возможность – побывать за несколько месяцев практически во всех уголках тогда еще самой большой страны мира? Но попасть в службу проводников было ой как непросто: приходилось искать знакомых, выдерживать огромный конкурсный отбор, проходить строгую медкомиссию…
Летом, в связи с резким увеличением количества рейсов, в службу набирали студентов иркутских вузов. Предпочтение отдавали медицинскому и педагогическому институтам, а также университету, который по праву считался кузницей серьезных и ответственных кадров. Многие студентки, попробовав поработать бортпроводницами летом, на каникулах, оставались в этой профессии навсегда, переводились на заочное обучение.
Я познакомилась с Тамарой Жаркой, когда пришла работать в службу временно, на лето. Это был 1984 год. Полетели мы в Ленинград, Тамара была бригадиром. Очень строгая, неулыбчивая, придирчиво осмотрела меня: все ли в порядке с формой. «Вот попалась какая, – подумала я, – будет теперь придираться весь рейс». Узнав, что я студентка, Тамара потеплела: «В первый раз устроилась летать? Смотри, затянет, не уйдешь потом! Я сама такая… Училась в университете, приходила работать летом, временно, а когда окончила вуз, решила стать бортпроводником».
Тамара была жесткой в делах, но те, кто хотел и умел работать, не могли пожаловаться на нее. Она долго присматривалась к человеку, но если видела, что он работает хорошо, сразу менялась: та, другая Тамара, была веселая, остроумная и очень добрая.
Рейс Иркутск – Ленинград я запомнила навсегда: у меня был день рождения, мои 20 лет мы отмечали всей бригадой в Петергофе: сказочные фонтаны и дворцы, переливающиеся брызги воды, солнце, веселье, смех и целая жизнь впереди! Девчонки сделали мне подарок: чайную пару с видами Петергофа. Она потом еще долго стояла у меня в буфете, как память о юности. Кто мог тогда предположить, что в таком же рейсе, только спустя четыре года, Тома погибнет? Дмитрий Овечкин, красавец-трубач из ансамбля «Семь Симеонов», застрелит ее.
Почему именно Тамара кинулась к бандитам, хотя могла по праву инструктора отправить вместо себя любого члена бригады?
– Не могла. В этом она вся, – вспоминает Валерий Шаболин, преподаватель учебно-тренировочного центра, хорошо знавший и саму Тому, и ее родителей. – Справедливая, с яркими задатками лидера, порой излишне принципиальная и требовательная, Тамара просто не могла рисковать чужими жизнями! О себе не думала. Просила, уговаривала угонщиков: «Не надо стрелять! Взорвется самолет, погибнут люди…» Очень жаль, что так мало пишут о бортпроводниках, у них такая трудная профессия, трудная и опасная…
Да, за внешней романтикой скрываются тяжелые трудовые будни: с бессонными ночами, долгими перелетами, перегрузками, не всегда приятными и улыбчивыми пассажирами. Не зря же через семь с половиной лет работы бортпроводникам положена пенсия, которую они могут получать после 45 лет. Только вот не все до нее доживают…
Сегодня, после четырех крупных авиакатастроф в Иркутске, драма, потрясшая в свое время всю страну, уже история. Она забывается и, возможно, ее не стоило бы ворошить, если бы все чаще в последнее время не обвиняли в случившихся трагедиях «человеческий фактор». Обидно и больно за экипажи, которые по чьему-то злому навету слывут «непрофессионалами», – вспомните истину: не судите, и не судимы будете. А еще вспомните Тамару Жаркую, погибшую в 28 лет, в Международный женский день 8 Марта, когда она пыталась спасти пассажиров.
