Байкальский фестиваль шаманов

Фестиваль шаманов на острове Ольхон не стал этнографическим и культурным шоу, как предполагалось. Наблюдатели говорят о сектантской акции, вызвавшей массовый психоз.

Людям предлагали заплатить тысячу рублей за участие и около полутора тысяч за спиритический сеанс. Рекламировалось обилие людей со всего света, однако, были представлены лишь алтайские организаторы и бурятские шаманы, приехавшие не по приглашению, а из собственного любопытства...

На Ольхоне пылали страсти. Люди полупустынного острова давно не видели такой бури эмоций. Эзотерический центр "Путь в Беловодье", под предводительством мистического учителя, называющего себя Бивнем Мамонта, посвящал сотни любопытных туристов в тайны своих ритуалов. И слушатели менялись до неузнаваемости.

Шаман алтайских земель, ставший единственным и почти единоличным властителем дум на живописной поляне, повторял Кастанеду: "Мы узнаем вечное, бесконечное и непостижимое и сами становимся частью этого". "Мы боги богов", - гремело над островом. И скептики должны были сдаться.

На деле ритуалы стали вызывать вопросы, когда неподготовленным людям предложили пойти босиком по раскаленным углям, и многие во время этого таинственного обряда попросту обожгли себе ноги и плакали от боли.

Местные жители, буряты, которых на фестиваль никто не звал, к происходящему отнеслись критически. Они хорошо помнят и чтят традиции шаманизма своего народа, а то, что творилось на фестивале, назвали психозом.

Бурятский шаманизм на берегах Байкала - явление обычное. И в каждом крупном населенном пункте есть свой шаман. По праздникам буряты уходят подальше от чужих глаз и совершают свои ритуалы.

Ритуалы гостей-эзотериков были, напротив, направлены на публику и ее вовлечение в действо. Идеи и философия приезжих были космополитичны, а суть их учения туманна. Поэтому традиционные бурятские шаманы, по признанию туристов, на фестивале выглядели убедительнее. Мифы, рассказанные ими, построены на народном эпосе, колорит вобрал в себя красоту байкальской природы, а философия лишена расплывчатости.