К чему приведет техническая революция в информационной среде?
По случаю своего пятого юбилея журнал XXI опубликовал манифест другой журналистики. Его авторы, Партик де Сент-Экзюпери (Patrick de Saint-Exupery) и Лоран Беккариа (Laurent Beccaria) выступают с критикой «технологического блефа». По их мнению, цифровая среда обостряет кризис прессы.
Atlantico: По случаю своего пятого юбилея журнал XXI опубликовал в январском номере манифест другой журналистики. В нем поднимается вопрос будущего прессы в настоящий момент, когда читательская база становится меньше, а способы восприятия информации претерпевают глубокие изменения. Каким типам СМИ удастся пережить эту революцию?
Бенуа Тьелен: Во Франции по-прежнему слишком сильно зацикливаются на так называемом кризисе спроса в прессе. У людей якобы нет желания читать. Тем не менее, на самом деле одним из факторов цифровой революции как раз таки и является возвращение к чтению и письму. Люди в метро читают и пишут. Сложно говорить о кризисе спроса, если аудитория сейчас прочитывает столько письменного контента. Как мне кажется, главная проблема Франции касается предложения. Газетам и в частности выходящим каждый день информационным изданиям не хватает некой добавочной ценности: самые «горячие» новости появляются гораздо раньше в других СМИ или на телеканалах. Таким образом, эта информация не может создавать это самой добавочной ценности для того, чтобы люди покупали газеты.
Как бы то ни было, это не означает, что люди не хотят получить подробные и качественные сведения. Наоборот, одно из отрицательных последствий цифровой революции заключается в чрезмерном количестве информации, которая к тому же зачастую не получает достаточной обработки. Во время президентской компании многие новости выходили лишь в виде сухих фактов. И это говорит о растущем спросе на оценки и анализ среди населения. Поколение моих родителей смотрело телевизор, тогда как поколение моих детей предпочитает читать. На самом деле тех, кто предпочитает новости в письменном виде, сегодня больше, чем 30 или 40 лет назад. В то же время тип получаемой ими информации становится совершенно иным. Сведения, которые вызывают у них интерес, должны непременно обладать немалой добавочной ценностью. Так, газеты все больше делают упор на анализе, расследованиях и педагогике. Мне кажется, что это не кризис, а новый золотой век журналистики. Тем не менее, это не означает золотого века для газет в том виде, каком мы их знали. Изменения очень серьезны.
— Могут ли традиционная пресса и новые СМИ сосуществовать друг с другом, или же крупные газеты обречены на то, чтобы исчезнуть и уступить место онлайн-изданиям?
— Сегодня пресса и новые СМИ сосуществуют друг с другом. Большинство крупных печатных изданий являются также и интернет-ресурсами. Кроме того, появились в сети и «чистые игроки», такие как Rue89 и Atlantico. Кроме того, во Франции эти новые СМИ продемонстрировали на редкость творческий подход. И это отнюдь не случайно, так как здесь кризис предложения в СМИ, возможно, проявился сильнее, чем в других странах. Многие журналисты, такие как Пьер Аски (Pierre Haski) и Эдви Пленель (Edwy Plenel) ушли из традиционной прессы, чтобы изобретать новые форматы и заниматься журналистикой по-другому. Сегодня традиционной прессе и новым СМИ удалось добиться сосуществования, и эта система работает довольно неплохо.
— Авторы манифеста, основатели журнала XXI Партик де Сент-Экзюпери и Лоран Беккариа, убеждены, что газеты идут по неверному пути. По их словам, пресса стала жертвой «технологического блефа»: «цифровая среда обостряет кризис прессы». Они критикуют «сидячую» и «экранную» журналистику, которая пренебрегает репортажем. Что вы об этом думаете?
— Как мне кажется, вопрос средства играет второстепенную роль. Читаю ли я le Monde на бумаге или на планшете, это все равно одна и та же газета. Главный вопрос — это своевременность и формат контента. Куда мы движемся, к «горячим» новостям или анализу? Успех XXI вовсе не обязательно означает важность бумаги в качестве носителя информации. Его залог — это длинный формат, без рекламы и набивших оскомину дежурных статей.
Когда вы читаете XXI, то видите вещи, которые, казалось, были утеряны: длинные материалы. Кроме того, это еще и экономический успех: несмотря на непостоянство структуры (очень малое число штатных сотрудников), люди получают большие деньги за хорошие статьи. XXI — говорит не о том, что за бумагой будущее, а о том, что если вы находите свою нишу и возвращаетесь к истокам журналистики, у вас получится найти свою аудиторию. Быть может, через пять-десять лет мы увидим отличное приложение XXI для планшетов.
— Как следует из результатов исследования журнала Forbes, чтение материалов из прессы с помощью мобильных телефонов продолжает набирать обороты. Станет ли 2013 тем годом, когда мобильники превратятся в главное средство получения информации? Какими будут последствия для информационной среды?
— 2013 год, безусловно, будет вращаться вокруг мобильных телефонов. Мобильные технологии позволят снабдить компьютерами всех людей, даже в бедных странах. Мобильный телефон превращается в карманный персональный компьютер. 2012 год стал годом «адаптивного» дизайна, который позволяет приспособить содержимое сайта для просмотра на самом широком спектре устройств (экранах компьютеров, смартфонов, планшетов, телевизоров и т. д.). Все это начинает входить в привычку. В скором времени на сайты будут чаще заходить с мобильных устройств, чем с компьютеров.
Бенуа Тьелен, основатель агентства La Netscouade
"Atlantico", Франция
