Большие общественные перспективы

В России, как известно, почти всякое нововведение, коль уж оно пробилось до уровня решения, начинает не столько реализовываться, сколько становиться частью политической кампании. То есть это новое начинают, по известному выражению, насаждать, как картошку. В начале эпохи Горбачева таким вертикально интегрированным бюрократическим методом насаживали известное Общество трезвости, которое создавалось во всех учреждениях под контролем партийной, а тогда, по сути, исполнительной власти.

Ровно по той же технологии и, видимо, с тем же результатом начинается новая посевная – теперь повсюду начинается создание общественных советов, по сути, незаконнорожденных детей искусственного заменителя конституционных институтов – Общественной палаты.

Весь опыт постсоветской государственности показывает, что любое вновь создающееся учреждение стремится к немедленному расширению своих полномочий и изысканию возможностей, которые позволили бы ему получить доступ к материальным ресурсам. В противном случае судьба организации незавидна. Нет никаких оснований полагать, что Общественная палата будет исключением.

Спустя месяц после вступления в силу закона «Об Общественной палате» не названо пока одного имени человека, который будет в ней заседать, не определена дата ее первого заседания, и, кажется, не очень понятно, чем она будет заниматься. Зато уже известен порядок взаимодействия Общественной палаты с правительством.

Посильный вклад в ее становление внес премьер-министр Михаил Фрадков. Подписано постановление о том, что при федеральных министерствах, службах и агентствах могут быть созданы общественные советы. Процедура выглядит следующим образом: совет палаты направляет в ведомство соответствующее предложение, вопрос изучается, и в течении месяца руководитель министерства или ведомства должен направить совету Общественной палаты уведомление либо о согласии, либо об отказе. Последних, скорее всего, будет немного.

Скорее можно даже предположить, что среди правительственных учреждений начнется соревнование, кто быстрее создаст общественный совет.

В пятницу же было подписано еще одно постановление, по которому определен порядок участия членов Общественной палаты РФ в заседаниях коллегий министерств и ведомств.

Опасаться чиновникам нечего. В постановлении специально оговаривается, что положение, прописывающее порядок формирования, компетенцию и порядок деятельности общественного совета утверждается правовым актом соответствующего ведомства.

Предоставление чиновникам права самостоятельно определять формат общественного пригляда за своей деятельностью всегда приводило только к одному результату – отсутствию какого-либо контроля. Достаточно вспомнить анекдот из реальной жизни, когда в ходе административной реформы министерствам и ведомствам было предложено самим определить перечень и характер своих функций. Впрочем, вряд ли Общественная палата создается для контроля над чем-либо.

Во всем мире с функциями контроля за властью более или менее справляются парламент, независимые СМИ и суды. Если нет их, то никакое выморочное учреждение не поможет и дело быстро выльется в сплошной бюрократический восторг.

Однако спешка, с которой правительство бросилось организовывать фронт работ для общественников, обусловлена не только желанием принять участие в важном для президента деле. Возможно, в правительстве понимают, что если позволить «общественникам» самостоятельно определить круг своих прав и обязанностей, установить свой формат взаимоотношений с исполнительной властью, то Общественная палата и ее подразделения могут стать эффективным лоббистским инструментом. На самом деле это не так мало: знать день заседания коллегии ведомства, получить возможность посетить его, ознакомившись с рассматриваемыми документами. Для умелого лоббиста этого вполне достаточно.

С учетом того, что в Думе работать все труднее, многие опытные толкачи обратят свой взор на возможности, которые открывает перед ними Общественная палата.

Поэтому в правительстве и спешат поставить процесс под свой контроль, опасаясь, что «общественники» нарушат сложившуюся систему взаимоотношений. Чужие, как известно, туда не ходят.