Из улан-удэнской воинской части поездом в Иркутск доставлен военнослужащий в состоянии комы, которая стала следствием черепно-мозговой травмы
Он должен был сойти на этот перрон дембелем еще в мае, но прибыл только сейчас — комиссованным, и покинул вагон на носилках. На случай, если бывшему военнослужащему Петрову холодно, сопровождающие укрывают его одеялами. Сам Иван попросить ни о чем не может — молодой человек восьмой месяц находится в коме.
Так как после комиссии пребывание в воинском госпитале запрещено, а в Иркутске за Иваном ухаживать некому — ему прямо на полу кабины неприспособленного «уазика» предстоит преодолеть еще 150 километров до родной деревни.
Всего восемь дворов. Это и есть Ныгей. Возвращение односельчанина из армии событие здесь значительное и долгожданное, которое отмечают все деревней. Только ни родители Ивана Петрова, ни остальные жители и подумать не могли, что на этот раз возвращение будет именно таким, что молодой человек самостоятельно не сможет переступить порог родного дома. После долгой дороги и тряски состояние Ивана резко ухудшилось, это установил сопровождающий фельдшер. Тем не менее ни о какой квалифицированной помощи теперь и речи быть не может — до ближайшего медпункта 40 километров по гравийке. Привезти доктора сюда в Ныгей близкие молодого человека тоже не могут — им нечем заплатить за бензин. Вопрос с транспортировкой Вани домой и то удалось решить с трудом — администрации поселка Усть-Ордынский, Баяндаевского и Иркутского районов не могли разобраться, в чьей все-таки компетенции помочь травмированному рядовому.
Светлана Зандынова, председатель комитета солдатских матерей баяндаевского района: «Вот я единственное что хочу сказать как мама пятерых детей — у меня сейчас сын служит срочную службу, год уже отслужил третий мой сын — я просто хочу сказать — отправляют их и в Улан-Удэ и в Чечню и на Дальний Восток и не спрашивают откуда. И когда они возвращаются — как Ваня такие вот, почему субъекты начинают считать свои карманы, что разные субъекты. Я думаю, что Россия-то одна».
Причина, по которой солдат впал в кому — в изложении представителей военной прокуратуры гарнизона «Сосновый бор» : «Рядовой Петров получил закрытую черепно-мозговую травму во время репетиции показательного выступления с элементами рукопашного боя». В отношении рядового с которым в паре Иван и отрабатывал приемы, было возбуждено дело по статье «причинение тяжкого вреда здоровью по неосторожности». Но за отсутствием состава преступления уголовное дело закрыли. Поэтому в материалах служебного расследования фигурирует фраза «поскользнулся на плацу». Что же касается раны и синяков на лице, с которыми Ваня был доставлен в госпиталь, то по версии командования части, которую они изложили родственникам, все обстояло следующим образом.
Надежда Шобогоева, сестра Ивана Петрова: «Он, говорит, теряет сознание — они его на одеяле несут в госпиталь — заносят уже в госпиталь и перед дверьми же лежат обычно железные решетки, которыми обуви чистят и якобы у одного из солдат затряслись руки, одеяло выскользнуло и упал Ваня прямо лицом на эту железку и рассек себе бровь».
Вера Петрова, сестра Ивана Петрова: «Вот когда мы приехали — солдаты в части говорили, что его побили. Потом — уже когда мы пошли в роту, с офицерами встретились — они сказали, что он упал на плацу, что самочувствие вроде нормальное было, но в кому-то он ушел в роте у них, сознание-то потерял».
Имели ли на самом деле место неуставные отношения или это просто несчастный случай — установит следствие. Близкие Ивана сейчас больше озабочены другими проблемами — на что купить лекарств и как привезти в деревню священника. Что же касается обстоятельств случившегося, говорит сестра Надежда, то Ваня сам о них расскажет. Когда очнется.
