«Одного ребенка брать невыгодно. Надо пучком, никак не меньше четырех-пяти…»
В отсталых регионах Сибири, где работу найти уже невозможно, альтернативным источником финансирования семьи стали дотации на детей-сирот.
Уполномоченный по правам ребенка при президенте России Павел Астахов заявил 9 марта на своем официальном сайте о том, что проведет «собственное расследование обстоятельств избиения опекуном двухлетней девочки в Томской области».
ЧП случилось накануне в поселке Белый Яр (Верхнекетский район), откуда пострадавшая была доставлена в реанимационное отделение больницы № 4 города Томска с предварительным диагнозом «ушибы, гематомы мягких тканей головы и тела, закрытый линейный перелом затылочной кости, ушиб головного мозга».
Как установило следствие, органы местной опеки определили девочку в семью, где, кроме нее, воспитывались еще четверо детей: двое — приемных детей и двое родных. Из показаний обвиняемого, пишут «Томские новости», а также из официальных данных складывается сюжет, «типичный для сибирской глубинки». Мужчина 35-ти лет остался без работы — пришлось свыкаться с ролью домохозяина. Существовала семья на то, что зарабатывала его супруга. Для улучшения материального положения решили взять под опеку детдомовцев — двух мальчиков (старшему — 4 года, младшему — год) и девочку: господдержка приемных семей в регионе по сельским меркам — довольно приличная (на каждого опекаемого ребенка – 8 тыс. рублей в месяц плюс 15 тыс. руб. — зарплата опекуну).
Однако мужчина не рассчитал свои силы: справляться с таким количеством малышей было тяжело. Как рассказал он следствию, у неродных детей оказалось «много проблем и болячек», проникнуться родственными чувствами к ним он не смог. Злоба на незадавшуюся жизнь, раздражение «копились, усиливались с каждым днем», и все это обрушилось на приемную девочку, когда она «стала баловаться за столом».
Старший следователь СУСК по Томской области Константин Коваленко отмечает, что «этот человек не производит впечатление жестокого и даже авторитарного: видно, что он искренне переживает, раскаивается». Обвиняемый взят под стражу, уголовное дело возбуждено по статье 111 УК РФ «Умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное с особой жестокостью, издевательством или мучениями для потерпевшего, заведомо находящегося в беспомощном состоянии».
© Фото: Zheng et al. / Science AAAS
Поселок Белый яр — в 400 километрах от города. Как и во многих сибирских селениях, сельское хозяйство и производство в последние 20 лет тут почти сошли на нет. Подавляющее большинство белоярцев живут дарами тайги, многие зарабатывают на детдомовских детях: районная служба опеки охотно их раздает безработным родителям, у которых имеются двое-трое, а иногда и более собственных чад. О чем откровенно рассказывает на своем сайте Уполномоченный по правам ребенка в Томской области Людмила Эфтимович:
«Я неоднократно бывала в Верхнекетском районе — его жители одними из первых набрали детей из детских домов. Там я и услышала торгово-базарное определение: «пучок». Говорили, не стесняясь: «Одного ребенка брать невыгодно. Надо кучкой, пучком, никак не меньше четырех-пяти».
Понятно, наверное, всем, кроме здешних попечительских органов, что если ребенок попадает в семью, которая приютила его не из милосердия и любви, а ради заработка, то в ней он не перестанет быть сиротой. И такое сиротство может быть иногда куда страшнее детдомовского.
Полтора года назад СКР сообщил о раскрытии в томском селе Петухово беспрецедентного преступления: семеро молодых людей в течение двух лет (!) насиловали трех детей, старшему из них (два мальчика и девочка) в начале этого периода было 8 лет. Проживали потерпевшие в приемной семье, как и некоторые из насильников (пятеро на момент совершения преступления были несовершеннолетними).
Шум вокруг этого происшествия в региональных и федеральных СМИ заставил томские власти сделать оргвыводы (отправлены в отставку руководители областного департамента по вопросам семьи и детей, райотдела опеки и попечительства, получили выговоры замгубернатора по социальной политике, начальник облдепартамента по общему образованию и т.п.), однако глобальных выводов, судя по всему, не последовало: порядок пристраивания сирот в приемные семьи остался прежним.
По каким критериям они отбираются? В пресс-службе департамента по вопросам семьи и детей корреспонденту ответили, что занимаются поискам этих семей службы опеки и попечительства, «которые нам неподотчетны: они входят в структуру муниципальной власти и подчиняются только ей».
В региональном аппарате Уполномоченного по правам ребенка тоже сказали: «Мы эту службу не контролируем: она работает сама по себе». А на вопрос, «собираются ли прибыть в Томск ваши коллеги из центрального аппарата в связи с происшествием в селе Белый Яр», ответили: «Нас пока никто об этом не извещал»
Похоже, «собственное расследование» Павел Астахов собирается проводить исключительно по интернету. И это правильно, наверное: так оно дешевле обойдется бюджету.
Георгий Бородянский
