Водка как суррогат реформ

Социологи утверждают, что антиалкогольные кампании в России неизменно встречают поддержку населения – на первом этапе – однако комплекс запретительных антиалкогольных мер прежде никогда не приносил серьезного эффекта.

О причинах рассказывает известный московский социолог, директор Левада-центра Лев Гудков:

- В целом могу сразу сказать, что люди хорошо относятся, и будут приветствовать всяческие меры по ограничению употребления алкоголя. Поскольку большая часть выступающих за это – это женщины, которые, правда, не очень понимают, что таким образом делу не поможешь. Это все равно, что лечить туберкулез зеленкой.

- Получается, что социальной базы для проведения такого рода реформ в стране до сих пор нет?

- Нет, конечно. Потому что алкоголизм в России - очень серьезная проблема. Потребление у нас по разным оценкам - от 14 до 18 литров чистого алкоголя на душу населения. Это запредельно высокий уровень! Социальными, поверхностными мерами, запретами это не снимешь, поскольку речь идет об очень сильном внутреннем человеческом напряжении, связанном с чувством неудовлетворенности собой, окружающими, жизнью. Прежде всего, с автоагрессией, вызванной чувством неполноценности, недооцененности, грубостью - всеми комплексами человека, не разрешимыми в повседневности. А водка приносит самое простое облегчающее чувство удовлетворенности, снимает напряжение, это наиболее доступное и самое дешевое средство из всех возможных.

- Некоторые эксперты говорят, что, помимо прочего, такого рода попытки властей ограничить потребление водки в стране, могут оказаться и политически очень опасными, поскольку это как раз те процессы, которые могут привести к серьезному народному недовольству. Что говорят социологические опросы? Действительно ли это так?

- На первых порах это будет принято с удовлетворением. Примерно 50-60% одобрят ограничение продажи алкоголя, по крайней мере, в утренние часы или ограничение продажи вблизи школ, еще каких-то учреждений детских. Но дальше, поскольку всегда предвидятся только ближайшие последствия, этого вызовет волну недовольства, напряжения, конечно, особенно среди мужской половины, будет способствовать снижению популярности. Прозрачные мотивы этого и демагогический характер всех этих ограничений - на поверхности, он очевиден для большей части.

- Получается, что и по социальным, и по политическим причинам такого рода меры обречены в сегодняшней России на провал?

- Я думаю, что – да. У нас много раз предпринимались усилия как-то подстегнуть развитие общества. Начиналось с Михаила Горбачева. Другие пытались ограничить и бороться с пьянством. Это все внешние меры, половинчатые. Они не дают полноценного эффекта. Это суррогат реформ и действительных изменений. Потому что единственный способ снять эту проблему – это добиться самоуважения. А это, прежде всего, возможность хорошо зарабатывать, ценить свой труд, добиваться более высокого уровня потребления и, соответственно, уважать себя самому и вызывать уважение других.

Но это длительный путь. Когда социальные реформы проводятся успешно, достигают своей цели, то алкоголизм резко снижается. Так было, например, в Польше, которая по алкоголизму вполне сопоставима с Россией. Финляндия в свое время, Великобритания добивались успехов. Но это следствие эффективной социальной политики. Просто запретами или косметическими средствами такую проблему не решить. Такая политика приведет через пару лет к обратному результату.