Мама, которая убивает
Судьба малыша Женьки потрясла ангарчан два года назад. Он стал сиротой дважды. Едва он появился на свет, как его предала родная мама, оставив в роддоме. Спустя год "дом-ребенковского" существования у него появилась новая мама - Наталья Михайловна Шведова.
Спустя еще год против нее было возбуждено уголовное дело по ст. 156 УК (неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего). Усыновление закончилось для Женьки реанимацией и новым материнским предательством. Сегодня он находится в ангарском интернате №7. Прошлое для него — страшный сон.
3,2 кг, 52 сантиметра, без патологий - таким Женька встал в младенческий строй брошенных. И прошагал вместе со всеми ровно год и два месяца. Не без основания считая себя членом многодетной и "многомамной" семьи.
Потом ему объяснили, что мама может быть только одна. И показали, какая. И пообещали, что она будет любить так, как не будет больше любить никто...
А не любить Женьку было невозможно.
- Рыженький, голубоглазый, хорошенький, - вспоминают медицинские сестры Дома ребенка. - На Антошку из детских книжек похож. Смышленый. Доверчивый. Улыбался всем. В любимчиках у нас всегда был.
Вместе с новой мамой у Жени появились папа и пятеро сестер. "Редкое везение", - так думали все, кто отдавал мальчика в руки новой семьи. Женя поселился в поселке Одинск Ангарского муниципального образования под крышей деревянного дома из трех маленьких комнат, где в тесноте, да не в обиде проживало восемь членов семьи Шведовых (муж, жена, пятеро детей и бабушка). "Не хватало мальчика", - так Шведовы объяснили причину усыновления.
Первый анонимный звонок главному врачу Дома ребенка Владимиру Гайкалову по поводу Жени поступил весной, через полгода после усыновления. Женщина сообщила, что над мальчиком в семье издеваются, он все время плачет, даже ночью. Инспектор опеки тогда посетила Шведовых, которые уверили ее в безосновательности слухов. "У него кожная аллергия, он ее расчесывает до крови, из-за этого плохо спит", - позже это объяснение Наталья Михайловна превратила в свое главное оправдание.
В начале лета мама привезла своего названного сына в одну из ангарских больниц. Вот результаты его первого осмотра: "Все тело покрыто синяками и гнойными ранами, на голове резаная рана диаметром 7-8 миллиметров, правый глаз закрыт опухолью, правое ухо надорвано, кисти и стопы отечные". Женю срочно доставили в реанимацию детской городской больницы №1. Он умирал.
Вспоминает главврач реанимационного отделения Евгений Чурин:
- Состояние у мальчика было крайне тяжелое. Сразу было видно, что ребенок запущенный, и понятно, по чьей вине. Потому с мамой беседовать я отказался. Психологически не мог...
От загноившихся ран, которые, по словам врачей, напоминали чьи-то укусы (вокруг были явно видны следы зубов), у мальчика началось заражение крови. Надежды спасти ребенка были минимальными. Врачи делали все возможное.
Рассказывает главврач хирургического отделения детской больницы Сергей Царьков:
- За всю свою 30-летнюю врачебную практику не помню ничего подобного. Над ребенком в семье явно издевались. У него и взгляд был затравленным. Аллергия, главный аргумент матери Жени по поводу его состояния, - ерунда. Повреждения были глубокими. На голове нам даже пришлось делать пластическую операцию - пересаживать кожу с бедра. Сейчас этому ребенку, как никакому другому, нужна помощь матери.
Которой у него снова нет. Н.М.Шведова написала официальный отказ от сына вскоре после того, как отвезла его в больницу. Так Женька во второй раз стал сиротой. По всей видимости, уже окончательно. У него, красивого, здорового, были шансы стать чьим-то сыном. У изуродованного их гораздо меньше.
Несостоявшиеся родители Шведовы своей вины в этом не видят. Напротив, жертвой случившегося они считают именно себя.
- Да я больная вся, на таблетках живу, - такими словами встретила меня Наталья Шведова. Нервно докурив сигарету, она продолжала. - Чуть инсульт у меня не случился, у кардиолога можете спросить, если не верите. Травля на нашу семью такая началась, что не приведи господи. Дети в школу ходить не хотели. В суд буду на всех подавать, кто на нас с обвинениями нападал. И на вас в суд подам, если что-то против меня напишете. Когда мы Женю к себе привезли, он плакал ночи напролет, игрушками играть не умел, ложку в руках не держал. Мы его всему научили. А в больницу он попал потому, что со стула своего упал. Я тогда отдохнуть днем прилегла, потому что ночь плохо спала, его три раза на горшок ночью поднимала. А он возьми да и свались со стула. И синяков-то ведь сразу не было, только на второй день появились, потом руки-ноги отекли. Я его сразу в больницу отвезла. Врач-дерматолог его осмотрела и сказала, что болячки на нем - последствия аллергии. А отказаться от Жени меня соседи уговорили. "Зачем, - говорят, - тебе нужна вся эта нервотрепка?"
Дополнила рассказ бывшей Жениной матери его бывшая бабушка:
- Как бы она его растила, сама вся больная? Девок вон родных еще на ноги не поставила...
Спрашивается, если растить не могла, зачем тогда усыновила? Для забавы родным детям?
Глава семьи Петр Васильевич в нашем разговоре не участвовал - был на работе. Он - единственный кормилец в семье. Жена - домохозяйка. И хозяйство у нее большое: огород, корова, куры, две кошки, три собаки, еще дом и куча детей. До Жени ли ей было?
Ни жилищные условия, ни материальное положение не позволяли Шведовым брать в семью еще одного ребенка. Делом выгодным усыновление не назовешь, дополнительного дохода, льгот оно не приносит. Значит, было в поступке Шведовых что-то благородное? Это и определило согласие органов опеки отдать Женю в многодетную семью.
Инспектор по охране прав детства Елена Джугашвили:
- Я 10 лет уже в опеке работаю. Интуитивно чувствую, хорошо ли ребенку будет в новой семье. В отношении Шведовых у меня никакого сомнения не возникало. Опыт по воспитанию детей у них богатый. Потому была уверена, что отдаю Женю в хорошие руки.
Интуиция подвела и главврача Дома ребенка Владимира Гайкалова:
- Лучшее, что может произойти в судьбе брошенных детей, если их заберут в семью. Поэтому я всегда двумя руками "за" усыновление. Шведовы произвели на меня хорошее впечатление: многодетная семья с прекрасными характеристиками. Кто бы мог подумать, что все так получится?
Люди объясняют случившееся по-разному. Кто-то говорит, что Женю били за то, что он не просился на горшок. Другие считают, что во всем виновата младшая шестилетняя дочь Шведовых, в которой взыграла ревность. Я тоже предполагаю, что он стал в семье живой игрушкой, объектом сброса отрицательных эмоций. Не вписался, не полюбился. Но это всего лишь версии, предположения, доказательством которых может служить сам ребенок. Врачи реанимации, потрясенные увиденным, даже сняли Женю на видеопленку, где ясно видны жуткие последствия шведовского воспитания. Подвести же черту под всем этим должен был суд - единственный законный защитник пострадавшего ребенка, последняя инстанция справедливого возмездия.
Однако суда не было. Увы, современная российская юстиция не просто далека от совершенства - она иной раз выкидывает коленца, решительно не вписывающиеся в рамки самой элементарной юридической логики. По отношению к Н.М.Шведовой органы следствия возбудили уголовное дело за неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. Но она попала под очередную амнистию. До суда! Но если не было суда, вина Шведовой, следовательно, не установлена, то как можно ее амнистировать?! Ведь амнистия -акт прощения со стороны правосудия по отношению к уже наказанному человеку! У нас все не так, поэтому судьи в этой ситуации были избавлены от нервотрепки, а обвинить мать в искалеченном детстве теперь может только сам Женька. Когда вырастет.
Правда, органы опеки возбудили против Шведовых другое дело: об отмене усыновления и взыскании алиментов. Но отменять-то нечего: несостоявшаяся мать сама отказалась от сына. Вот и вся справедливость.
...Когда Женя вновь переступил порог Дома ребенка, взрослые плакали. Он был неузнаваемо обезображен шрамами. А голубые глаза стали совершенно бесцветными.
