Политологический абсурд по-бурятски - серость элиты и блеск народных масс

С успехом прошедший на улан-удэнской сцене спектакль “Найдалай хусэн” (Сила веры) народного театра из села Челутай Агинского округа, на мой взгляд, стал весьма символичным явлением культуры. Поскольку ярко показал взаимоотношения внутри бурятского общества, разделяемого на народ и его элиту.

Сам формат театра, где актёры собираются на голом энтузиазме и играют на профессиональном уровне, наталкивает на мысль о том, что бурятский народ жив именно благодаря народной массе. Один тот факт, что коллектив театра приехал сюда на свои деньги, скинувшись на бензин, заплатив за аренду зала весь свой гонорар (уехали они на родину очень довольные сделанным), заставляет снять шляпу перед ними.

В бурятском обществе возник политологический абсурд - всё перевернулось с ног на голову. Мы наблюдаем серость бурятской элиты, абсолютную беспомощность среднего класса (гражданское общество), но блеск народной массы.

Традиционно в любом обществе блеск ожидают от его элиты. Народная масса чаще всего остаётся массой серой. Но у нас, бурят, появился новый тип - серая элита. Она поднимает наверх вкусы быдла (в переводе с польского - стадо), в традиционном формате - вкусы серой массы. Ей нужно немного: поесть, выпить и немного зрелищ. Личный комфорт, муж (жена), дети, собачка, квартира и машина - вот почти исчерпывающий перечень стремлений этой категории людей.

Видимо, именно из-за этого сложившегося “общественного абсурда” у нас проблемы с нашим языком, нашими ценностями и, возможно, будущим. Это следствие нахождения у власти обывателей. Люди занимают высокие позиции в обществе, но не меняют при этом своего культурного статуса и кругозора. Не становятся более масштабными, не растут духовно. Поднимает их наверх узкий круг таких же серых личностей, почему-то считающих себя избранными людьми. Когда им нужен вождь, они всегда выбирают "гершевича”. Кого-то понятного им, удовлетворяя серым образом самих себя.

По своим функциям они - элита. Но в то же время они не обладают ни волей, ни умом, ни талантом, которые отличали прежнюю, настоящую бурятскую элиту. Таких как Элбэк Ринчино, Цыбен Жамцарано, Ринчин Бимбаев и Михаил Богданов.

Эта так называемая элита породила в Бурятии целый властный класс, который находится в таком же гибридном состоянии. Они не умеют ни править, ни подчиняться. Не могут совершить что-то великое, однако с помпой выказывают свои претензии на правление. Но реально обосновать же эти претензии они не способны. Вроде бы активные люди. Но ровно до той степени, пока на них кто-нибудь не прикрикнет. Этот класс никогда не “родит” настоящего лидера. Вот поэтому-то мы и не можем найти лидера бурятской нации.

Один из теоретиков-политологов Джеймс Розенау в своей книге “Турбулентность в мировой политике” пишет: “При определённых обстоятельствах представители масс перестают быть невежами и ничтожествами и включаются в процессы управления государством”. С этой точки зрения массы - это величина не постоянная. Так же как и элита.

Только при таких обстоятельствах мы, возможно, сможем наблюдать качественное изменение бурятской элиты и всего общества. Буряты “восстанут из пепла” благодаря вновь образовавшейся элите, которая появится из глубин народной массы.