Сколько стоит царская воля?
Императорский дом Романовых сегодня — это великая княгиня Мария Владимировна, её мать великая княгиня Леонида Георгиевна и великий князь Георгий Михайлович.
Обе женщины живут в Мадриде, а 28-летний цесаревич — в Брюсселе. Он единственный в семье, кто работает, — с осени прошлого года занимает пост советника гендиректора «Норникеля» Владимира Стржалковского. Другой недвижимости, кроме мадридской квартиры, у царских потомков нет. Ещё один доход великий княгини — разные сбережения, оставшиеся от предков.
По словам директора канцелярии императорского дома Александра Закатова, прежде чем Романовы вернутся на родину, России нужно определиться с юридическим статусом возвращенцев: «Как частное лицо, конечно же, любой человек может приехать, вернуться и жить. Однако императорский дом — это историческая институция. Поэтому будет гораздо больше пользы, если он вернётся в страну именно в таком качестве. Императорский дом может вернуться в Россию именно в своём статусе, а не просто в статусе совокупности частных лиц. В той же Румынии, Болгарии, Венгрии, Албании, Сербии главы династий вернулись в свою страну. В некоторых, между прочим, государство даже вернуло им собственность», — утверждает Закатов.
Пока потомки Романовых говорят о том, что в России они собираются реализовывать культурные и благотворительные программы. Но, по утверждению газеты «Наша версия» , представители монархов лукавят, не упоминая о готовящихся исках к российским властям. Она пишет, что истинная цель возвращения Романовых — реституция, то есть возвращение утраченной собственности и возмещение материальных и моральных потерь. Речь может идти о сумме около 10 млрд долларов. Примерно во столько обошлись бы царские постройки в Архангельском и Гатчине, их содержание и пенсии, на которые, как говорит анонимный источник газеты, претендуют потомки. Кстати, ещё в 2007 году великая княгиня намекала на хотя бы «символическую компенсацию». К слову, расходы на британскую королеву составляют около 12 млн долларов в год.
Не так давно, после долгих судебных тяжб и отказов, Генпрокуратура реабилитировала по заявлению императорского дома ещё шесть членов семьи Романовых, казнённых большевиками. Адвокат московской коллегии адвокатов «Князев и партнёры» Марина Барабанова считает, что у наследников в таком случае появляются определённые права, однако и они не предполагают возвращения дворцов и усадеб. «С одной стороны, — говорит Барабанова, — по закону реабилитированные лица восстанавливаются во всех утраченных ими правах, которые они утратили в связи с репрессиями. Им, например, возвращаются госнаграды. С другой стороны, сейчас я не вижу законных оснований для возврата того имущества, которое было у представителей семьи Романовых до революции. Тут же ещё надо разграничивать вопрос права собственности: кому конкретно принадлежало то или иное имущество? Либо оно принадлежало государству, либо непосредственно семье как обычным физическим лицам. Это всё надо чётко и серьёзно просчитывать».
Президент компании «Экономическая летопись» Олег Никульшин считает, что возможные претензии Романовых будут в любом случае необоснованны. По его словам, нет никаких юридических норм, которые бы позволили монаршей семье претендовать на какую-либо собственность: «Возвращение императорского дома кажется мне очень проблематичным. Понятно, что потомки Романовых хотели бы претендовать на некую собственность, которая была у них до революции. Но при этом забывается, что в конце XIX — начале XX века у них были колоссальные долги. Активы, на которые они могут сейчас претендовать, несоизмеримо меньше, чем пассивы».
Где именно будут жить царские персоны, если они всё-таки вернутся в Россию, вопрос открытый. Но вряд ли государство возьмёт на себя это дорогое удовольствие — содержать представителей династии.
Кстати говоря, что касается сомнений по поводу прав на престол, то они уходят корнями в 1905 год. Именно в этом году Кирилл I Владимирович (двоюродный племянник Николая II), являющийся прадедушкой нынешнего цесаревича, женился на своей разведённой двоюродной сестре принцессе Виктории Мелите. С точки зрения церкви, брак этот считался незаконным и первое время не признавался Николаем, который узаконил его именным царским указом только в 1907 году. К тому же мать Марии Владимировны, великая княгиня Леонида Георгиевна, урождённая княжна Багратиони-Мухранская, принадлежит к грузинскому сомнительно-царскому дому, и первым браком она была замужем за американским бизнесменом Самнером Мур Кирби, не принадлежавшим ни к какому-либо царскому или королевскому дому. Противники Кирилловичей в шутку даже именуют её внука — князя Георгия — «цесаревичем Гошей».
Впрочем, сами Романовы утверждают, что реституция им не нужна, а цена возвращения монархов — это лишь стоимость того листа бумаги, на котором оформят соответствующий указ. По их словам, на родине они будут «возвращать традиции и развивать институты». Потомки обещают, что не будут требовать ни копейки из госбюджета. Об этом они неоднократно заявляли в СМИ.
И всё же в одном из интервью княгиня намекала и на то, что «власть сама определит, в чём и в какой форме оказать нам содействие и какую-то минимальную помощь для развития нашей общественной и культурной деятельности». А в 2007 году она говорила и о том, что власть могла бы предоставить им хотя бы «символическую компенсацию». Но какую именно, не пояснила.
«Великая княгиня всегда говорила, что она ничего не просит и не требует ей вернуть, что она вообще против идеи реституции, потому что может повлечь рост гражданского неудовольствия, новый передел собственности, — отвечает на обвинения представитель Романовых Александр Закатов. — Великая княгиня не хочет, чтобы её содержало государство, как иногда клеветнически заявляют некоторые противники императорского дома. Они пугают наше общество реституцией, пугают тем, что императорский дом сядет на шею государству».
Но Олег Никульшин из «Экономической летописи» не согласен, он полагает, что затраты со стороны государства будут в любом случае: «С экономической точки зрения такое возвращение выглядит довольно проблематичным, — говорит Никульшин. — И причин здесь несколько. Самая первая и главная — нужно разобраться, а кому это могло бы быть выгодно? Так вот, кроме наследников, в легитимности которых у многих экспертов есть очень большие сомнения, сложно предположить, что выгода экономическая будет присутствовать. Отдачу экономическую от появления вновь императорской фамилии со всеми статусами и регалиями (в некоторых интервью престолонаследники говорили, что их устроил бы особый статус, сродни статусу РПЦ. — «Часкор») для нашей страны трудно посчитать. Зато затраты понятны. Потому что для того, чтобы поддерживать этот статус, всё равно нужны какие-то деньги, для института тоже нужны».
В свою очередь директор романовской канцелярии Александр Закатов уверен, что царская семья, наоборот, принесёт стране прибыль: «Если забыть и отбросить духовную сторону этого вопроса, то можно говорить о том, что императорский дом сможет принести стране прибыль. Просто сама по себе деятельность королевской семьи и всех её членов помогает утверждению роли страны в мире, рекламе отечественного производителя и продукции». В пример Закатов приводит принца Майкла Кентского: «Он тоже участвует в разных рекламных кампаниях. И не надо полагать, что бесплатно».
Потомки Романовых являются гражданами России и по возвращении на родину хотели бы получить специальный статус. Де-факто Россия признаёт существование императорского дома, однако юридически закрепить за ним какие-либо права не торопится. Так что, пока Романовым закон не писан, возвращаться в страну как обычные граждане они не хотят.
