ОМОН и ёхор. Почему протесты в Бурятии станут только жестче
Митинги в поддержку оппозиционера Алексея Навального не обошли стороной и Бурятию - и 23-го, и 31 января жители Улан-Удэ вышли на Театральную площадь. По этим акциям можно отследить, как изменилась реакция местных силовиков на протест - она стала куда более жесткой, неповоротливой и непродуманной.
Январские митинги стали первыми большими протестными акциями в столице республики за полтора года. После трехдневных протестов сентября 2019 года наступил год ковидной тишины, но уже к концу 2020-го стало понятно, что оппозиционные настроения в Бурятии никуда не делись. Напротив, протест стал более сознательным и вышел за пределы группы сторонников таксиста-бунтаря Дмитрия Баирова.
К концу года в Улан-Удэ митинговали и предприниматели, недовольные ноябрьским локдауном, и жители микрорайона Забайкальский, возмущенные нападением бездомных собак и бездействием мэра Игоря Шутенкова по этому поводу; не стоит сбрасывать со счетов и серию одиночных пикетов против депутата-убийцы Баира Жамбалова, сбившего школьницу на своем дорогом внедорожнике.
То есть выходить на улицу и доносить свою точку зрения до власти в республике сегодня готовы далеко не только представители местной ячейки КПРФ и сочувствующие им активисты “из народа”. Напротив, их опыт вдохновил самые разные группы населения, ранее далекие от мира стихийных протестов. Здесь стоит напомнить, что ни одна из этих акций не была согласована, а участников не остановил ни мороз (все митинги и сходы состоялись в серьезный “минус”), ни коронавирус.
В этом смысле становится понятен реакционизм республиканской полиции в январе. Если в соседнем, куда более протестном Иркутске многотысячное шествие 23 января полицейские почти полностью проигнорировали, то в Улан-Удэ на Театральную площадь стянули такое количество бойцов Росгвардии, что их оказалось едва ли не больше самих участников протеста. В итоге 23 января в столице солнечной республики уже начались задержания, а 31-го на площадь вышел лично министр внутренних дел Олег Кудинов, который в сопровождении четырех телохранителей и без медицинской маски чинно и самодовольно советовал участникам митинга “идти домой, потому что в жизни и так много проблем”, вставляя через каждое слово фирменное “нах”.
И это превосходство напоказ, и жесткие задержания и аресты лидеров оппозиции (25 суток Дмитрию Баирову, изоляция Надежды Низовкиной и еще с десяток подобных решений), и относительно легкий разгон митинга 31 января указывают на то, что силовики Бурятии уверены в подавлении протестов. После нерешительности сентября 2019-го у них было много времени для работы над ошибками. Они ее провели - и решили, что лучше всего сразу карать, сажать и разгонять всех недовольных.
Однако такая тактика показала себя неэффективной уже по ходу тех самых митингов на Площади Советов. Попытка похищения депутата-коммуниста Баира Цыренова, разгон недовольных “космонавтами” и газовая атака на автобус с протестующими лишь укрепили решимость людей. Напомним, что после подавления несанкционированных акций власти Бурятии согласовали большой митинг в парке Юбилейный, куда пришли больше тысячи человек (при нескольких сотнях до этого).
Сегодня людям, как мы уже разобрались выше, уже даже не нужно разрешение. Они выходят по самым разным поводам несмотря на разгоны, аресты и побои. Потому что жизнь в республике лучше не становится, а других методов воздействия на власть у народа нет.
При таком раскладе улыбающийся глава полиции с мегафоном и демонстративная агрессия его подчиненных могут повлиять на недовольных только как красная тряпка на быка. С ростом протестной активности по всей стране и приближением весны акций в Улан-Удэ будет становиться только больше, а летом они приобретут массовый характер. Тогда министру Кудинова понадобится уже целый отряд телохранителей, но и их может не хватить, чтобы сдержать толпу, которой на мирный и веселый ёхор отвечают дубинками.
Бабр продолжит внимательно следить за развитием событий.
Фото с митинга в Улан-Удэ 31 января: Александр Гармаев;
Видео: YouTube-канал Евгении Балтатаровой.
