На мемориальном кладбище под Пивоварихой совершен акт вандализма
Здесь, как на всяком кладбище, стоит особенная тишина. Чирикают птахи да еле слышно гудят насекомые. И странно, и страшно представить себе, что здесь, над местом упокоения сотен или даже тысяч людей, гремели выстрелы.
А они гремели. В первый раз - тогда, в конце тридцатых. Жители деревни Пивоварихи тайком рассказывали, что видели, как сюда ночами приходили машины с людьми, которых высаживали под конвоем. Потом здесь гремели выстрелы, и назад машины возвращались уже налегке.
И все же многие не верили страшным рассказам, и спустя годы здесь еще сажали картошку... А потом, когда все подтвердилось, наверное, содрогались, вспоминая об этом.
Однажды летом в конце 80-х активисты общества "Мемориал", которые исследовали историю репрессий в Иркутске и области, обнаружили здесь массовые захоронения. Первые же шурфы показали, что рассказы местных жителей не выдумка. Все лето велись страшные раскопки. Я, как журналист, занимавшийся этой темой от газеты "Советская молодежь", не раз была на месте раскопок и видела, как из черной земли извлекают человеческие останки - кости рук, ног, черепа со следами от пуль... Здесь же, во рвах, попадались личные вещи, куски полуистлевшей одежды, стреляные гильзы. Когда по фрагментам тел было установлено, что найдено уже 103 человека, а содержимое рвов все еще не кончалось, раскопки было решено приостановить.
А потом, в ноябре 89-го, были похороны, каких город не видывал. Река красных гробов текла и текла - их было 103...
И была братская могила, вокруг которой собрались сотни людей - тех, кто потерял родных и близких, тех, кто верил в их невиновность, тех, кто получил на погибших запоздалые документы о реабилитации. Были и скупые слезы старушек - слезы, недовыплаканные за много-много лет...
Тогда на месте захоронения и рядом с рвами, в которых, как было совершенно очевидно, находились еще сотни тел, был установлен памятный знак из каменных плит. На одном из камней надпись: "Помни, Родина, нас, всех, кто погиб невинно, будь милосердна и возврати нас из небытия". Так, по мнению живых, могли взывать к нам убиенные... К нашей памяти, к нашей вере в них.
Рядом с братской могилой - крест, чуть поодаль, у входа на мемориальное кладбище, "на штыках винтовок" были подняты металлические листы "Памятник истории Мемориал", а еще правее - надпись, тоже на металле, обращенная ко всем нам: "Люди! Лес этот - бывшая спецзона ГБ-УНКВД. По всей ее площади во рвах-накопителях, в отдельных ямах, сотнями, десятками и поодиночке под грифом "Совершенно секретно" покоятся останки нам родных и близких людей. На сегодня у них единственный друг - деревья да зеленый ковер из трав и цветов. Берегите их, друзья. Не губите..." (далее неразборчиво).
Почему - неразборчиво? И почему я все время напоминаю вам, что надписи сделаны на металле? Потому что и металл не выдерживает людского варварства. Потому что здесь снова прогремели выстрелы, уже в наше время. Думается, на днях.
У входа на Мемориал - пепелище костра. Нет, это не стоянка первобытного человека, но думается, что та, древняя стоянка выглядела бы сегодня более цивилизованно. Здесь, у костра начала третьего тысячелетия, всюду валяются бутылки из-под пива, водки и прочих горячительных напитков, лишающих человека последнего разума. Пачки от сигарет, шприц наркомана. И еще - пачки от патронов для охотничьего ружья 20-го калибра и стреляные гильзы. Ими буквально усеяна поляна при входе в бывшую "зону".
Здесь варвары-2005, видимо, развлекались, сидя у костра, пили, ели, кололись, стреляли по цели (по тем самым надписям у входа). Железные листы буквально испещрены следами картечи и дроби, а дырки от выстрелов выглядят просто устрашающе. Такими нам показывали обычно стены домов после фашистских обстрелов в кадрах кинохроники.
Но и это еще не все. Решетки чугунного ограждения мемориальной зоны тоже раскурочены, украдены, - скорее всего, сданы на металлолом. От большой бедности, очевидно. Может, еще на одну бутылку не хватало?
О спиленных решетках нам рассказали представители того, старого состава общества "Мемориал". Когда наша редакционная машина остановилась у входа на территорию Мемориала, здесь уже стоял милицейский уазик. Оказалось, 3 августа Иркутский РОВД получил подобный сигнал (письменное заявление), и дежурная группа прибыла на место происшествия с предварительным осмотром. Возможно, будет заведено уголовное дело, но пока ничего конкретного работники отдела дознания сказать не могли.
Вопрос об уголовной ответственности - это дело юристов, дело суда. Но есть еще и законы моральные. И невольно думаешь: а чем нынешние ублюдки, которые прицеливаются и палят, можно сказать, в своих уже однажды расстрелянных дедов, - чем они лучше тех, кто держал их на прицеле и палил тогда? Те палачи, вольные или невольные, были одурманены идеологией, они могли думать, что борются с врагами народа, как это подавалось в то время. Нынешних никто не заставляет, не принуждает. Они это делают, скорее всего, добровольно, цинично, наглея от собственной безнаказанности.
Но они забыли: кто стреляет в свое прошлое, тот убивает свое будущее.
