Золотуха
Государство спасло крупнейшие банки. А их топ-менеджеры выписали себе многомиллионные премии. Упс!
За господдержкой в правительство выстроилась целая очередь из самых бедных людей России — руководителей банков и корпораций, и чиновники, которые между собой назвали проблемный период в экономике «веселухой», многим не отказали в финансировании.
Профессор Никита Кричевский, чьи данные привел в своей программе на РСН Сергей Доренко, передал редакции «Новой газеты» свое исследование, касающееся вознаграждений топ-менеджмента российских банков, получивших помощь от государства. «Цифры поражают», — замечает доктор экономических наук Кричевский. Это миллионные премии.
Российский банковский сектор, о самочувствии которого так беспокоятся в правительстве, по итогам прошлого года оказался абсолютно здоровым. И пусть данные о годовой прибыли и прочих успехах появятся после утверждения акционерами годовых отчетов, информация о вознаграждениях банковскому топ-менеджменту доступна уже сейчас. Правда, речь идет не о уже выплаченных, а о предложенных суммах. Возможно, после выступления президента на саммите G20 они кардинально изменятся. Но цифры все равно поражают.
Остановимся на первых среди равных, а именно на «системообразующих» банках, получивших в прошлом году сотни миллиардов рублей из бюджета и резервов Банка России.
По итогам 2008 г. каждому из 23 членов правления Сбербанка России предложено выплатить в виде зарплат и премий в среднем по 40,6 млн рублей, а общая сумма выплат, возможно, составит 933,6 млн рублей. Вознаграждение членам наблюдательного совета не выплачивалось.
Только за IV квартал прошлого года 11 членов правления ВТБ должны были получить по 12,0 млн рублей, а общая сумма оплаты тяжкого банкирского труда согласно предложениям достигла 131,4 млн рублей. Дочерняя структура ВТБ банк ВТБ 24 по итогам 2008 г. заплатил членам правления в общей сложности 339,0 млн рублей, или по 37,7 миллиона каждому члену правления. Выплаты членам наблюдательных советов обоих банков пока не проводились.
В Россельхозбанке наблюдательный совет также обошли стороной, зато членам правления обещали 187,5 млн рублей, или по 20,8 миллиона каждому из 9 избранных.
По щедрости всех обошел Газпромбанк. Честно заработанные доходы каждого из 14 человек, входящих в правление Газпромбанка, по результатам их деятельности в 2008 г. должны были составить 71,9 млн рублей, а всего на поощрение правления было потрачено 1,006 трлн рублей. Не остались бы обделенными и 12 членов совета директоров — Алексей Миллер, Николай Сенкевич и прочие достойные люди получили бы в среднем по 61,3 млн рублей.
На фоне российских коллег дочерние структуры иностранных банков, входящие в первую десятку банковского рейтинга по величине чистых активов, выглядят сущими скрягами. Так, в ЮниКредитБанке каждый член правления скорее всего получит по итогам прошлого года «всего» по 14,1 млн рублей, а в Райффайзенбанке и того меньше — по 3,3 миллиона.
Однако гнев по поводу алчности банковского сообщества выражать преждевременно. Все, в чем можно обвинить банкиров, — так это в социальной безответственности по отношению к собственным сотрудникам, материальное положение которых в десятки раз отличается от доходов потенциальных их руководителей. Например, в том же Россельхозбанке средняя годовая зарплата составила 366,7 тысячи рублей, а среднее предполагаемое вознаграждение членов правления — 20,8 миллиона. Разница почти в 57 раз. В другом упомянутом банке доходы разнятся еще больше — за прошлый год средний сотрудник получил в общей сложности 590,5 тысячи рублей, а среднее вознаграждение члена правления может оказаться в 64 раза больше — 37,7 миллиона.
Почему же претензии к банкирам несправедливы? Потому что прошлый год для них стал, возможно, наиболее удачным из всех тучных лет благодаря родному правительству. Именно правительство, с одной стороны, обеспечило банкам огромные прибыли, а с другой стороны, профинансировало девальвацию и вывод капиталов за рубеж. Да, одни банки «заигрались» с фондовыми инвестициями, другие вели чересчур рискованную кредитную политику, третьи просто воспользовались случаем, но число пострадавших исчисляется единицами (на начало января АСВ принимал участие в санации 15 банков), а объем напрасной помощи — триллионами.
13 октября 2008 г. был принят Федеральный закон № 173-ФЗ «О дополнительных мерах по поддержке финансовой системы Российской Федерации». По этому закону Сбербанк получил от контролирующего акционера Банка России субординированные кредиты без обеспечения на общую сумму 500 млрд рублей на срок до 1 января 2020 г. под 8% годовых. На тех же условиях, но уже от Внешэкономбанка, где к тому времени на депозитах были размещены средства Фонда нацблагосостояния, 200 млрд рублей получил ВТБ, а 25 млрд рублей — Россельхозбанк. Чуть позже еще несколько десятков миллиардов получил от ВЭБа Газпромбанк. Значительная часть средств была конвертирована и выведена за границу.
Параллельно с выделением средств «системообразующим» банкам ЦБ начал собственную спасательную операцию. На первом же аукционе по предоставлению кредитов без обеспечения 19 октября прошлого года Центробанк выдал банкам 387,7 млрд рублей сроком на 1 месяц под средневзвешенную ставку 9,89% годовых. Сравним: 21 октября курс рубля к доллару составил 26,06 руб./$, а 22 ноября, за два дня до возврата кредитов, — уже 27,57 руб./$. Доходность от валютных операций составила 5,7%, а банки должны были уплатить за использование средств всего 0,8%. Прибыль банковского сектора только от одного аукционного размещения составила 4,97%, или 19,3 млрд рублей. Всего же через беззалоговые аукционы банкам было предоставлено более 4,515 трлн рублей на срок до полугода по средневзвешенным ставкам от 9,89 до 18,83% годовых.
Осенью прошлого года игра на понижение курса рубля стала основным источником заработка банкиров. В период с 1 октября по 31 декабря прошлого года 1 рубль, вложенный в валютные операции, принес до 15,8 копейки дохода. Естественно, банки все свободные рублевые активы начали перекладывать в валюту, как следствие — ликвидность банковского сектора начала снижаться. Если в сентябре среднемесячные остатки кредитных организаций на корсчетах в Банке России составили 732,4 млрд, то в октябре — 590,6 млрд, в ноябре — 581,1 млрд, а в декабре — 637,3 млрд рублей. Одновременно в два-три раза по сравнению с сентябрем выросли объемы валютных биржевых торгов. Недостаток рублевых средств (вкупе с проблемами предоставления обеспечения предприятиями реального сектора) привел к повышению ставок по кредитам — так, ставка рублевых кредитов MosPrime Rate по 3-месячным кредитам с начала октября по конец декабря прошлого года возросла в 2,4 раза.
Для предотвращения снижения рублевой ликвидности Банк России несколько раз уменьшал нормативы обязательных резервов, увеличил перечень залоговых активов, под которые мог выдать кредиты, а также два раза повышал ставку рефинансирования (с 12 ноября — до 12%, а с 1 декабря 2008 г. — до 13%). Помимо этого Минфин расширил число банков, допущенных к аукционам по размещению на их счетах депозитов, субъекты Федерации получили возможность размещать в коммерческих банках временно свободные денежные средства, Агентство по страхованию вкладов повысило максимальный размер возмещения по вкладам до 700 тысяч рублей, а чиновники постоянно «сигналили» рынку, что «никаких оснований для девальвации нет».
За октябрь—декабрь международные резервы страны снизились на 23,3%, или на $129,7 млрд, внешний долг банковского сектора уменьшился всего на $31,8 млрд (что можно было бы профинансировать за счет $50 млрд, предоставленных ВЭБу для финансирования погашения внешней задолженности), а банкиры получили прибыль, о которой в начале года и не мечтали. Каким мог бы быть курс без «операции спасения банковской системы» и без учета мировой девальвационной гонки? На 1 января этого года — не более 26,4 руб./$, а не 29,4 руб./$, как произошло в действительности.
Серьезных проблем в банковском сообществе не было и в начале этого года — например, по итогам февраля объем просроченной задолженности банков составил всего 2,3% от совокупного кредитного портфеля. Но в феврале девальвационная гонка закончилась, и банки начали показывать убытки — в феврале по сравнению с январем суммарная прибыль банковской системы сократилась в 134 раза, а 25,7% кредитных организаций и вовсе ушли в минус.
Просрочка, без сомнения, будет расти и дальше. В этом году не менее половины выданных ссуд станут проблемными. Даже с учетом нарисованных балансов. Кроме того, в 2009 г. банки должны вернуть иностранным кредиторам $59,7 млрд, а денег на поддержку банковской системы почти не осталось.
Предусмотренных правительственной антикризисной программой 1,355 трлн рублей для «повышения устойчивости финансовой системы» на всех не хватит. Это значит, что помощь будет оказываться нескольким десяткам избранных, а сотни прочих будут выживать самостоятельно.
Так что не будем обвинять наших банкиров в аморальности. Они в отличие от своих западных коллег планировали начислить бонусы с прибыли, а не с убытков. Не удивляйтесь, если через год вы встретите бывшего банковского работника, зарабатывающего на жизнь частным извозом.
В ближайших номерах «Новая газета» вернется к теме «выплат» топ-менеджерам банков, получивших господдержку. Как эти банки попали в заветный список? Кто и как рассчитывал сумму бонусов?
Мы, безусловно, готовы предоставить слово членам правления банков, их руководителям, в т.ч. в режиме онлайн-конференций (бесплатно!), как это делают сейчас крупнейшие банкиры в Америке и Европе. Тем более что многие крупные банкиры уже начали соглашаться: бонусы надо возвращать. Интересно, до или после выступления в Лондоне Дмитрия Медведева?
