Монголия глазами иркутянина

Монголия недавно с размахом отметила 84-ю годовщину народной революции и 79 лет своей государственности. Борис Васильевич Недашковский — единственный иркутянин, который получил официальное приглашение на всенародный праздник.

Он двадцать пять лет проработал заведующим отделом зарубежных связей Иркутского обкома КПСС, позже — облисполкома. В начале 90-х был советником посольства СССР в Монголии и директором Дома советской науки и культуры в Улан-Баторе.

Монголия забывает русский язык

— Поселили нас в правительственном особняке в очень красивом ущелье, — рассказывает Борис Васильевич. — Пока было свободное время, я решил погладить свои рубашки. По-монгольски я объясняюсь хорошо и обратился к горничной с просьбой принести мне утюг. А слово "утюг" по-монгольски напрочь забыл. Она меня не поняла...

Борис Васильевич вспомнил, как будет "утюг" по-польски, по-немецки и даже по-испански, но никаких ассоциаций у горничной это не вызвало. На помощь явились еще пятнадцать совсем молоденьких горничных-монголок. Но и они не могли понять, чего хочет этот русский. На счастье, мимо шла женщина-монголка лет сорока, которая работала в этой гостинице.

— Вам нужен утюг? — переспросила она, видя, как трудно дается понимание русского молодым монголкам.

— А вы знаете русский? — вопросом на вопрос ответил гость.

— Конечно. Я медик и никогда не была в СССР и нынешней России, но у меня были очень хорошие педагоги, которые привили мне интерес ко всему русскому. К языку, к литературе, к вашей культуре, — пояснила монголка.

Пока гладили рубашки, женщина рассказала о том, что дома у нее богатая библиотека, что она очень любит Достоевского и Гоголя. Что 30 лет в Улан-Баторе на сцене идет балет Чайковского "Лебединое озеро", на который с удовольствием ходит вся ее семья. И что старшее поколение в Монголии смотрит многие каналы русского телевидения. В отличие от младшего поколения монголов, которые по-русски не понимают ни бельмеса.

— Когда-то русский преподавался в монгольских школах с третьего класса, — рассказывает Борис Васильевич. — И вся Монголия могла общаться на русском. Теперь — другое время. Молодое поколение монголов больше смотрит в сторону Америки и других стран, туда предпочитают посылать на учебу своих детей богатые монголы.

Памятник Сталину стоит в кафе

Борис Васильевич Недашковский не был в Монголии двенадцать лет. Улан-Батор поразил его своим великолепием. Центр столицы сияет рекламой, много надписей на китайском, японском и английском. Монголы ездят на иномарках, русскую машину встретишь редко. Предприятия, построенные с помощью России, выкуплены иностранцами за бесценок. Зато памятники Ленину в Улан-Баторе стоят в целости и сохранности, и все на своих местах. Только памятник Сталину, который был установлен раньше напротив Центральной библиотеки, был демонтирован, и сейчас на этом постаменте стоит памятник великому монгольскому ученому Бямбыну Ренчину. А памятник Сталину купил какой-то предприниматель-монгол, установил его в летнем кафе и завлекает Сталиным иностранцев.

Демократ проиграл бюджетные деньги в рулетку

Во время правления Ельцина и здесь, в песках пустыни Гоби, появились братья-демократы. Первое, что сделали монгольские Гайдары, — это уничтожили Коммунистическую партию и лишили всех званий и регалий ныне покойного народного вождя Цеденбала. Но потом какой-то правительственный деятель предложил золотой запас страны пополнить с помощью игры в рулетку. Бюджетные деньги он увез в Японию, чтобы вернуться с выигрышем. Демократу-монголу дали сначала выиграть несколько раз, а потом оставили его, как говорится, в чем мама родила. С тех пор экспериментировать с бюджетом страны демократам не дают. 50% голосов в Народном хурале Монголии по-прежнему занимает Коммунистическая партия, другую половину — оппозиция. Коммунистическая идеология ничуть не мешает новой буржуазии расти и делать Монголию развитой страной.

Монгольские вожди учились в Иркутске

Когда-то Иркутск был центром подготовки научных кадров для Монголии. Монголы и сегодня получают образование почти во всех вузах Иркутска. В этом году БГУЭП, а по-старому Иркутский институт народного хозяйства, готовится отметить свое 75-летие. Из Монголии на это торжество приедут бывшие студенты и аспиранты. Нархоз в свое время окончили бывший первый секретарь МНРП, председатель Совета министров Монголии Ю.Цеденбал, бывший член политбюро ЦК МНРП, секретарь МНРП Д.Моломжанц и сотни других политических деятелей Монголии.

Иркутский врач Шастин воскрешал мертвых

В Монголии до сих пор помнят иркутского врача Павла Шастина. С удивлением увидел Борис Недашковский, что монголы сохранили перед центральной больницей в Улан-Баторе памятник иркутскому врачу. Шастин приехал в Улан-Батор в 1923 году, и встретили его очень враждебно. Ведь единственными целителями в Монголии считались ламы. Каждый второй сын в семье был ламой, поэтому лам в Монголии было больше сорока процентов. Другой медицины монголы не знали. В иркутского врача Шастина стреляли, дважды поджигали его юрту. Но он все-таки сумел заслужить доверие монголов.

В те годы всех, кого ламы посчитали безнадежным, свозили в Черную долину. Оставленные без пищи и помощи близких больные люди медленно умирали. Тела умерших клевали птицы, растаскивали дикие звери. В Черной долине Шастин нашел восемнадцатилетнюю монголку, обессилевшую от болезни. Он принес ее в свой лазарет и выходил. Когда девушка вернулась домой, родители были на седьмом небе от счастья. Они рассказали всем родным и знакомым о русском докторе, который "воскрешает даже мертвых". В Монголии работал не только Павел Шастин, но и его сын Николай с женой Тамарой Ященко, и внук Павел, ставший хирургом центральной детской больницы. Династия Шастиных проработала в Монголии больше тридцати лет. И теперь можно встретить в далеком от Улан-Батора аймаке монголов, которых благодарные родители назвали Шастин — в честь русского врача.

С кем будет Монголия — вопрос не праздный

В семидесятые годы любой житель Иркутска, уловив радиоволны из Пекина, мог услышать: "На этом, дорогие жители Сибири, ВРЕМЕННО ПРОЖИВАЮЩИЕ НА КИТАЙСКОЙ ТЕРРИТОРИИ, мы свои передачи заканчиваем". В конституции Китая наша страна много лет числилась врагом номер один. И именно поэтому в Монголии были размещены советские войска в количестве 100 тысяч человек. Сегодня Советского Союза больше нет, но активность китайцев в освоении Сибири растет. Так что вопрос, с кем будет Монголия завтра, отнюдь не праздный.

— В первый раз я приехал в Улан-Батор в 2002 году в составе иркутской делегации бизнесменов и политиков, когда в Улан-Баторе открывалось представительство Иркутской области. Первое, что бросилось в глаза, — это то, что Улан-Батор в сто раз больше, чем Иркутск. Он пока еще не высотный, но уже видно, что Монголия идет по китайскому и корейскому пути развития. Оставив у руля Коммунистическую партию, монголы взяли курс на капитализм. В Улан-Баторе огромное количество банков из стекла и бетона, каких-то немыслимых ресторанов. Мне понравился ресторан "Сеул" — он такой же круглый, как наш цирк, но по своим размерам в три раза больше. Поражает количество иностранных туристов на озере Хубсугул. Озеро — такое же уникальное, как наш Байкал, но туристов здесь почему-то в десятки раз больше. Мне кажется, мы должны учиться у монголов вести туристический бизнес. Мы вообще многому можем у них поучиться.